Отставной козы барабанщица - Татьяна Луганцева

– Ну что, успокоились? То-то же! – прекратил избиение, но не болтовню преступник. – Вам не повезло, ребята, просто не повезло, вас элементарно похитили, вернее, к вам ворвались в дом, связали вас и засунули кляпы, чтобы вы не смогли никаким образом предупредить одну богатую тетку. Она должна была остаться одна, без помощи в чужом городе. И осталась, и пошла туда, куда надо было нам. А там ее обчистили и ликвидировали. Отпускать вас было нельзя – вы ж нас заложите. Но убивать из-за небольших денег было несерьезно. И тогда нам в голову пришла гениальная идея – можно взять большой куш! А самый богатый человек в этом городе – сердобольный придурок, живущий в замке без охраны. Очень самоуверенный человек, ничего не скажешь! Мы навели справочки, и вот мы здесь. Мальчик, конечно, сопротивлялся бы, если б мы не взяли его на понт, на излюбленный прием. Мол, малейшее непослушание – и смерть троих горожан, невинной семейки, будет на твоей совести. Как вам наш план? Хитро придумано? А ведь придурок не может сделать никому ничего плохого. И теперь он очень переживает за ваши непутевые, безвинные жизни. Дома у него никаких денег не оказалось, все его миллионы хранятся в банках. И вот с минуты на минуту мы ждем, что человек с большой сумкой приедет из банка и передаст ее в руки Эрика. А тот отдаст ее нам, и мы освободим заложников и унесем отсюда ноги. Хорошая концовка? О, я смотрю, у мамочки покатились слезы из глаз. Радуетесь, что ваше освобождение скоро? Наивные люди! Как только мы получим деньги, сразу убьем и вас, и Эрика. Что? Жестоко? Жизнь каждого из вас стоит пять миллионов долларов. А пятнадцать миллионов – хорошие деньги, ради них мы совершим эту маленькую пакость.

«Сволочи! – возмутилась про себя Яна. – Как все продумали! Теперь я многое понимаю. Превратности судьбы… Я должна была встретиться с каким-то Яцеком Лисовским, и, по всей видимости, я с ним встретилась… с ним и его семьей в такой вот жуткой обстановке. Все произошло из-за меня! Точно, из-за меня! Если бы не моя дурацкая доверчивость и стремление помочь всем и вся… Та мошенница в поезде втерлась ко мне в доверие, я поддалась, и теперь столько людей пострадало! И я еще все время говорю, что в людях разбираюсь… Как же! Разбираюсь! Подвела всех под монастырь!»

Дождавшись затишья, Яна прекратила ругать себя и решила действовать. В любой момент в подвал могли спуститься, принести еду пленникам или сменить сторожа. Сидеть самой и дальше в углу не было смысла – сколько бы она здесь смогла оставаться без еды и питья незамеченной? Да и предупредить Касю необходимо, ведь старушку могут прибить в любой момент. А привела ее сюда опять же она, Яна!

Стараясь держаться поближе к стене, девушка двинулась на цыпочках обратно туда, откуда явилась в подземелье. Беспрепятственно дошла до сырой темной комнаты с лазом, через который она сюда и попала. Что-то заставило пройти ее чуть дальше и остановиться, и тут снова послышалась русская речь. На сей раз голоса были женский и мужской, с акцентом. Яна не обладала феноменальным музыкальным слухом, но сразу узнала голос Эрика, он и говорил с акцентом, а второй голос принадлежал ее попутчице Даше, которой якобы надо было укрыться от бандитов. У Яны даже в голове запульсировало, так захотелось немедленно вцепиться этой стерве в волосы да повыдергивать их все к чертовой матери. Девушка разглядела дверь, из-за которой и доносились голоса, подошла и посмотрела в щелочку, заодно внимательно прислушиваясь. Дверь была деревянной, новой, явно не подходящей по размерам к проему в каменной стене, и поэтому со всех сторон вокруг створки зияли широкие щели.

То, что увидела Яна, не поддавалось вообще никакому описанию и человеческому разумению. На стене, распятый в виде креста, висел Эрик. Одет он был в одни джинсы, руки фактически выкручены, голова с темными волосами безвольно поникла на груди. Весь его торс был покрыт ссадинами, кровоподтеками и запекшейся кровью, вычерчивающей на его коже узоры.

Яна замерла, так как неожиданно наяву увидела картинку из исторической книги про средневековые пытки. Перед Эриком стояла Даша, стояла очень крепко, широко расставив ноги и подбоченившись, словно являлась хозяйкой жизни. Она мало напоминала ту хрупкую, нежную, несчастливо влюбленную девушку, которой требовалась защита и помощь. Волосы ее были собраны в высокий хвостик, а на тонких губах в красной помаде играла злорадная улыбка.

– Ну что, ваше величество? Хреновато выглядите. Может быть, хотите индейки под клюквенным соусом или карпаччо из говядины с грушевыми цукатами? Что грустим? Ой, извините, я такая забывчивая, совсем забыла, что ты, парень, несколько дней даже воды не пил. Хочешь водички?

Даша подняла с пола пластиковую бутылку и принялась выливать воду прямо перед его лицом на пол. Голова Эрика дрогнула, он поднял голову и впился взглядом в бутылку с водой. Глаза его казались ввалившимися черными дырами, а абсолютно измученное лицо выражало такое страдание, что Яна вздрогнула. Кадык дернулся на шее у Эрика вместе с тем, как на каменный пол «пыточной» упала последняя капля такой желанной для него воды.

– Что, цену себе набиваешь? Мол, не буду я унижаться перед бандитами? – Даша с яростью отшвырнула пустую бутылку, и если бы не дверь, та угодила бы прямо в любопытствующее лицо Яны. – Почему сразу нельзя было отдать все свои деньги?

– Деньги принадлежат не мне, а людям, – ответил Эрик, проведя языком по сухим губам.

– Ах да! Я же забыла, что ты у нас весь ушел в благотворительность! Только жизнь твоя оказалась дороже. Вернее, не твоя, а той семейки…

Даша прошлась по камере и снова остановилась перед Эриком, оглядывая его безупречную фигуру.

– У тебя был шанс понравиться мне, но ты им не воспользовался. Много думаешь о других и совсем не заботишься о себе, а это плохо! Даже странно, в наше-то меркантильное время. А та долговязая белобрысая девица – вообще кошмар! Все началось с нее, и почему-то она так и идет рядом с нами. Когда она появилась у ворот твоего замка, моему удивлению не было предела. Я бы ее убила! Но ребята не захотели шумихи. Как ты смог их уговорить выйти в идиотском гриме и прогнать ее прочь, не знаю. Но жизнь ты ей точно спас. Я вообще-то надеялась, что она сдохла уже тогда, когда мы бросили ее на помойке. Надеюсь, ты ничего лишнего не сказал ей? Думаю, что нет, иначе бы здесь давно были копы, а из заложников давно была бы выпущена вся кровь. Хорошо, ты понял, что мы не шутим. Родившаяся в рубашке дура ушла, а мы теперь ждем курьера с деньгами. Ты заказал его по телефону, назвав свое известное всем имя, но чем дальше, тем чаще меня посещают сомнения, что курьер придет…

– Придет… Только где гарантии, что вы отпустите заложников? Это совершенно безвинные люди.

Голос Эрика был очень слаб, что не могло нравиться Яне. Похоже, парень был доведен до нервного и психического истощения.

– А никаких гарантий! – хмыкнула Даша. – Деваться-то тебе некуда! Вот я и зашла предупредить тебя: если ты меня обманываешь, то долго и тяжело будешь расплачиваться. Я ведь сразу подумала, что ты слишком умен и хитер, чтобы так просто сдаться. Скорее всего, ты подумал, что как только принесут деньги, мы избавимся и от тебя, и от заложников. А значит, ты мог схитрить. Предупреждаю, умирать можно по-разному – быстро и легко или медленно и мучительно. Выбор за тобой! Ладно, я подожду еще немного, а потом начну расчленять вас всех. Лично!