Приговоренные без суда - Валерий Карышев

«Неужели за мной установили слежку? – думал Максим. – Но тогда зачем им со мной здороваться? Если только из милицейской солидарности – мол, мы тебя предупреждаем о том, что ты под колпаком? Нет, не похоже…»

Погруженный в раздумья, Максим подъехал к «Динамо», где сегодня у него и его коллег было занятие по общей физической подготовке.

Отзанимавшись положенные два часа и порядочно устав, Максим вышел на улицу и, памятуя о недавнем происшествии, придирчиво осмотрел колеса своей машины. На сей раз все было в порядке. Неожиданно его кто-то окликнул. Максим обернулся. К нему упругой, спортивной походкой шел Гурам.

– Привет, Максим! – сказал он. – Как дела? Как колеса? Надеюсь, сегодня все в порядке?

– Да вроде все путем, – ответил Максим.

– А я тут мимо иду, смотрю – знакомый «жигуленок» стоит. Что, на тренировку приезжал?

– Да.

Неожиданно около Гурама остановился черный «Мерседес» с тонированными стеклами. Стекло передней дверцы опустилось, и на водительском месте Максим увидел человека, в котором сразу же признал Отари.

– Здравствуй, Гурам! Давненько не виделись! Как жизнь? – произнес мужчина.

– Здравствуй, Отари! – ответил Гурам почтительно. – У меня все хорошо. Дела в гору идут.

Отари вышел из машины. Перекинувшись с Гурамом несколькими словами, он обратил внимание на переминающегося рядом с ноги на ногу Максима.

– Здравствуйте, молодой человек! – сказал он улыбаясь и протянул Максиму руку.

– Это Отари Давидович, известный спортивный и общественный деятель нашей страны, – представил Гурам Отари.

Максим кивнул. Он попал в неловкое положение, поняв, что эта встреча вряд ли была случайной. Скорее всего, Гурам работал на Отари и подводил ему нужных людей для знакомства. Только вот зачем он понадобился всесильному Отари Давидовичу, Максим не понимал. Тут в голову ему пришла мысль, что, возможно, те братки, которые поздоровались с ним сегодня у подъезда, тоже были людьми Отари.

– Ну что, сыщик, – продолжал улыбаться Отари, – пойдем поговорим? Есть серьезный разговор.

Деваться Максиму было некуда, и он поплелся вслед за Отари. Вскоре они оказались у небольшого кафе, где летом продавали мороженое, а зимой – соки, пирожные и напитки. Отари зашел внутрь. Девушка за прилавком приветливо поздоровалась с ним:

– Добрый день, Отари Давидович, рада вас видеть!

Было ясно, что Отари завсегдатай этого кафе и весь обслуживающий персонал спортобщества «Динамо» его хорошо знает.

Отари предложил Максиму сесть за столик. Буфетчица тут же подбежала к дверям и повесила на ручку табличку «Санитарный час».

«Интересно, – подумал Максим, – это у них было заранее обговорено или она всегда так делает, стоит Отари войти в кафе?»

– Что будешь пить? – спросил Отари. – Чай, кофе или, может, коньяку хочешь?

Эти расспросы напомнили Максиму визит к Богдановичу. И ему стало не по себе.

– Нет, спасибо, ничего не буду, – ответил Максим. – Вы о чем-то хотели со мной поговорить. Я очень внимательно вас слушаю, Отари Давидович.

– Ты что, торопишься куда-нибудь? – взглянув на свои массивные золотые часы, спросил Отари.

– Нет, не особенно, но мне сегодня еще на работу ехать, – ответил Максим.

Отари ничего не сказал, лишь задумчиво покачал головой.

– Как дела у Малькова? Надеюсь, на поправку пошли? – неожиданно спросил он.

Максим чрезвычайно удивился осведомленности Отари, но взял себя в руки и нехотя ответил:

– Ему уже лучше.

– Да, странная штука жизнь! – продолжал Отари. – Никогда не знаешь, что тебя ждет завтра. Можно остаться живым и невредимым, выполняя самое опасное задание, и оказаться одной ногой в могиле из-за какой-то идиотской драки у подъезда! Не правда ли, все это так непредсказуемо?

Максим понял заявление Отари как намек на то, что и его тоже может постигнуть участь Малькова, если он откажется сотрудничать с Отари.

Тем временем Отари продолжал свой двусмысленный монолог.

– Знаешь, – сказал он, – самое неприятное – это то, что люди сначала обещают, говорят, что все сделают, а потом неожиданно отказываются от своих слов, предлагая какие-то глупые, детские отмазки.

«К чему это он клонит?» – подумал Максим.

– Да, а тех мудаков, что избили твоего напарника, так и не нашли? – спросил Отари.

«Неужели это опять намек? Может быть, Мальков был повязан с Отари? Или он что-нибудь пообещал ему и не сдержал своих слов? Но что он мог ему пообещать?»

– Ты знаешь, – продолжал тем временем Отари, – я давно тебя приметил, еще тогда, когда вы с Мальковым моего Георгия со стволом «приняли». Я многое про тебя знаю. Знаю про твою работу, знаю, чем ты занимаешься. – Он пристально посмотрел в глаза Максиму. – Поэтому, сыщик, я крутить вокруг да около не буду, а скажу тебе прямо.

Максим вспомнил, как то же самое, слово в слово, сказал генерал Богданович, когда говорил с ним в своем кабинете.

– Я предлагаю тебе очень серьезные деньги за дискетку, на которую ты перебросишь кое-какие данные из своего компьютера, – заявил Отари.

«Откуда он знает про информацию, которая хранится в моем компьютере?» – еще больше насторожился Максим. Теперь ему стало ясно, что Отари в курсе всех дел, происходящих в РУОПе.

– Тут никого нет, – продолжал Отари, – и никто нас не слышит. Я предлагаю тебе вот такую сумму. – Отари взял салфетку из стакана, стоящего на столике, и, вытащив изящную ручку «Паркер», быстро написал трехзначную цифру. Затем он вывел перед суммой изящную латинскую букву S и два раза перечеркнул ее.

– Тысяч, сыщик, тысяч, – добавил Отари, показывая на цифру. – Ну как, согласен?

Сумма была очень солидной. Максим немного помолчал, а потом отрицательно покачал головой.

– Что, мало? – понял по-своему молчание Максима Отари. – Можно добавить!

– Дело не в сумме, – сказал Максим. – Просто я не согласен.

– А чего ты боишься? Скажи мне откровенно, тут же никого нет. Начальства боишься?

Максим пожал плечами.

– Просто не хочу, – сказал он, думая лишь о том, как ему не потерять самообладания и не запустить в эту мерзкую рожу стаканчиком с салфетками.

– Но ведь если не хочешь ты, другие люди все равно добудут для меня эту дискетку! Просто это очень глупо. Ты человек, изначально владеющий информацией. И ты имеешь возможность хорошо заработать на этой информации. Если ты откажешься – это ничего не изменит, кроме того, что ты не получишь ни копейки. А дискета все равно дня через два будет у меня – в этом нет никакого сомнения. Не веришь?

Максим пожал плечами. Внутри у него все клокотало от ярости.