Просроченное убийство - Миранда Джеймс

От плиты долетело негромкое хмыканье, и я пожал плечами.

– Ты пойдешь сегодня на занятия? – спросил я Джастина.

Мальчик оторвался от тарелки.

– Пойду, наверное. Или, думаете, лучше поехать в больницу?

– Почему бы тебе не обсудить это с мамой? Позвони ей. Думаю, она отправит тебя учиться.

– Да, сэр, – с облегчением выдохнул Джастин.

Ему явно не улыбалось целый день без дела слоняться по дому. Я же надеялся, что репортеры и журналисты еще не разнюхали, кем мальчик приходился Годфри, и пока не будут его трогать.

– Но если люди начнут донимать тебя вопросами, – заметил я, – возвращайся и не переживай о пропущенных парах.

– Вы имеете в виду людей с телевидения?

Я кивнул. Джастин скривился.

– Я с ними разговаривать не собираюсь. Не хочу попасть в новости.

– Ты и не должен с ними говорить. Помни об этом.

– Ладно.

Я поднялся.

– Наверное, лучше не испытывать терпение офицера Берри.

Когда я уходил, Азалия подкладывала Джастину блинчики и сосиски. Дизель упрямо стоял на посту. Сдаваться он определенно не собирался.

Я бы с таким метаболизмом тоже не сдавался.

Затянув пояс халата, зашел в гостиную. Уже на пороге сообразил, что стоило помыть руки, но отступать было поздно.

– Доброе утро, помощница шерифа. Вы хотели меня видеть?

Канеша отвлеклась от изучения книжного шкафа у дальней стены. Покрасневшие глаза и углубившиеся морщины наводили на мысль, что нормально поспать ей сегодня ночью не довелось. Если она вообще спала.

– Доброе утро, мистер Харрис, – по обыкновению нахмурилась Канеша. Я не мог угадать, отошла она от ссоры с матерью или нет. – Да, хотела.

– Почему бы нам не присесть? – предложил я, указывая на диван и кресла.

Канеша выбрала кресло; я сел напротив, приготовившись к дотошным расспросам.

– Я заглянула, чтобы предупредить вас: не вздумайте разговаривать с репортерами, – строго посмотрела на меня Канеша. – Не хочу, чтобы чей-то болтливый язык помешал расследованию.

– Я и сам не горю желанием общаться с журналистами, – ответил я, слегка задетый ее замечанием. – Мне уже звонили сегодня утром, и я повесил трубку.

– Кто это был?

– Некий Рэй Эпплбай из местной газеты.

Канеша прищурилась.

– Я уже передала ему официальное заявление. Если он снова будет вас беспокоить, дайте мне знать. То же самое и с остальными.

– Спасибо, так и сделаю, – кивнул я. Мне действительно не хотелось становиться героем вечернего выпуска. Сложив руки на груди, посмотрел на Канешу, ожидая продолжения.

– Пока никто из них не знает, что Джастин Уордлоу вчера был с вами в отеле. – Помощница шерифа наклонилась вперед. – И я бы хотела, чтобы это не предавалось огласке как можно дольше. Правда, в конце концов они все равно разнюхают.

– От меня они этого не услышат, – заверил я Канешу. – Джастин хочет пойти на занятия. Думаете, это хорошая идея?

Помощница шерифа задумалась.

– Почему бы и нет? Мне нужно будет еще раз его допросить, но сегодня утром у меня много других дел.

Канеша встала, и я удивленно посмотрел на нее.

– И все? Думал, у вас есть ко мне вопросы.

– Есть, но они могут подождать. Я с вами свяжусь.

Я поднялся, желая проводить помощницу шерифа.

– Не стоит, я знаю, где выход, – сказала она и прошла мимо меня к прихожей.

Входная дверь хлопнула, и я направился на кухню. Джастин уже ушел, Дизель тоже куда-то исчез. Азалия убирала со стола и складывала тарелки в посудомойку.

Я знал, что экономка не станет расспрашивать меня о разговоре с Канешей, так что рассказал все сам.

– Если увижу, что они рыщут рядом с домом, оболью их из шланга, – грозно пообещала Азалия.

Я рассмеялся, поскольку легко мог себе это представить.

– Действуйте, я только за.

Подойдя к кофеварке за новой порцией кофе, вдруг заметил, что Азалия как-то странно на меня смотрит.

– Что-то не так?

– Ей понадобится помощь. – Впервые на моей памяти экономка выглядела встревоженной.

– Канеше?

Азалия кивнула.

– Мне кажется, она прекрасно со всем справляется. И знает, что делает, – сказал я.

– Да, она умная девочка. Очень старательная. И амбициозная. – Азалия принялась разглаживать складки на фартуке. Я терпеливо ждал.

– Но люди не станут с ней говорить. Вы же знаете, какие они, – Азалия пристально на меня посмотрела.

– Потому что она черная? – я не представлял, как еще это сказать. От старых привычек избавиться непросто, и многие в Афинах с настороженностью относились к темнокожей девушке на должности помощницы шерифа. Из-за этого у Канеши и в самом деле могли возникнуть проблемы.

– Именно, – медленно кивнула Азалия, глядя мне прямо в глаза. – Поэтому вы должны ей помочь. Только так, чтобы она не узнала.