Опасные игры - Джеймс Хедли Чейз

– Не связывайся! – крикнул Рокси. Глаза его были выпучены.

Диллон поднял на Стоуна взгляд, полный ненависти. Потом медленно встал, потирая челюсть рукой. Его лицо, если не считать выражения глаз, оставалось бесстрастным.

– Слушай ты, обезьяна с арбузной башкой, – сказал Стоун, – когда я тебя спрашиваю, ты должен быстро отвечать, ясно? Откуда ты и как тебя зовут?

У второго агента вообще был скучающий вид, но в руках появился пистолет.

– Я из Плэттсвилла, – ответил Диллон. – Зовут меня Ник Гарни.

Мира застыла на месте и прижала руки ко рту.

– Просто мужичок-батрачок, а? – ухмыльнулся Стоун. – Так вот слушай, деревенщина, держись-ка ты подальше от этого города. Ни к чему нам такая шпана, как ты. Лучше отправляйся прямиком обратно в Плэттсвилл и оставайся там. Ты понял?

Диллон стоял молча, только глаза его пылали ненавистью. Стоун сжал кулаки.

– Ты ответишь или нет? Ей-Богу, будешь со мной начальничать, проклятый чурбан, так я вырву твои кишки и захлещу ими тебя насмерть.

– Я понял, – ответил Диллон.

Стоун взглянул на Миру.

– Ну, сестренка, а ты кто такая? – Он задумчиво посмотрел на нее.

– Я его жена, – спокойно ответила Мира. Она постаралась придать своего голосу убедительное выражение.

Стоун покачал головой.

– Неподходящее это место для девушки, вроде тебя. Лучше поезжай домой, зря потеряешь время, якшаясь с этими проходимцами. – Он кивком головы указал на Диллона. – Забудь про этого типа и поезжай домой к своей ма.

Мира опустила глаза. «Ублюдок ты этакий, здоровенное безмозглое трепло», – думала она.

Стоун пожал плечами.

– О'кей, поберегитесь вы, трое. Он вышел и прикрыл за собой дверь.

– Будешь присматривать за этим, Гарри, – сказал он вполголоса второму агенту. – Тот еще тип.

Рокси поднял руку, призывая к молчанию. Все трое сидели, уставясь на дверь и прислушиваясь. Только услышав, как агенты спускаются по лестнице, вздохнули с облегчением.

– Как-нибудь я разделаюсь с этим гадом, – сказал бесстрастно Диллон. – Ей-Богу, с него причитается.

Ресторанчик Веротти находился неподалеку от Двадцать второй улицы, рядом с вокзалом Юнион-Стейшн. Фанквист заняла столик в углу и пила хайболл. Когда Рокси ввел Диллона и Миру, она возбужденно помахала им. Рокси подошел к столику и указал на своих спутников.

– Это Мира и Диллон, наши соседи напротив.

Фанквист смотрела только на Диллона.

– Какой потрясающий мужчина, – произнесла она. – Я рада с вами познакомиться.

Лицо Миры было холодным. Она села рядом с Фан, загородив проход. Диллон и Рокси уселись напротив.

– До чего же здорово повстречаться с парнем вроде Рокси, – начала Мира. – Он нас так выручил.

Фан метнула на Миру быстрый взгляд.

– Послушайте, – сказала она, поворачиваясь со стулом, чтобы видеть лицо Миры, – что вы тут делаете, так далеко от дома? Эй, красавец, вы занимаетесь похищением младенцев? Это нехорошо.

Глаза Миры сверкнули.

– Не смущайте его, – быстро вставила она. – Он любит молоденьких. У этого парня нет времени на баб, у которых вытерся ворс, сами его спросите.

Фан откинулась на спинку стула.

– Умненький ребенок, а? – спросила она. На ее щеках выступили два красных пятна. – Ворс повытерся, а? Милая шутка от такой детки.

Мира оглянулась по сторонам.

– Мы не займемся тут еще чем-нибудь, кроме разговоров?

Подошел официант, и они заказали выпивку. Рокси сидел в надвинутой на глаза шляпе и улыбался про себя. Мало что доставляло ему большее удовольствие, чем наблюдать за стычкой двух женщин. Фан наклонилась в сторону Диллона через стол.

– Бьюсь об заклад, что вы знаете всякие горячие местечки в этом городе?

Со своего места Диллон мог заглянуть глубоко за вырез ее платья. Он поднял на нее пристальный тяжелый взгляд. Фан вдруг почувствовала холодок в спине и поспешно выпрямилась.

– Мы думали, может, нам удастся заглянуть в кое-какие из них. Мы только что прикатили.

– Вот там сидит Херст, – показал Рокси. Все посмотрели в направлении столика в центре зала. Рослый светловолосый мужчина пил в одиночестве. Его аккуратный темный костюм сидел на нем хорошо. Херст выглядел богатым и преуспевающим человеком.

– Кто такой Херст? – спросил Диллон.

Фан рассмеялась.

– Вот так спросил! Этот малый сейчас на самой вершине. Он заправляет почти что всеми крупными делами в этом городе.

– Ах так!

Диллон еще раз оглядел Херста.

– Важная птица, а?

Рокси кивнул.

– Да, это важная птица, ничего не скажешь.

– Может, вы с ним знакомы? – спросила Мира.

Рокси смутился.

– Ха! – сказал он. – А как по-вашему? Я же сказал, что он важная птица. Он не якшается с такой публикой, как мы с вами.

– Может, деточка хочет попытать счастья? – спросила Фан со своим южным акцентом.

– Почему бы и нет? – парировала Мира. – Он ведь всего лишь мужчина, верно?

Фан насмешливо скривилась.

– Херст не играет с детьми. Когда этакому парню нужна женщина, то ему нужна женщина.

Мира резко отодвинула стул.

– Я покажу вам, как надо брать такого парня.

– Не вздумайте, – быстро сказал Рокси. – Херст стреляный воробей и не любит таких номеров.

Мира остановилась.

– Этот малый меня интересует, – сказала она капризно.

– Интересует потому, что он высоко забрался? Но беда в том, что он долго не протянет.

– Да?

– Да. Он долго не продержится. Он слишком давно занимается рэкетом.

Мира отхлебнула из бокала, и глаза ее затуманились.

– С виду он достаточно крепкий, чтобы позаботиться о себе, – сказала она.

Рокси покачал головой.

– Подождите и увидите. На него ополчился Малыш Эрни. И Малыш Эрни его доконает, как пить дать.

Мира неспокойно зашевелилась.

– А может, это он доконает Малыша Эрни, – предположила она.

– Вы не знаете, как обстоят дела в этом городе. – Рокси вертел бокал между большим и указательным пальцами. – Херст заправляет компанией «Автоматик». Он гребет деньги лопатой. Малыш Эрни заправляет кучей магазинов. Он тоже не мелочь. Вот такая расстановка. Много лет эти парни не лезли друг другу в тарелку. Каждый делал свои деньги и держался в своем районе города. Но этим парням всегда мало, ясно? Они снимают, наверное, пару миллионов в год. Хорошие деньги, верно? Только не для них. Они хотят еще больше. У них огромные накладные расходы. Длинный список дружков, которым надо выплачивать денежки. Поэтому они хотят еще больше.