Сувенир из Камбоджи - Наталья Александрова

– Выбирай!

Лене достались черные, что, несомненно, порадовало Ивана Игнатьевича. Он сделал первый ход королевской пешкой и неторопливо проговорил:

– Ну, голубь сизокрылый, рассказывай, с чем пожаловал. Говори, чем я могу помочь молодому дарованию.

– Консультация ваша нужна, Иван Игнатьевич! – Маркиз сделал зеркальный ход и поднял глаза на собеседника. – Вы ведь всех наших коллег в городе знаете…

– Ну, это ты мне, голубь, льстишь! – усмехнулся старик. – Всех наших коллег нет даже в главной базе эмвэдэ! Но кое-кого, конечно, знаю, не без того. Только ведь знаешь, сизокрылый ты мой, я в своем возрасте благотворительностью не занимаюсь, консультации у меня платные. Помнишь мои расценки?

– Само собой, Иван Игнатьевич, как не помнить. Только скажите, в какой валюте вы сейчас принимаете? Прежде, помнится, вы предпочитали доллар…

– Ненадежен стал доллар… – пригорюнился старичок. – При такой недальновидной политике Федерального резервного банка и таких негативных показателях нью-йоркской фондовой биржи на него никак нельзя полагаться. С другой стороны, у европейской валюты тоже будущее ненадежно. Прямо даже не знаю, чему верить, но на данный момент я предпочитаю евро…

– Евро так евро. – Леня достал из бумажника две хрустящие купюры и протянул старику.

Иван Игнатьевич тренированными пальцами ощупал купюры и спрятал в карман.

– Ну, голубь сизокрылый, кто же тебя сейчас интересует?

– Интересует меня, Иван Игнатьевич, такой ловкий человек, который запросто может с крыши спуститься и влезть в любую квартиру через окно. То есть, проще говоря, чтобы у него были навыки промышленного альпиниста.

– Альпинист, говоришь? – задумчиво переспросил Иван Игнатьевич. – С крыши на чердак, говоришь?

– Не на чердак, а в квартиру.

– Ну, это я так, к слову. Чердаков сейчас, считай, и не осталось, все под жилье переоборудованы или художникам под мастерские… или еще подо что… – Иван Игнатьевич, прищурившись, взглянул на Леню: – И для чего же тебе такой ловкий парень требуется? Дело, что ли, интересное задумал?

– Ну, Иван Игнатьевич, помилуйте, я же вам плачу за информацию, а не наоборот!

– Шучу, шучу… – потупился старик. – Ну, если бы это было год назад, я бы сказал, что это Миша Кот сработал, он такие дела очень часто проворачивал. Один раз, примерно год назад, задумал он к одному миллионеру в загородный дом залезть. У того миллионера в сейфе драгоценностей было на страшную сумму. Нулей у этой суммы столько, что запросто можно Невский проспект этими нулями вымостить. Только в том доме такая охрана была, что и близко не подступишься. По периметру датчики, на каждом углу камеры, а самое главное, два ряда ограды, и между этими рядами ротвейлеры бегают.

Так вот что Миша придумал: нанял в спортклубе одномоторный самолет, вроде чтобы с парашютом попрыгать, а когда уже взлетели, доплатил пилоту, чтобы тот пролетел над тем самым загородным домом. Чтобы прямо с парашютом на крышу приземлиться. С крыши-то в дом пробраться ловкому человеку ничего не стоит, тем более дом загородный, всего три этажа…

– Ну, забраться, допустим, можно, а как он потом выбраться хотел? – спросил Леня, у которого проснулся профессиональный интерес. – В таком деле отход – это самое главное.

– Отход у него, конечно, был продуман. Он знал, в какое время из этого дома мусор вывозят, и так рассчитал, чтобы, как только возьмет сейф, перебраться в служебные помещения и спрятаться там в мусорном баке. А как из дома его в баке вывезут, тут уже из бака выбраться и дать деру с добычей.

– Хороший план, – одобрил Леня.

– Хороший-то хороший, да только не все по этому плану гладко получилось.

– Что, неужели промахнулся, с парашютом приземлился прямо к ротвейлерам за загородку?

– Нет, прыгнул-то он хорошо, прямехонько на крышу. С крыши спустился по веревке, влез в окно, никаких проблем… но тут-то и случилась у него незадача. Он план дома, конечно, раздобыл, но план был сделан за полгода до того, а с тех пор хозяин сделал ремонт с полной перепланировкой. Хобби у него такое было – раз в год ремонт устраивать. Так что там, где прежде был кабинет, теперь у него спальня была, и там как раз в это время хозяин с любовницей развлекался. Или даже с двумя. А тут как раз наш Миша в окно лезет…

– Представляю себе! – усмехнулся Маркиз.

– Так что с тех самых пор Миша Кот на зоне отдыхает. И еще долго будет отдыхать.

– Значит, его можно вычеркнуть.

– А если Мишу вычеркнуть, кто же тогда остается? – задумался Иван Игнатьевич. – Еще, конечно, был Витя Шимпанзе. Тоже ловкий парень, однажды в ювелирный магазин с крыши через дымоход пробрался. Причем магазин был на первом этаже, а дом десятиэтажный. Но Витя два года назад трагически погиб… – Иван Игнатьевич перевел дыхание и продолжил: – Пошел, понимаешь, с подругой в зоопарк и сдуру прямо там ей новые сережки подарил. Как раз из того ювелирного магазина. Ну, она их тут же мерить стала и одну серьгу уронила. Причем сережка закатилась в клетку к горилле. Ну, Витя же джентльмен! Полез в клетку за сережкой, хоть там и написано, чтобы даже близко не подходить. А горилле это не понравилось. То ли она, то есть он, к Вите подругу свою приревновал, то ли у горилл с шимпанзе непримиримые национальные противоречия. Только влепил этот обезьян Вите такую оплеуху, от которой Витя скончался, не приходя в сознание.

– Значит, и Витя отпадает, – констатировал Маркиз.

– Значит, отпадает… – вздохнул Иван Игнатьевич. – А тогда остается у нас только один подходящий специалист: Костя Бурундук! Он тоже очень здорово по крышам лазает!

– И где же мне этого Бурундука найти?

– А ты сходи, голубь сизокрылый, в подвальчик на Малой Садовой, возле Елисеевского магазина. Там за стойкой Карина стоит. Знойная женщина, мечта поэта. – Иван Игнатьевич поцеловал кончики пальцев. – Она, конечно, кофе не так хорошо варит, как здешний бариста, но зато точно знает, где можно Костю Бурундука найти. Только к ней, голубь ты мой сизокрылый, подход нужно найти…

– Ну, об этом вы можете не беспокоиться, – проговорил Маркиз, прежде чем проститься с консультантом.

Действительно, Леня Маркиз обладал несомненным мужским обаянием. Причем это обаяние особенно сильно действовало на молоденьких медсестер, учительниц младших классов, стюардесс местных авиалиний, секретарш маленьких коммерческих фирм, администраторов и горничных маленьких гостиниц и, конечно, официанток. Так что у него были все шансы найти общий язык со знойной женщиной Кариной.

Покинув кафе «Абхазия», Леня прямым курсом отправился на Малую Садовую.

П одвальчик оказался довольно скромным заведением, весь ассортимент которого ограничивался несколькими видами кофе из кофейного автомата и скромной выпечкой, вызывающей ностальгические воспоминания о кафетериях советских времен. Но посетителей в этом подвальчике было так много, что Леня с трудом нашел свободное место. Причину этого аншлага он понял, когда увидел женщину за стойкой.