Дама, которой не было - Мария Жукова-Гладкова

– Так то в магазин.

– Наташа, тебе банкир понравился? Лет ему сколько?

Я рассмеялась.

– Наташа, ты посмотри, сколько вокруг тебя новых мужчин в последнее время появилось! Вначале этот Николай Павлович из органов… Ты говорила, что он милый и симпатичный.

– Он появился не по доброй воле! Он дело ведет об убийстве Анжелики Львовны!

– Ты его не рассматриваешь как потенциального мужа?

– Нет! Мама, прекрати!

– А Валентин, который в твою машину врезался?

Признаться, в эти минуты я про Валентина вообще забыла.

– Банкир, конечно, – это самый надежный вариант, – продолжала рассуждать мама.

– Правда? В нашей стране с таким высоким коэффициентом опасности банкирской профессии?

Мама замолчала. А я подумала, что Игорь Леонидович мне на самом деле понравился. Только я-то ему не нужна… И вообще он уже дедушка! Но правильно говорят: или ни одного мужика, или всем скопом.

Я спустилась вниз, машина ждала у подъезда. Я села сзади, водитель тронулся с места, припарковался на некотором удалении от нужного нам дома, кому-то позвонил.

– Пока посидите в машине, – сказал он мне.

Сидеть пришлось около получала. Потом появился Андрей и раскрыл дверцу рядом со мной.

– Все-таки думаете сходить? – спросил он.

– А вы там уже были?

– Был. Ничего интересного не нашел. Но раз шеф приказал вас проводить, провожу.

– А вы считаете это глупостью и женской блажью?

Андрей неопределенно передернул плечами.

На шестнадцатый этаж мы на этот раз поднимались на лифте. Никого не встретили ни в холле первого этажа, ни на площадке, ни в коридоре шестнадцатого. Консьержа так и не было, подъезд так и не запирался.

Напарник Андрея ждал нас в квартире, дверь в которую оставалась открытой.

– Чувствуйте себя как дома, Наталья Борисовна, – хмыкнул Андрей.

– Я не могу чувствовать себя как дома в такой квартире.

– Ну это вы зря, – произнес напарник Андрея. – Надо везде чувствовать себя как дома. Тогда проще жить.

– Возможно, – не стала спорить я и прошлась по комнатам, не снимая кроссовок. Мокрых следов они не оставляли: и на улице было сухо, и я по улице-то почти не ходила.

На этот раз мне удалось рассмотреть всю квартиру. Она была шикарной – и шикарно обставленной.

– Что скажете, Наталья Борисовна? – вкрадчиво поинтересовался Андрей.

– Пыли нет. Кто-то убирается.

– Мало этого: кто-то живет. Продукты свежие. Взгляните в холодильнике.

– Что?! – резко повернулась я к нему.

Мужчина кивнул с самым серьезным видом.

– Вы точно были в этой квартире?

Я, в свою очередь, кивнула.

– На кого она зарегистрирована?

– На вашу начальницу.

– Анжелику Львовну? – на всякий случай уточнила я.

Андрей ответил утвердительно. «Интересно, а Глеб Гаджиевич знает про эту квартиру?» – подумала я, но решила, что ничего ему говорить не буду.

– А сейф? – спросила я.

– В этой квартире нет сейфа.

– Не может быть!

– Вы считаете, что они есть во всех квартирах?

– Нет, но…

– Смотрите сами, – он сделал широкий жест рукой.

Я осмотрела самые подходящие, с моей точки зрения, места. Ничего!

– Что она могла открывать? – спросила я у Андрея, постаравшись максимально точно вспомнить свой единственный визит.

– Вам могло показаться, что открывали сейф, потому что вы этого ждали, а на самом деле она могла открывать буфет, – высказал свое мнение Андрей. – А вообще звук открывающейся дверцы сейфа мог быть записан на диктофон, еще на какой-то носитель. Но сейчас здесь ничего интересного нет. Хотя в квартире точно живет какая-то женщина.

Я распахнула шкаф и уставилась на одежду, потом открыла ящики комода, вернулась в коридор и осмотрела обувь под вешалкой. Мужские вещи отсутствовали. Были только женские – новые или почти новые. Но учитывая количество одежды у Анжелики Львовны, я не смогла сказать, ее это добро или нет. Она каждый день приходила на работу в новом. То есть она, конечно, какие-то вещи надевала по несколько раз, но не два дня подряд. У нее было много ансамблей. Она постоянно что-то меняла.

– Ну? – спросил наблюдавший за мной Андрей. Его напарник все это время внимательно оглядывал стены.

Я не знала, что сказать.

А могла у нее быть дочь? Или племянница? Или… любовница? Кого она могла пустить жить в свою квартиру? Кто имел к ней доступ? Кто про нее знал?

– Нам пора, – сказал Андрей.

Я кивнула. Мы молча дошли до машин, меня опять вез шофер. Андрей с напарником уехали на другой. Сам Бояринов, как и следовало ожидать, в вылазке не участвовал.

Дома мама бегала по квартире большими кругами. Пахло валерьянкой. Она потребовала у меня детального отчета.

– Кто же там может теперь жить?! – воскликнула мама.

– Я думаю, что за квартирой проследят люди Бояринова, – высказала свое мнение я. – Вот только расскажут ли мне о результатах слежки или нет – вопрос спорный.

– Сама не вздумай следить и ездить туда одна! Наташа, я тебя заклинаю! Это может быть очень опасно!

Я кивнула. Но подумала, что неплохо было бы еще каким-то образом натравить на квартиру Николая Павловича. Интересно, а органы обычно проверяют всю зарегистрированную на убитого недвижимость? Или зависит от обстоятельств гибели? Тут скорее будет проверять Глеб, законный супруг и наследник.