Клуб "Везувий" - Марк Гэтисс

Все красивые девушки любят моряков. То, что они любят еще и агентов тайной службы, – большая удача, потому что моряк из меня никакой. Несколько дней спустя, пока все остальные пассажиры стояли на носу парохода «Мандрагора» и любовались, как он входит в гавань Неаполя, я лежал в своей каюте на две палубы ниже, обмотав голову мокрым полотенцем и ощущая все более нежную привязанность к фарфоровому унитазу.

Кто-то постучал в филенчатую дверь каюты, и передо мной возник какой-то слуга.

– Мистер Бокс, сэр?

– Эмммм?

– Мы на месте, сэр. Неаполь, сэр. Прибыли без происшествий, я пришел доложить, как и было сказано.

– Хууууххх!

– Не торопитесь, сэр. Я организую транспортировку на берег.

Дверь за ним закрылась.

Меня, как инвалида, вынесли из каюты и водрузили в экипаж: я еле успевал замечать, что творится вокруг, мой желудок по-прежнему бунтовал, а голова кружилась, хотя мы уже достигли суши. Я приложил ко рту платок – портовая вонь меня чуть не убила, – и меня доставили в отель, находившийся неподалеку.

Передо мной возникло здание ядовито-желтого цвета, и я успел мельком разглядеть отблески жаркого солнца и сапфировое небо, а потом меня внесли в фойе. Я, как мне показалось, бесконечно долго стоял в неожиданной темноте, пошатываясь, пока консьерж улаживал все детали, но вскоре мне помогли зайти в прохладный лифт, и я вознесся вверх, в убежище своего номера.

Коридорный открыл дверь, я, спотыкаясь, прошел мимо него и благодарно рухнул на кровать. Проваливаясь в благословенный сон, я видел, как он опускает шторы и как исчезают большие пятна слепящего света.

Пришел сон, а за ним – еще сон.

Мне снились открытые гробы и вываливающиеся оттуда чучела, погоня на кэбах по пейзажам, висящим на стене у Чудоу, и огромная толпа женщин с вуалями, разматывающих окровавленные бинты, которыми обмотаны их головы, в какой-то Саломееподобной вакханалии.

Проснувшись, как мне показалось, через несколько месяцев, я обнаружил, что в моей комнате прохладно и темно. Я решил, что за мной из снов явилась одна из женщин с вуалью и это развевается на ветру ее одеяние, похожее на саван. Сев на кровати, я понял, что это занавеска.

Чувствуя себя значительно лучше и голоднее, я поднял шторы и стал смотреть на гавань. Меня омывал теплый воздух, ароматный, как ладан. Погода – которая была ужасной на протяжении всего пути – исправилась, явив моему взору восхитительное синее небо и огромное жаркое солнце. Широкая дорога перед моим отелем была запружена экипажами и прогуливающимися парочками, белые зонтики почти нестерпимо блестели на солнце. Рядом возвышался уродливый Castell dell'Ovo,[30]и с его каменного основания тощие и коричневые от загара мальчишки-рыбаки, юркие, как угри, ныряли в морскую пену.

Над всем этим вполне естественно возвышался великий вулкан Везувий – фантастический расплывчатый голубоватый фантом, подножия зеленели, о том, где вершина, можно было догадаться лишь по слабой струйке дыма – она была будто сигнал из трубы Ватикана.

Прикрыв глаза от ослепительного света и глубоко вздохнув, я достал из жилетного кармана брегет и довольно улыбнулся. В полдень я должен встретиться с Мезозоем Нечеллом, а значит, у меня достаточно времени, чтобы принять ванну и переодеться. Я распаковал вещи и разложил свои щетки и одеколоны на комоде. По сентиментальным соображениям я привез с собой цинкового улана, которого в тот незабываемый день рисовала Белла. Он будет напоминать мне об этой прелестной девушке, пока я не закончу это любопытное дело и не вернусь к ней.

Лучше всего мне всегда думается в ванной. Пар клубился вокруг моих ушей, а я размышлял о последних событиях. Как ты, наверное, уже догадался, дорогой читатель, дуче Тьеполо действительно оказался тем самым джентльменом, о котором говорила мисс Китти Хлёст, и за этой подменой стоял он. Но люди инспектора Слиффа, приехав, обнаружили, что дом закрыт и покинут. И все это дело могло бы быть никоим образом не связано с делом профессоров, если бы не тот факт, что миссис Ноуч некогда была замужем за Максвеллом Моррэйном. Но каким, черт возьми, образом я должен распутать этот дьявольский клубок?