Время скорпионов - D.O.A.

Еще кто-то появился в воротах ангара и заговорил с первым. Это длилось довольно долго. Тарек боялся шевельнуться. Незнакомцы говорили негромко, и ему не удалось понять, что они обсуждали. Наконец спустя десять минут они удалились, и он тоже решил уйти. Ему повезло, однако не стоило терять чувство меры.

Торопливо выпрямившись, Сафед ударился о бочку, и та ответила ему пустым звуком, сильно отличающимся от первых двух. Внимательный осмотр тары показал, что кто-то незаметно срезал верхнюю часть, чтобы сделать некое подобие крышки. Стык был грубо замазан краской. Он подцепил ножичком металлический колпачок и снял его. Увидев, что находится внутри, он инстинктивно отпрянул, содрогнулся и в панике упал назад, тяжело ударившись спиной о землю. Падение слегка оглушило его, и Тареку понадобилось время, чтобы прийти в себя и понять, что он ничем не рискует. Иначе он уже был бы мертв. Он встал и снова залез в кузов.

Бочка скрывала второй цилиндрический контейнер, меньшего размера и диаметра. Эта емкость белого цвета, казалось, была сделана из гораздо более прочного металла, нежели бочка. На верхней ее части виднелись цифры и буквы, флаг и значок, на который он так болезненно отреагировал несколькими минутами раньше: черный череп в желтом квадрате. Он указывал на содержание военного химического вещества. Тарек часто видел его на ящиках двухкомпонентных снарядов, с которыми его научили обращаться в артиллерии. Он достал только что выданный ему маленький цифровой аппарат и сфотографировал крышку поблескивающего металлом цилиндра.

04.09.2001

— А теперь, если позволите, перейдем к последнему пункту распорядка дня возвращения. На чем мы остановились? — Глава кабинета произнес эти слова, чтобы прекратить начавшийся разговор, не касающийся дела. Он склонился над лежащими у него на коленях бумагами.

Его патрон с загорелым и отдохнувшим лицом вот уже минут десять молчал и лишь согласно кивал на каждую фразу своего помощника. Казалось, он витает в облаках.

Напротив них, рассевшись полукругом вместе с сотрудниками своих отделов, расположились все главы разведывательных ведомств Министерства обороны.

— Ситуация нестабильная. — Слово взял адмирал, руководящий Управлением военной разведки. — В последние недели мы наблюдаем снижение контактов между нашими объектами. Но в настоящий момент мы не в состоянии определить, является ли это устойчивой, продолжительной тенденцией.

Он поискал взглядом одобрения своих собеседников; те согласно кивнули.

— На национальном уровне заметен некоторый подъем общего воодушевления. — Вот уже несколько минут шеф жандармов пытался сказать свое слово. — И все же, если угрозу нападения нельзя исключить, она представляется мне смутной, трудноуловимой…

— Маловероятно? — Голос министра обороны заставил его замолчать.

— Уже давно вопрос не в том, произойдет ли нападение, а в том, когда оно произойдет, — спокойным голосом заговорил глава службы внешней разведки. — В настоящий момент мы можем разглядеть предупреждающие знаки, поступающие к нам прежде всего от американцев. Они в панике. В последнее время они участили запросы информации, так что им уже и счет потерян. Кстати, в начале августа они объявили всеобщую боевую готовность. Хотя мы точно не знаем, чем это вызвано.

Министр на несколько секунд задумался.

— А израильтяне?

— С виду спокойны, сосредоточены на своих внутренних проблемах. Кое-какие вторжения на территорию Африки. Ничего, с чем мы не смогли бы справиться.

— Можете ли вы гарантировать мне эффективность наших операций слежения? — Этот вопрос министр адресовал всем.

И снова заговорил руководитель службы внешней разведки:

— За последние полгода в результате обработки сведений, полученных благодаря деятельности различных наших служб, мы успешно провели несколько операций. — Это напускное благородство позволяло ему скомпрометировать младших коллег, в частности двоих представителей Управления военной разведки. — Но угроза столь часто меняется, что сложно гарантировать полную эффективность или неприкосновенность национальной территории. К тому же с течением времени увеличиваются ставки и риски. Обострение неизбежно. Лучшее тому подтверждение — арест этого французского гражданина алжирского происхождения в…

— Дубае? — Министр читал досье или обобщающую записку тайного советника. — Знаменитая «Игуана»?

— Да, месье. Как того требует порядок, мы передали ориентировки в наше полицейское ведомство. Вместе с некоторыми европейскими коллегами они проводят операцию слежения, французская часть которой носит название «Божественное дуновение». И они готовы вмешаться, чтобы нейтрализовать остальных членов сети «Игуана».

— Делом руководит Управление территориального надзора?

— Нет, служба общей информации. Очевидно, многие их обычные клиенты находились среди выявленных объектов, этим объясняется подобный выбор. Управление территориального надзора в нужный момент займется судебными вопросами.

— На каком они этапе?

— Непосредственно сейчас единственная полученная ими достоверная информация заключается в том, что угрозу следует принимать всерьез. Эти люди решительны и опасны. Однако дело еще недостаточно проработано, чтобы подготовить легальный процесс. Один из наших офицеров, тот, что получил первичные сведения от информатора в Дубае, был командирован в Министерство внутренних дел в качестве связного агента службы внешней разведки. Как бы то ни было, все указывает на то, что Франция не застрахована от масштабной операции с применением химического или бактериологического оружия, а…

— А главное, мы зависим от иностранных источников информации. — Министр довольно сухо прервал его речь. — Добавлю: к тому же случайных. Без этого таинственного эмиратского источника мы бы ничего не узнали о плане покушения на американские интересы у нас, прямо здесь, в Париже.

Снисходительный тон последнего замечания, словно обращенного к нерадивым ученикам, заставил присутствующих насупиться.

Шеф жандармов попытался дать объяснение:

— В этой области нам известно, что…

Министр незамедлительно перебил его:

— Что нам ничего не известно. — Он выпрямился в своем кресле. — Или очень немногое. Меня интересует, не появится ли в повестке дня изменение планов нападения, а также повышение уровня угрозы. Надо что-то предпринять.

«Или хотя бы сделать вид». Сидящий позади своего шефа Стабрат оставил это замечание при себе.

— Вы правы, месье, вероятно, было бы желательно пересмотреть планы нападения на территорию нашей страны, в особенности ядерно-бактериохимического нападения. — Заканчивая фразу, он бросил взгляд в сторону представителей службы внешней разведки.

Их реакция не заставила себя долго ждать, и голос полковника Монтаны, тайного советника шефа внешней безопасности, раздался у него за спиной:

— Есть ли у вас основания, генерал, полагать, что в последнее время угроза особенно усилилась? — Тон был сладкий, но с оттенком высокомерия.