Чарли Стелла - Чарли Стелла

– Наверное, он прикарманивал твои денежки, – сказал Яндолли. – Но я пришел к тебе не из-за Бенни. Избили одного малого и его жену. Они из Нью-Йорка. Тебе что-нибудь об этом известно?

– С какой стати мне должно быть известно о такой ерунде?

– Не знаю. Разве что… парня избили на стройплощадке «Палермо». Один из рабочих нашел его в канаве за макетом.

Леркази опустил штангу на грудь.

– Ты серьезно?

– Серьезнее некуда. Джерр, «Палермо» – твоя территория. А избивать туристов-отпускников, как ты знаешь, низзя. Даже если они и связаны с мафией.

– Кто связан с мафией? О чем ты вообще?

– Да так, ни о чем. Просто в тот самый день, когда избили несчастных супругов, к нам из Нью-Йорка прилетели два реальных пацана.

– Что за реальные пацаны? Не знаю никаких реальных пацанов.

– Знаешь, Джерр. Они – члены того же братства, в котором состоишь и ты и которого как будто не существует. Как только какого-нибудь члена вашего братства берут за задницу, он тут же закладывает всех остальных. Ты что, кино не смотришь?

Леркази продолжал добавлять на штанге вес.

– Сколько у тебя сейчас? – поинтересовался Яндолли.

– Сто пятьдесят кило.

– Хочу посмотреть, как ты работаешь. Не возражаешь?

Леркази лег на скамью, захватил штангу, сделал несколько глубоких вдохов-выдохов и со стоном снял штангу со стойки. Медленно опустил ее на грудь. Сделал жим, кряхтя от напряжения. Повторил упражнение два раза, опустил штангу в стойку и, отдуваясь, сел.

– Что, сдох?

– Вот именно, – с трудом выговорил Леркази.

– Ты тренируйся, не останавливайся. Если я узнаю, что несчастных туристов все-таки избили по твоему приказу, тебе еще долго придется тягать вес в каталажке.

Леркази вытерся полотенцем.

– Ни о каких туристах знать не знаю, – задыхаясь, заявил Леркази.

– А ты наведи справки, поспрашивай среди своих, – посоветовал детектив, изображая, будто запыхался, как и его собеседник.

Леркази взял трехкилограммовый блин.

Яндолли шумно выдохнул.

Чарли решил поделиться своими сомнениями с Самантой. Он рассказал ей о драке в нью-йоркском ночном клубе и о том, что избили его жену. Саманту передернуло, когда она услышала, как изувечили Лизу.

– Господи! – воскликнула она.

– Ей сделали уже несколько операций.

Они сидели за кухонным столом. На Саманте были белые шорты и темно-синяя блузка. На Чарли – серые мягкие брюки «Докерс» и коричневая рубашка поло. На случай, если вечером, после ужина, будет холодно, он захватил и темно-синюю спортивную куртку. Кэрол, соседка Саманты по комнате, принимала душ.

– Что такое АБН? – спросила Саманта.

– Агентство по борьбе с наркотиками. Я им не верю. Мало ли что они говорят… Тот тип, который ко мне приходил, старается прикрыть подонка, который напал на Лизу. – Чарли закурил сигарету. – Я не знал, стоит ли мне к тебе приезжать. Я и сейчас не знаю, нужно ли мне остаться.

– Ты чувствуешь себя виноватым из-за того, что случилось с твоей женой? Скажи честно.

Чарли взял Саманту за руку.

– Дело не в Лизе.

Она криво улыбнулась:

– Чарли, ты мне нравишься. Но я не хочу впутываться в историю, к которой не имею никакого отношения.

– Дело не в Лизе.

Саманта кивнула.

– Он, тот агент, сказал, что ты в безопасности, так?

– По-моему, он просто хотел убедиться в том, что я не обращусь в полицию, – ответил Чарли. – Гангстер заботил его гораздо больше, чем я.

Саманта вынула сигарету из его пачки.

– Я уже пять лет как бросила, – сказала она. Повертела сигарету в пальцах, а потом сунула ее обратно. – Даже без фильтра?

– А я закурил только в тридцать. Глупо, правда?

– Очень глупо. Что делать собираешься?

– Я никуда не пойду, если хочешь. Вот почему я тебе обо всем рассказываю. Тебе нужно знать, с кем ты связалась. И потом, мне не хочется, чтобы что-то случилось здесь, с тобой.

– Как несправедливо! Нет, я не хочу, чтобы ты уходил. Зачем бы я понадобилась твоим врагам? Просто смешно!

– Я надеялся, что ты так скажешь.

Они держались за руки. Саманта глубоко вздохнула.

– Ты ее видел? – спросила она.

– Она была в послеоперационной палате.

– Ты еще вернешься в больницу?

Чарли чувствовал: Саманте небезразлично его отношение к жене. Он покачал головой.

– Мне там все время было как-то не по себе, – признался он. Потом рассказал ей о Джоне Дентоне и о том, как жена ему изменила.

Саманта испытала некоторое облегчение.

– Я туда не вернусь, – сказал Чарли.

Саманта снова глубоко вздохнула.

– Мне кажется, стены сжимаются и душат меня.

– Сэм, я не давлю на тебя. Я знаю, что ты сейчас чувствуешь.

Она снова потянулась к сигаретной пачке. На сей раз она закурила. Глубоко затянулась и закашлялась.

– Как будто огонь проглотила!

– Ты красивая, даже когда кашляешь.

С трудом подавив кашель, Саманта положила сигарету в пепельницу.

– Да уж, это точно… Ты не боишься возвращаться домой, в Нью-Йорк? – спросила она.

– О возвращении я еще не думал. Вообще-то хочется верить, что все кончено. Они за мной охотились, и они меня достали. Как и сказал агент АБН. Правда, почему-то я не слишком ему верю. Но в полицию я не пойду.

Последовала неловкая пауза. Чарли хотелось обнять ее и поцеловать.

Он попросил холодной воды. Когда Саманта встала, он принялся наблюдать за ней. Вот она встала на цыпочки, чтобы дотянуться до стакана… Чарли поднял взгляд и осмотрел ее ноги, лишь слегка прикрытые короткими шортами.

Она повернулась к нему:

– Все рассмотрел?

Он почувствовал, что краснеет, несмотря на кровоподтеки.

– Я не думал, что все так очевидно.

– Ну и?..

Чарли опустил глаза и стал рассматривать кровоподтек на тыльной стороне правой руки.

– Извини, – промямлил он.

– Не извиняйся. – Саманта улыбнулась.

В нее можно было влюбиться за одну ее улыбку!

Когда она подала стакан, то села к нему на колени и легонько поцеловала в губы. Потом сняла с него очки и поцеловала снова – на сей раз более требовательно.

– Ух ты, – сказал он.