Банда 6 - Виктор Пронин

— А кому достались пятьдесят миллионов? — серьезно спросил Шаланда.

— Какие пятьдесят миллионов? — Пафнутьев был не менее серьезен.

— Ну, о которых ты только что рассказывал, — Шаланда начал раздражаться.

— Я?!

— Значит, так, — Шаланда понял, что над ним издеваются, и перешел на сухой тон. — Убийца в доме, это совершенно ясно. Согласен?

— Могли стрелять в окно, — заметил Пафнутьев. — Объячев любил спать при открытом окне. Когда его нашли, окно было распахнуто настежь. Стрелять могли откуда угодно, вокруг полно недостроенных домов.

— Так ведь это... Твой Худолей говорил даже о позе, в которой якобы находился убийца в момент выстрела.

— Худолей говорил о горизонтальном полете пули. Но это имеет значение только в том случае, если бы Объячев действительно лежал головой на подушке.

— А как ему еще лежать?

— Он мог находиться в полулежачем положении, мог сидеть, опершись о спинку кровати.

— Ты так думаешь? — растерянно спросил Шаланда.

— А что касается утерянных им заправочных станций... Он мог их продать, а деньги вложить в дом.

— Тоже верно. Как бы там ни было, Паша, но дом надо перевернуть вверх ногами. Надо искать оружие.

— Нашли, — негромко сказал Пафнутьев.

— Кто нашел? — воскликнул Шаланда.

— Худолей.

— Но ты ведь сам только что говорил, что стреляли с соседнего участка! — возмутился Шаланда.

— Я этого не утверждал, — Пафнутьев оставался невозмутимым. — Просто предположил — не стреляли ли в окно? А что касается пистолета, глушителя... Да, Худолей все это обнаружил и приобщил к делу. Но твои ребята тоже неплохо сработали.

— Да? — польщенно протянул Шаланда. — Они у меня такие!

— Как сели возле дверей, так и не поднялись. Никого из дома не выпустили. Даже мне с трудом удалось пробиться и выскочить в город.

— Так, — крякнул, как от удара, Шаланда. — Хорошо, Паша. Все это очень хорошо. Ты разговаривал с патологоанатомом?

— Нет еще... А что?

— Поговори с ним, Паша. У вас должен получиться разговор. Надеюсь, он будет содержательным.

— Кстати... Что с гадалкой? Она в самом деле предсказала Объячеву смерть в собственной постели?

— Работаем, Паша, работаем. Будут результаты — доложу, — и Шаланда положил трубку.

Патологоанатом встретил Пафнутьева потрясающим своим взглядом — сквозь толстые и, кажется, зеленоватые стекла очков на мир смотрели не то человеческие глаза, не то просто за стеклами шла какая-то своя, таинственная жизнь.

— Здравствуйте! — сказал Пафнутьев громко и радостно, чтобы хоть голосом попытаться нарушить стылую какую-то, холодящую тишину морга.

— Рад вас видеть в добром здравии, — эксперт поморщился, что, очевидно, означало радостную улыбку.

— Говорят, у вас новости?

— А у нас всегда найдется, чем порадовать хорошего человека.

— Сегодня утром доставили труп Объячева...

— Пообщались мы с вашим Объячевым, познакомились.

— Как я понимаю, смерть наступила от выстрела в голову?

— Не сказал бы, не сказал бы, — пропел эксперт.

— От чего же?! — невольно воскликнул Пафнутьев.

— Сие есть тайна великая, — эксперт скорчил безутешную гримасу. — Великая и непознаваемая.

— Простите... Может, мы говорим о разных людях?

— Здесь не говорят о людях... Здесь говорят о том, что от них осталось. Да, конечно, я вынужден с вами согласиться — в голове трупа зияет большая сквозная дыра. Все в наличии — входное отверстие, выходное отверстие... Жить с такой раной невозможно. И если вы вздумаете убеждать меня, что это не так...

— Ни в коем случае! — поспешно вставил Пафнутьев.

— И правильно, — кивнул эксперт. — Не надо меня в этом убеждать. К сожалению, я не был знаком с этим человеком при жизни, но люди, которые его знали, говорят о нем разное... Кто он был на самом деле... Сие есть тайна великая.

— Да, скорее всего, — поддержал Пафнутьев разговор, маясь от неопределенности. — Вы сказали, что он умер не от выстрела в голову?

Эксперт помолчал, скорбно рассматривая сидящего перед ним Пафнутьева, потом принялся что-то изучать на своих ладонях, красных от постоянного мытья, потом оборотил свое лицо к окну, и оно осветилось — слепящее солнце било прямо ему в глаза.

— В самое сердце поразил его убийца.

— В сердце?! — присел от неожиданности Пафнутьев.

— Пойдемте, — эксперт поднялся и быстрыми, частыми шагами направился к выкрашенной белой масляной краской двери.

Не любил Пафнутьев бывать в моргах, не любил и всячески избегал этих гнетущих посещений, увиливал, но иногда, как в этом случае, ему попросту некуда было деваться. И он покорно, склонив голову, поплелся вслед за экспертом. А тот едва вошел в морг, включил яркий свет — и Пафнутьев сразу увидел на возвышении накрытое чем-то грязноватым тело Объячева. Подойдя к трупу, эксперт резким движением отдернул простыню и обернулся к поотставшему Пафнутьеву.

— Смотрите, — он ткнул пальцем в едва заметную красноватую точку чуть пониже левого соска. — Вот сюда, точно в сердце вошла игла.

— Игла?

— Назовите ее шилом, как угодно назовите... Но если вы позволите мне немного...

— Позволяю.

— Дело в том, что это, конечно, не игла и не шило. Это был длинный острый предмет небольшого сечения. Скажем, в диаметре где-то около двух-трех миллиметров. Отсюда можно предположить и материал. Сталь. Это наверняка был не алюминий, не медь, не железо, не чугун... — исчерпав свои познания в металлах, эксперт замолчал.

— А длина? — спросил Пафнутьев.

— В тело предмет проник сантиметров на двадцать, может быть, на двадцать пять. Но что касается двадцати сантиметров, то это совершенно точно. А вот уже про двадцать пять ручаться не могу, потому что...

— Значит, стреляли в мертвого? — Пафнутьев и сам не заметил, как перебил эксперта.

— У меня тоже такое впечатление.

— Но здоровый, сильный мужчина в расцвете физических, духовных, сексуальных сил... Как он мог позволить совершить такое над собой?

— Сие есть тайна великая, — смиренно ответил эксперт.

— Значит, стреляли в мертвого... — повторил Пафнутьев, пытаясь осознать открывшиеся перед ним события. — Скажите, а разве человек, который стрелял с близкого расстояния, мог не заметить крови на груди?

— Ее могло не быть. Ну, выступила капелька, ну, выступила вторая... Если на нем был пестрый свитер, махровый халат, одеяло с пододеяльником... Вполне могло случиться так, что стрелявший и не заметил, что перед ним полноценный труп. Особенно если этот выстрел прозвучал вскорости после убийства. Мне все время хочется задать вам один вопрос...