Блондинка на завтрак - Наталья Александрова

— Ими их? — удивленно переспросила секретарша.

— Да! — повторил шеф. — Ими их! Сотрудникамиобязанностей! Вы свободны!

Секретарша понурившись вышла из кабинета и промокнулакружевным платочком глаза.

— Вот так все время, — со вздохом проговорила она,повернувшись к Лоле, — я понимаю, ты уже передумала… Я тебя очень хорошопонимаю и совершенно не виню…

— Но он хоть не пристает? — поинтересовалась Лола,которую в действительности волновал совершенно другой вопрос.

Она все еще не нашла в адвокатской конторе нужную ейорхидею. В приемной ее не было, а кабинет адвоката ей не удалось целикомрассмотреть.

— Лучше бы приставал! — с глубоким чувствомвоскликнула Ксения. — Все-таки что-то человеческое, как у всех нормальныхлюдей!

Нет, он ни за что не будет приставать, потому что боитсяобвинения в домогательстве! У него все рассчитано, до минуты, даже до секунды!

— Это он и есть Гринбаум, глава конторы?поинтересовалась Лола. — А есть еще и сын?

Может, с тем легче иметь дело?

— Да что ты! — Секретарша махнула рукой. Это дажене сын, это внук! Сыну больше семидесяти, он живет в Америке и приезжает раз вгод, чтобы всех перешерстить. А самому главному Гринбауму уже девяносто пять,он почти не выходит из дома, но его все ужасно боятся!

А внук пока еще не стал официальным партнером, ему толькопятьдесят лет, и отец с дедом считают, что он слишком юн! Вот мальчик истарается, хочет доказать своим родственникам, что уже достаточно повзрослел!Вот опять! она схватилась за голову.

— Ксения! — донеслось из кабинета. — Мненужна папка с перечнем гражданских исков за девяносто второй год!

Секретарша бросилась к укрывшемуся за аквариумомнесгораемому шкафу, распахнула его дверцы и принялась лихорадочно перебиратьпапки. Наконец вытащила одну и бросилась в кабинет.

На этот раз Лола заняла другую позицию, чтобы разглядетьдальний угол кабинета.

Адвокат все так же безостановочно ходил от стены к стене,выпучив круглые глаза и шевеля губами. Как только в кабинет влетела секретаршас папкой, он остановился и уставился на нее.

При этом сходство с аквариумной рыбой стало такимудивительным, что Лоле захотелось насыпать адвокату сухого корма.

— Ксения! — раздраженно воскликнул мужчина. —За что я вам плачу?

— За своевременное и качественное выполнениеобязанностей секретаря! — отбарабанила секретарша и заранее началавсхлипывать.

— Вот именно! — Адвокат поднял палец. Закачественное! А не только своевременное!

А вы, — он оттянул манжет и взглянул на часы, вы наэтот раз, конечно, принесли мне папку достаточно быстро, это заняло у вас всегоодну минуту двадцать семь секунд. Однако что я у вас просил?

— Папку с перечнем… — едва слышно отозвалась секретарша.

— С каким перечнем? — настаивал ее начальник.

— С перечнем гражданских исков за девяносто второй год…

— А что вы мне принесли? — рявкнул мужчина.

— Папку… — по щекам секретарши уже сползалислезы, — папку за девяносто второй год…

— Ксения, вы учились в школе? — не отступаладвокат.

— И в школе, — мучительно выдавила девушка, —и в институте…

— Почему же вас там не научили читать? Голос адвокатагремел, как гром в начале мая. — Вы видите, что здесь написано?

— Девяносто второй год… — сквозь слезы проговориласекретарша.

— А выше, выше!

— Перечень, уголовных…

— Уголовных! — проревел адвокат. — Уголовных!Значит, вы все-таки умеете читать! Я бесконечно рад за вас! Тогда, может быть,вы все-таки принесете мне то, что я просил? Так, в виде исключения?

Ксения выскочила из кабинета, как ошпаренная.

Лола отскочила от двери, чтобы не столкнуться с обезумевшейсекретаршей. Впрочем, она уже успела разглядеть то, что ее интересовало.

В дальнем углу кабинета, на высокой деревянной консоли,стоял горшок с невзрачным, тускло-зеленым кустиком, увенчанным единственнымцветком. Ярко-оранжевая орхидея с глубокими лиловыми прожилками казаласьнеуместной в кабинете истеричного адвоката, как показался бы неуместным в тихомзале библиотеки покрытый зеленым сукном игорный стол или вращающееся колесорулетки или в хирургической операционной — ударная установка рок-группы.

Ксения снова распахнула дверцы несгораемого шкафа и нырнулатуда с головой. Изнутри доносились только ее горькие всхлипывания и громкийшорох перебираемых бумаг.

Наконец она вынырнула наружу, сжимая в руке новую папку, иснова исчезла в кабинете своего шефа.

Лола задумчиво посмотрела ей вслед. Неожиданно у неевозникла, как выражался незабвенный Остап Бендер, плодотворная дебютная идея.Она вытащила из сумочки мобильный телефон и набрала номер Маркиза. Леня ответилне сразу, и голос его звучал как-то подозрительно, казалось, что он заняттяжелой физической работой. Лола решила, что разберется с ним позднее, ипоспешно изложила свою плодотворную идею.

Леня Маркиз всегда схватывал такие вещи на лету, повторятьему дважды не пришлось.

Из-за двери кабинета, на этот раз плотно закрытой,доносились глухие раскаты адвокатского голоса. Наконец дверь сновараспахнулась, появилась измученная секретарша. Ее лицо было покрыто краснымипятнами нервного румянца. Ксения подошла к своему столу, достала из ящика чутьли не литровую бутыль валерьянки и трясущейся рукой налила в стаканчик тройнуюпорцию.

— Надо будет в аптеке скидку потребовать, проговорилаона, лихо проглотив содержимое стаканчика, — я у них оптовый покупательуспокоительных средств, без них здесь и дня не продержаться! Ну, ты на моегошефа полюбовалась, так что больше, надо думать, не рвешься занять мое место?

— А почему ты от него не уходишь? —поинтересовалась Лола вместо ответа — Я на тебя поражаюсь! Неужели так хорошоплатит, что ты согласна терпеть все эти издевательства?

— Какое там! — отмахнулась Ксения. — Гроши!Слезы одни!

— Так в чем же дело? Плюнь на него и хлопни дверью!

— Легко сказать! Он же законник! Когда принимал меня наработу, как-то так хитро составил трудовой контракт, что я не могу от негоуйти, пока он не найдет мне замену, а сама понимаешь, никто не стремится занятьэто прекрасное место! Не находится второй такой идиотки, как я1 Ксения снованачала всхлипывать, но Лола ее остановила:

— Ладно, считай, что такая идиотка нашлась.

Иди домой, я с твоим шефом разберусь. Обещаю тебе, чтобольше он над тобой издеваться не будет!

— Правда, что ли? — Секретарша посмотрела на Лолус изрядной долей недоверия, однако начала торопливо складывать вещи, пока та непередумала.