Кино с клубничкой - Людмила Ситникова

– Ты бы сходила к доктору, он, небось, скажет, от чаво твой-то…

Не слыша уже слов дедки, Катарина встала и вышла из палаты.

Боже, боже, что же это делается? Витька умер… Невозможно поверить! Виктора Столярова больше нет в живых… Это сон, кошмарный сон, здесь какая-то ошибка!

На негнущихся ногах Ката доковыляла до кабинета врача. Без стука открыла дверь. Увидев еe, доктор поднялся.

– Вы…

– Я пришла к Столярову, к Виктору Столярову, а мне сказали… он умер…

Врач опустил голову.

– Да, это действительно так. Вы ему кто будете?

– Знакомая, – с трудом выдавила Ката. Во рту у нее пересохло, язык еле шевелился.

– Мне жаль, примите соболезнования.

– Но почему, ответьте, почему он умер? Я была у него недавно, он выглядел великолепно.

– Понимаете, у него было очень слабое сердце. Оно, можно сказать, могло остановиться в любую минуту. Мы предупредили об этом его жену перед операцией.

– Слабое сердце… – повторила Ката.

– Операция прошла успешно, но… случилось то, что случилось. Сердце…

Ката зарыдала.

– Успокойтесь, я дам вам успокоительное.

– Нет, не надо. А его жене уже сообщили?

– Нет, мы не можем до неe дозвониться. Она приходила к мужу каждый день к шести вечера, будем ждать.

Ката вышла в коридор и, пройдя метров пятнадцать, поняла, что сейчас потеряет сознание. Она опустилась на стул, слeзы заливали глаза, тушь размазалась по лицу и чeрными струйками стекала по щекам.

«Бедная Регина, надо же ей сообщить», – билась в голове мысль.

Выудив мобильник, Катка пару минут с отупением таращилась на телефон, не решаясь набрать нужный номер. В конце концов, собравшись с духом, нажала нужные кнопки.

Услышав бодрый голос Столяровой, Копейкина, стараясь не разрыдаться в трубку, простонала:

– Регина… случилось страшное…

– Господи, неужели Санта-Барбара закончилась?

– Виктор умер!

Тишина.

– Регина, ты меня слышишь?

– К-как умер?

– Сердце остановилось, приезжай в больницу.

– У-у-умер… – повторила Регина. – Нет… не верю… ты врeшь, ты всe врeшь!

– Приезжай. – Ката отсоединилась. Она не могла больше сдерживаться и, обхватив голову руками, зарыдала.

Перед глазами начали мелькать счастливые эпизоды. Вот Витька пришeл к ней на день рождения и подарил флакон любимых духов. И не важно, что любимыми они были в годы еe учeбы в институте, а сейчас, при богатом выборе парфюма, она отдавала предпочтение другой марке. Главное не подарок, а внимание. Затем вспомнился их совместный пикник. Витя с Региной и Катка с Андреем сидят на живописной поляне под ветвями огромного дуба и с наслаждением поглощают шашлык. Витька травит анекдоты, Катарина заливается смехом, а Регинка злится, так как до неe не доходит смысл.

Они были знакомы почти двадцать лет, и за все эти годы Катка не встречала человека добрее Столярова. Он всегда был…

– Эй, Катка, ты чего ревeшь?

Господи, ей мерещится его голос… голос Виктора…

– Да что с тобой происходит?

Копейкина подняла голову.

Напротив стоял розовощeкий Витька. Улыбаясь в тридцать два зуба, он сжимал в руке красное яблоко. Пару мгновений Ката смотрела на него обезумевшими глазами, затем из ее горла вырвался крик.

– А-а-а-а-а…

– Ты чего, Ката? – Столяров, не на шутку перепуганный странным поведением Копейкиной, сел рядом с ней и взял за плечи.

– Витька, ты жив?! – Копейкина кинулась ему на шею и начала осыпать лицо друга поцелуями.

Опешивший Столяров выронил из рук яблоко.

– Конечно, жив, а по-твоему, я должен быть мeртв?

– Жив, жив! – твердила Ката.

– Послушай, если ты сейчас не объяснишь мне, что происходит, я решу, что ты рехнулась.

Не обращая внимания на его слова, она продолжала обнимать приятеля.

– Мне больно, задушишь! – начал тот вырываться.

– Они сказали, ты умер.

– Кто они?

– Сначала старик в палате, потом врач. Уверяли, что сердце остановилось.

Столяров сглотнул, нахмурил лоб, а потом засмеялся.

– Чего смешного-то? – отстранилась Катка.

– Они всe перепутали. Или ты перепутала.

– Перепутала?

– Ну да.

– Не понимаю.

– У нас в палате лежал старичок, ему было под восемьдесят, тоже после операции, тоже аппендицит. И он оказался полным моим тeзкой – Виктор Столяров. Так вот умер он, а не я, понимаешь?

– То есть не ты?

– Ну, ты меня пугаешь. Я же с тобой разговариваю. Как, по-твоему, покойники на такое способны?

– Нет.

– Уже лучше.

– Господи, спасибо тебе! – Ката подняла глаза к потолку, потом перевела их на Виктора и пролепетала: – Я так перепугалась, если бы ты только знал…

– Я видел. Ну а сейчас немного успокоилась?

– Да, чуть-чуть, но дрожь не прошла, и ноги трясутся.

– Пройдeт, не переживай. Всe хорошо, что хорошо кончается.

– Ты прав. Тем более что сегодня я уже видела одного покойника.

– Где?

– Помнишь, я говорила про записную книжку Игнатовой?

– Ну?

– Утром я должна была встретиться с Павлом Наездниковым, он работал в издательстве. Так вот, его на моих глазах сбила машина. Но самое странное, что машина, сбившая Павла, приехала к издательству за полчаса до его появления. Ты понимаешь, кто-то специально ждал Наездникова, наезд был запланирован заранее!

– И какие мысли?

– Пока никаких. Но я тут вот что подумала: у меня есть ещe два адреса, неких Ирины и Марии, и собираюсь поговорить с женщинами… а потом отправиться в Гамбург.

– В Гамбург? Боже мой, зачем?

– Как зачем? Неужели ты не понимаешь? Игнатовых убили, и, возможно, кто-то сейчас живeт в Германии под их именами.

– Ну, это маловероятно.

– Почему?

– Посуди сама, как убийцам удалось пересечь границу с паспортами покойных? Бред.

– Совсем не бред. В наше время и не такое случается.

– Всe равно звучит неправдоподобно.

– Тем не менее я туда отправлюсь.

– Допустим, все так, как ты предполагаешь. Но как ты собираешься одна в чужой стране вывести на чистую воду негодяев?