Секретарша на батарейках - Галина Куликова

— Валерий Леопольдович! Ваша мама просит вас срочно кней зайти.

— Боже мой! — раздраженно воскликнул тот. —Она же видела, что я ушел с нашей гостьей!

— Знаете, я посмотрю коллекцию в другой раз, —поспешно сказала Марина и захлопнула книгу. — Когда выдастся спокойныйвечерок…

— Скоро поднимется ветер, — принялась за староеСофья, — и ни у кого уже не будет спокойных вечерков.

Сунув «Страну филателию» обратно на полку, Марина поспешноретировалась, провожаемая подозрительным взглядом Аллы.

— Мариночка! — догнал ее Софьин муж. Романпередвигался мелкими шажками, и создавалось впечатление, будто он лебезит передтем, с кем идет рядом.

— Вам, наверное, скучно в этой деревне! Почему брат неповез вас на Канары или на Мальдивы?

— На Канарах и Мальдивах мне уже надоело, —заявила Марина противным тоном. — Захотелось чего-нибудь посконного — нареку с дикими берегами, где квакают лягушки и плещутся караси. Где лодкипоскрипывают уключинами.

— Ну да, — сказал озадаченный Роман. — А ядумал, что вас манят экзотические страны. Сам я в следующем году собираюсьпобывать в Канаде. Может быть, даже присмотрю себе там работу и уеду насовсем.Говорят, русских профессионалов там отрывают с руками и ногами.

— А какая у вас профессия? — заинтересоваласьМарина.

— Свободная. Я многое умею! Кроме того, у меняпрактически уже в кармане приличная сумма на обустройство.

— Ваша жена тоже поедет?

— Жена? — переспросил Роман с таким удивлением,как будто вообще не подозревал, что это за зверь. — Не знаю, не знаю.Софья — очень сложный человек…

Между тем Дима Куманцев, воспользовавшись случаем,нарабатывал оперативный материал. Он посетил кухню, где близко познакомился сэкономкой Любой, от которой узнал, что Софья накануне трагедии предостерегалаИвана Леопольдовича.

— Она заявила, что ему не стоит ходить на реку, —сообщила Люба, оглядываясь на дверь. — Что вода ему сейчас не пойдет напользу. А потом все и случилось!

— А когда случилось, — немедленно заинтересовалсяДима, — она напомнила о своем пророчестве всем остальным?

— Я не знаю, кто напомнил. Но все об этом говорили.

— Так, может, эту вашу Софью вообще должно охранятьгосударство? Вот она сегодня сказала, что поднимется ветер и все умрут. А никтоне пакует чемоданы и не бежит на все четыре стороны.

— Понимаете, — перешла на шепот Люба, — ейнравится привлекать к себе внимание. Катя говорила мне, что есть даже такаяболезнь.., не помню, как называется. Когда хочется постоянно быть на виду.

— Ей надо было пойти в артистки, — пробурчал Дима.

Из кухни он направил свои стопы в гараж и обследовал машину,на которой шофер Аркадия привез сюда Аллу. Затем побывал в ванной комнате, гдепроизошло ЧП с Иваном Леопольдовичем. Там была стерильная чистота и сухость,свидетельствующая о суеверном страхе домашних перед этим помещением. В своихстранствиях по дому Дима пользовался планом, который начертала для него АнисьяПетровна собственной — все еще твердой! — рукой.

«Даже если этого несчастного утопили, — размышлялДима, — какие могли остаться следы? Да никаких! Я могу выйти на убийцутолько с помощью косвенных улик. Дедуктивный метод! Если подражать ШерлокуХолмсу, нужно обращать внимание на самые незначительные сопутствующиеобстоятельства. Меня должны интересовать пятна на одежде, манжеты, мозоли,стоптанная обувь и все в том же духе. Также следует запоминать, кто что сказал,кто что заметил и не противоречат ли родственники друг другу».

Вряд ли убийство произошло из-за денег. Семейство убеждено,что на деньгах сидит Анисья Петровна. Все, чем владел Иван Леопольдович,досталось детям — Аркадию, Юрию и Софье. Квартира, дача, машина, некотораяналичность. Ничего из ряда вон выходящего, ничего такого, о чем можно было бымечтать темными душными ночами и грызть ногти, замышляя самое страшное.

Диме пришла было в голову оригинальная мысль, что чокнутыйфранцуз спрятал богатства в этом самом доме. Недаром же он постоянно твердил отом, что его семья будет купаться в роскоши! Но Анисья Петровна разочароваласыщика, сообщив, что дом был построен уже после того, как Лео бесследно исчезгде-то в районе Бермудского треугольника.

Однако если не деньги, то что же? Месть? Утопить человека вовремя купания непреднамеренно невозможно. Значит, это не убийство в состоянииаффекта! Судя по всему, прикончить Ивана Леопольдовича мог кто угодно. В тотчас, когда он отправился купаться, все домашние уже разошлись по своимкомнатам, а Софья отправилась бродить по саду. Таким образом ни один человек немог предоставить другому алиби. Даже медсестра Катя ненадолго покинула АнисьюПетровну и удалилась в свою крохотную комнатку, чтобы привести в порядокодежду.

О смерти Ивана Леопольдовича Дима разговаривал с пятьюразными людьми — с медсестрой Катей, экономкой Любой, Юрием, Дарьей и Романом.И тут выявилось кое-что странное. Катя утверждала, что ванная комната имеласамый мирный вид, если не считать трупа и текущей по полу воды, а Дарья,которая, собственно, и обнаружила мужа, заметила вскользь, что возле дверивалялось мыло. Открытый шампунь перевернулся прямо в воду и сильно вспенился.Возможно, находясь в шоке, она все подобрала и положила на место, но Диме малов это верилось. Человек обнаруживает мертвое тело и начинает наводить порядок?

Роман, к удивлению Димы, оказался слабым помощником. Обычноон был словоохотлив и любил повыпендриваться, но о смерти своего тестярассказывать не захотел. Дима не сразу догадался, что Роман, прибежавший наместо происшествия, банально лишился чувств. Он не помнил ничего, никакихподробностей — только то, что его ужасно тошнило.

Самым умным и опасным среди всех Девелей Дима считал Юрия.Человек, проводящий большую часть жизни в виртуальной реальности, незаслуживал, по его мнению, никакого доверия. Он был слишком закрыт, слишкомзамкнут, отлично владел собой и редко высказывался. Возможно, в его головевозник дьявольский план избавиться от папаши, поскольку тот мешал осуществлениюкаких-то его планов.

Конфликт отца с Аркадием, Юрием и Софьей, судя по всему,имел весьма простую и понятную подоплеку: Иван Леопольдович вмешивался в ихличную жизнь. По крайней мере — пытался. Ему хотелось управлять всеми тремядетьми, и он действовал довольно грубо и прямолинейно, презрев дипломатию, почасти которой был большим мастером. Дарья пыталась его образумить, но ее мнениев глазах мужа не стоило и копейки.

Вообще Иван Леопольдович вырисовывался таким снобом, тираноми эгоистом, что Дима заготовил для его убийцы массу смягчающих обстоятельств.«Будь я его женой, — думал он, разглядывая красивую, но какую-то выжатую,блеклую Дарью, — я убил бы его еще лет пятнадцать назад! Чтобы можно былоснова выйти замуж и начать новую жизнь. Интересно, почему она этого не сделала?Из-за детей? Но дети уже взрослые. Даже чересчур взрослые, и эта причинавыглядит смешно».