Манускрипт ms 408 - Тьерри Можене

Проехав финансовый квартал, Маркус припарковал машину на южной окраине Манхэттена, совсем рядом с Бетери-Парк. Несколько минут спустя он в сопровождении Томаса Харви поднялся на борт парома, который курсировал к Статен-Айленд.

— Останемся на палубе, — предложил инспектор. — Мы проработали сутки напролет. Свежий воздух пойдет нам на пользу.

Томас застегнул пальто и прислонился к бортику. Перед его глазами пенящиеся водовороты бороздили водную гладь позади парома. Симметричные сероватые портовые сооружения медленно исчезали из виду. В то время как оранжевый корпус парома входил в Нью-Йоркский залив, утонувший в молочно-белом тумане, вертикальные линии Нижнего Манхэттена, выстроенного из камня, стали и стекла, образовывали теперь лишь темное пятно, едва видневшееся на горизонте.

— Что вы узнали об Эдипе, Маркус?

— Я убежден, что тот, кто унаследовал это имя, не приходил лично в дом своих жертв. Меня смущали некоторые детали в описании свидетелей, видевших его, и это навело меня на мысль, что к Марку Уолтему и Говарду А. Дюррану приходили разные люди.

— Однако способ воздействия один и тот же.

— Да, потому что оба преступления имеют одного заказчика.

— И один мотив.

— Именно на это я и хочу обратить ваше внимание. Эдипу недостаточно нейтрализовать тех, кто близок к расшифровке ms 408. Он кого-то подсылает к своим жертвам, чтобы заставить их прочитать перевод манускрипта, но также и для того, чтобы что-то у них забрать.

— В таком случае нам остается понять, что именно. Чем таким ценным могли владеть эти два человека и люди в прошлом, которых постигла аналогичная участь?

— Книгами, разумеется! Томас, вы сами говорили, что старинные произведения иногда оцениваются в несколько сотен миллионов долларов.

— И даже больше. Некоторые уникальные экземпляры вообще не имеют цены. Их владельцы просто отказываются с ними расстаться.

— То есть вы полагаете, что всего золота мира не хватило бы, чтобы приобрести у коллекционера книги, к которым он особенно привязан.

— Я в этом убежден, Маркус.

— А мог бы он согласиться на обмен?

— Да, если предложенное взамен произведение имеет большую или равную стоимость по сравнению с книгой, которой он владеет.

— А мог бы при таких условиях человек, владеющий ключом к шифру, врученным Роджером Бэконом Жану Парижскому, обменять его на какое-нибудь другое произведение, имеющее большую ценность?

— Конечно, все библиофилы мечтают завладеть этой вещью. Я начинаю понимать, куда вы клоните. Жертвы кроме успешных исследований ms 408 владели редчайшими книгами, которые только есть в мире. Таким образом, Эдип, вероятно, сам является…

— …крупным коллекционером старинных книг. Он предлагает библиофилу встретиться, чтобы обменять пергамент, врученный Роджером Бэконом Жану Парижскому, на некоторые редкие произведения. Затем он посылает к нему человека, чтобы тот совершил сделку и дал прочесть жертве перевод ms 408. Как только хозяин теряет рассудок, исполнителю остается лишь исчезнуть, не забыв прихватить книги, за которыми он приехал.

— Но это значит, что можно подозревать самых крупных библиофилов Земли!

— В первую очередь тех, кто посещает исследовательский форум… Как вы, Томас.

— К сожалению, в моей личной библиотеке нет редких изданий. Но что касается ценных произведений, мы уже недалеко от вашего дома и скоро узнаем состав золотой пыли, найденной между книг Говарда А. Дюррана.

В это мгновение паром причалил в порту Сент-Джордж. Через десять минут такси доставило Томаса Харви и Маркуса Коллерона к одноэтажному дому из белого дерева, окруженному многовековыми дубами. Маркус открыл дверь, снял куртку и предложил гостю кресло. Усевшись, Томас разглядел холодное, мрачное, лишенное личных вещей жилище с голыми стенами.

— Вы, должно быть, не проводите много времени дома, — заметил он.

Не ответив, Маркус направился к факсу.

— Пришли результаты, лаборант выявил золотой песок, смешанный с очень старыми частицами чернильного орешка, аравийской камеди,[35]белого вина и купороса.