Авантюристка - Рекс Стаут

Но Дезире дала знак замолчать, положив пальцы ему на губы. Они сидели рядом на гранитной скамье.

Я стоял перед ними, а в моей памяти была картина того утра в горах в Колорадо-Спрингс, когда мы с Дезире сцепились впервые.

Мы разговаривали. Вернее, Гарри и Дезире разговаривали, а я слушал. Сначала он настоял, чтобы она рассказала, что с ней случилось после того, как она побежала в чертову пещеру, и она с удовольствием, так как ей не с кем было поговорить очень долго, рассказала, и она была женщиной. Гарри был благодарным слушателем.

Ее история оказалась похожа на нашу. Она тоже упала в невидимую пропасть и в поток внизу.

Она была уверена, что поток нес ее с четверть часа, а потом выбросил на скалу. Это было явно раньше того места, где располагалось озеро и где мы с Гарри нашлись, а нас поток нес не меньше часа.

На выступе скалы ее нашли наши волосатые друзья, которые подняли ее на спины и несли много часов. Я помню, что мы с Гарри вспомнили о них и вздрогнули, а Дезире рассказывала, в каком ужасе она была и о своей попытке к бегству.

Инки обращались с ней не жестоко, считая ее ценностью. Они несли ее аккуратно, как могли, но совершенно отказывались разрешить ей идти. Постоянно они давали ей отдохнуть, поили и кормили.

— Сушеной рыбой? — с надеждой спросил я.

Дезире кивнула с жуткой гримасой, и Гарри расхохотался.

Потом пришла очередь рассказать о ее авторитете.

Ее принесли к королю, и она стала предметом большого любопытства. Легко понять, что ее красота и белизна кожи пробудили в нем сильнейшее восхищение. Он оказывал ей большое уважение. А она играла роль богини, показывая самое большое презрение к его благосклонности и его персоне.

Здесь ее рассказ стал уклончивым и расплывчатым.

И когда на нее налегали с вопросами, она избегала их.

Она объявила, что ничего не случилось, ее кормили и обласкивали, ее не оскорбляли и не проявляли пренебрежения.

— Это очень плохо, — сказал я с улыбкой. — Значит, я ошибся, сказав «ваше величество»?

— Фу! — сказала Дезире. — Это не остроумно. Мне было интересно, но сейчас уже скучно. И…

— Что?

— Я… не знаю. Они мои. Если понимаете, что я имею в виду. Если вы меня спросите… а я вижу вопрос у вас в глазах, друг мой Пол, я довольна. Если я навсегда отрезана от мира, пусть будет так. Да, они непривлекательны, но они сильны. И боготворят меня.

— Дезире! — закричал Гарри в изумлении, я сам был ошарашен.

— Почему нет? — спросила она. — Они мужчины.

Кроме того, мы не можем вернуться. Со всем вашим умом, месье Пол, как вы найдете солнечный свет? Остаться — это необходимость, мы должны взять все из этого, и я повторю, я довольна.

— Это жутко, — сказал Гарри, резко поворачиваясь к ней. — Довольна? Ничего подобного. Вот что я скажу тебе… Пол и я найдем выход, и ты идешь с нами.

Вместо ответа, Дезире рассмеялась, смехом, который просто говорил: «Я сама по себе и никому не подчиняюсь».

Это была одна из самых любимых карт этой красивой женщины, и самой сильной. Она победила Гарри.

Он долго смотрел на нее в молчании, а глаза его приняли выражение, которое нельзя видеть другим мужчинам. Это было предательство мужского пола и триумф женщины.

Вдруг он упал на колени перед ней и схватил ее руку. Она попыталась уклониться от него, он обнял ее за талию.

— Ты меня не любишь, Дезире? — закричал он, ища губами ее рот.

Дезире перестала сопротивляться.

В этот момент я услышал звук, очень слабый звук у себя за спиной.

Я повернулся.

Король инков стоял в проходе, глядя на любовников горящими глазами.