Убийство в Вишневых горах - Татьяна Ма

– Интересно… И неужели Юля не была против?

– Нет. Они знакомы и с Дорониными, и с Виноградовыми очень давно, поэтому Юля посчитала, что не будет беды в том, если здесь будут присутствовать те, к кому Тигран благоволил.

– А он к ним благоволил?

– Выходит, что так. Нам нужно постараться выяснить, кто с кем в каких отношениях был до приезда сюда.

Тамерлан запустил руку в волосы, устало потянулся.

– Теосян настоял, чтобы приехали именно эти люди, но при этом Юля тебя уверила, что абсолютно у всех было желание этого Теосяна убить.

– Так она сказала, – пожала плечами Женя.

– Н-да. Жаль, что случилась эта снежная буря. Я бы с удовольствием сплавил это дело на руки местной полиции. Голова идет кругом.

– А мне кажется, что все это очень интересно.

– Ты, милая моя профессорша, решила переквалифицироваться в сыскари?

– А почему бы и нет? – улыбнулась Женя.

Вошла Полина Винтер. Она стремительно прошла к креслу, где несколькими минутами ранее сидел ее муж.

– Мы что, теперь все подозреваемые? – она была раздражена, даже зла. – С какой стати вы решили учинить нам всем допрос?

– Пока это не допрос, а выяснение обстоятельств, – холодно ответил Тамерлан.

– Каких еще обстоятельств? Вы думаете, кто-то вот так возьмет и выложит, что это он всадил в этого ублюдка нож?

– Ну, вы-то этого не делали?

– Не делала, – всплеснула руками Полина. – А если бы и сделала, то точно не созналась бы.

Она откинулась на спинку кресла и начала нервно разглаживать пальцами черное каре, перебирать челку, которая от ее резких движений разлетелась в разные стороны. Теперь Полина Винтер старалась уложить ее на место.

– У вас интересная прическа, – кивнула она Жене. – Хотите, дам вам телефончик своего мастера, чтобы привел ваши кудри в порядок.

– Моим кудрям ничего не поможет, – вежливо процедила сквозь зубы Женя.

– Ошибаетесь, умелые руки могут творить чудеса.

Она наконец-то закончила перебирать перышки и снова обратила взгляд на Тамерлана.

– Задавайте свои вопросы, раз уж надо.

Тамерлан усмехнулся.

– Скажите, вы ночью ничего не слышали?

– А что я должна была слышать?

– Разговоры, например.

– Разговоры, говорите? – она хлопнула длинными ресницами и, склонив голову набок, добавила. – Слышала.

Тамерлан оживился и даже подался чуть вперед.

– Жан быстро уснул, а мне безумно захотелось пить. И как назло в нашем номере закончилась вода. Не было ни капли. И я спустилась.

– Вы не вызвали горничную?

Полина расхохоталась, обнажив белоснежные идеально ровные зубы.

– Дождешься их, как же. Я позвонила, но эти клуши и не думали подниматься, поэтому пришлось самой отправиться на поиски воды.

– И куда вы пошли?

– В столовую, конечно. Уже на лестнице я услышала голоса и пожалела, что спустилась в одном пеньюаре. Еще не хватало, чтобы эта жирная свинья меня увидел полуголой.

– Вы имеете в виду Тиграна Теосяна? – уточнил Тамерлан.

– Ну да, он как раз был в библиотеке и о чем-то там разглагольствовал, – Полина поморщилась от отвращения.

– А вы слышали, с кем он разговаривал?

– Да. С Павлом Виноградовым.

Женя смотрела на Полину во все глаза. Хоть женщина и кипела желчью, но она была пока что единственной, кто дал им хоть какую-то информацию.

– Вы узнали Виноградова по голосу?

– Нет, конечно. Мы не так близко знакомы, чтобы я его по голосу узнавала.

– Тогда почему решили, что это он?

– Потому что он крикнул: «Мой сын!» И я догадалась, что они ругаются из-за того, что произошло чуть раньше, когда Тигран обозвал того мальчишку щенком.

– А что-нибудь еще вы слышали?

– Почти ничего. Не очень мне хотелось их подслушивать.

– И все же? – настаивал Тамерлан в надежде, что Полина расскажет им еще хоть какие-то подробности.

– Тигран рассмеялся и зло так передразнил Павла: «Мой сын! Мой сын!» А потом добавил: «А как же мой сын?»

Брови Тамерлана удивленно поползли вверх.

– Так и сказал? А как же мой сын?

– Да, сказал и снова расхохотался. После этого я услышала, как дверь библиотеки открылась, а потому поспешила скрыться в столовой.

– Почему вы спрятались?

– Нет, ну вы посмотрите на него, почему я спряталась? – Полина взглянула на Женю, ища у нее понимания.

И нашла.

– Тамерлан, Полина же сказала, что была в одной сорочке.

– Ах, да-да.

– Больше я ничего не слышала. Павел, кажется, поднялся к себе. Я подождала еще чуть-чуть и тоже ушла в свой номер.

– А Тигран оставался в библиотеке?

– Да. Ходил там туда-сюда. Как зверь в клетке, – Полина передернула плечами так, будто ей было противно одно только упоминание имени Тиграна Теосяна.

– Что ж, вы нам очень помогли, Полина.

– Жаль, что денег вы за это не заплатите, – усмехнулась она. – Ну, я пойду?

– Подождите, – остановил ее Тамерлан. – А какие у вас были отношения с Теосяном?

– Не было у меня с ним никаких отношений, – помотала она головой.

– Неужели? – Тамерлан наклонился вперед, заглядывая в глаза женщине. – Тогда почему вы так радуетесь, что он мертв?

Полина сразу вся будто поникла, вжалась в кресло. С лица ее сползла высокомерная улыбка. Но уже через секунду женщина совладала с собой, сделав прежнее надменное выражение лица.

– Это так очевидно? – ехидно спросила она.

– Вполне.

– Всегда знала, что плохая из меня актриса, – вздохнула она. – Да, я рада, что эту сволочь наконец-то укокошили. И я даже жалею, что не я догадалась прихватить сюда яду и травануть его.

– За что вы его так ненавидите? – мягко спросил Тамерлан.

– Бьюсь об заклад, проживи он под этой крышей хотя бы на один день дольше, и вы сами бы с удовольствием пришили его.

– И все же?

– Это не имеет значения. – Полина встала с кресла. – Это никак не связано с его смертью, ведь убила его не я. К сожалению, не я.

Она быстро пересекла гостиную и захлопнула за собой дверь.

– Хотела бы я знать, чем ей так насолил Теосян, – прошептала Женя.

– Вот и узнай, Женя.

– В смысле?