Дивизион: Умножающий печаль. Райский сад дьявола (сборник) - Георгий Вайнер

Но из бумажек, которые Полк с огромным интересом прочитал, он узнал, что Рындин – квалифицированный рейнджер, бывший кагэбэшник, провоевавший в Афганистане с обеих сторон линии фронта. Полку не хватало времени, но он не хотел и не мог привлечь к себе в помощь никого из сотрудников. После сообщения Анжелы о задушевной беседе в машине возможного убийцы Рындина с его коллегой Майком Конолли Полк больше не верил никому и должен был всю работу выполнить сам.

Он знал, что человек должен оставлять множество бюрократических следов, и направил кучу запросов во все мыслимые организации, с которыми Рындин мог вступать в контакт, – от электрической компании «Кон Эдисон» до министерства обороны США. Неведомо, где могли найтись какие-то сведения о Рындине, но он старался не пропустить ни одной щели.

Самой большой удачей был ответ из военного Ветеранского госпиталя в Бей-Ридже. В архиве разыскали справку о том, что в 1990 году Рындин проходил у них обследование на предмет установления ему инвалидности. Рындину отказали и сняли с учета в госпитале, как не имеющего статуса американского военнослужащего. Там же была справка о том, что документы о состоянии его здоровья были направлены по месту лечения – в больницу Кони-Айленда.

Вот и замкнулся круг.

Разыскивая убийцу Дриста на кухне кафетерия больницы, Полк и вся полицейская команда совершали одну и ту же ошибку – они искали убийцу среди персонала, а он скрылся в многотысячной ораве пациентов, прошедших через этот огромный госпиталь.

Безусловно, Рындин, регулярно бывавший в госпитале, знал там все. И запертая дверь на кухню была для него смешной преградой – он мог этот замок открыть скрепкой для бумаг.

Ах, как было бы уместно сейчас поговорить с лейтенантом Джорданом – старой полицейской собакой и очень неглупым человеком! Но Полк вспоминал его тяжелое лицо, цвета остывшего чугуна, и сразу же отмахивался от навязчивого желания посоветоваться с ним. Он им никому не верил.

Раздался звонок, Полк схватил трубку – он дожидался ответа из нью-джерсийской полиции.

– Здравствуйте, господин Полк! – услышал он возбужденный женский голос. – Это Анжела Мкртчан. Вы меня помните?

– Да, конечно, помню. Что-нибудь случилось?

– Да! – радостно закричала темного колера блондинка Ангел. – Левон жив! Он жив, слава Богу! Он просто не может связаться с нами!..

Полк замер, осторожно сказал:

– Я очень рад. А откуда вы узнали об этом?

– Сегодня пришли счета по его кредитным картам. Я все сверила – даты, когда он тратил деньги в России. Он в Москве потратил много денег. Я думаю, Левон закупал там картины – значит, он жив. Не знаю, почему он не может позвонить мне, но он наверняка жив!..

Полк сдержанно спросил:

– Анжела, вы где находитесь сейчас?

– В галерее. А что?

– Нет, нет, я просто поинтересовался. А счет перед вами?

– Да, вот он…

– Посмотрите, когда были совершены платежи?

Анжела зашелестела бумажками и радостно продекламировала:

– Вот смотрите – первый платеж 4 сентября, потом весь сентябрь и октябрь, а последний – пять дней назад. И здесь есть уведомление, что Левон снял деньги со счета до лимита. Они пишут, надо подать ходатайство об увеличении ему кредитной линии…

– Хорошо, я рад за вас, Анжела, – тускло сказал Полк. – Может быть, все удачно разрешится. Сейчас у меня к вам есть просьба. Я хочу обстоятельно поговорить с вами. Есть целый ряд важных вопросов, но я бы не хотел это делать в галерее. Тем более – у нас. Вы не возражаете, если в конце дня я приеду к вам домой?

– Конечно, нет! Приезжайте.

– Не говорите, Анжела, никому о нашем свидании. Я буду у вас около шести. Договорились?

– Хорошо… До вечера…

Полк положил трубку, собрал все бумаги в пластиковую папку и бросил ее в сейф. Достал оттуда маленький диктофон «Сони», включил его на запись и воспроизведение – японская вещица работала отменно.

Телефон зазвонил снова. Он взял трубку и услышал голос московского полицейского Ордынцева:

– Здравствуйте, Полк. На этот раз я не сомневаюсь, что не разбудил вас. У меня, наоборот, день кончается.

– Моему дню сегодня, боюсь, конца не будет. Какие-нибудь новости?

– Мы нашли убийц Бастаняна, место, где они его держали, и документы…

– Вы их задержали? Что-нибудь они говорят? – спросил Полк.

Ордынцев на другом конце провода мрачно хмыкнул:

– Они уже никогда ничего никому говорить не станут. Их здесь всех перебили, при этом довольно брутальным способом.

– Какие-то предположения на этот счет? – спросил Полк.

– Да! Это похоже на работу московских вьетнамцев. В справке, которую я вам сегодня отправлю, я изложу свои соображения на этот счет. Думаю, что можно официально объявлять о смерти безвестно пропавшего Бастаняна. У меня здесь его документы и ключи. Какие-то носильные вещи, в общем, всякая чепуха…

– Хорошо. Спасибо вам. Как только у меня появятся какие-то новости, я вас сразу же извещу. Когда вам удобнее, чтобы я вам звонил?

– Звоните мне в любое время.

– И ночью?

– Ночью даже удобнее – телефоны свободны… – Ордынцев замялся на миг, потом быстро сказал: – Послушайте, Полк… Может быть, это глупость, мои фантазии, но я хочу сказать вам… Мы нашли связку ключей Бастаняна. Там четыре ключа, три от квартиры и машины… А один – необычный. Это должен быть важный ключ, если он носил его всегда с собой… равный по ценности жилищу и дорогой машине… Я не могу послать вам ключ – он приобщен к делу. Но я пошлю вам сканированную копию – присмотритесь, в какую скважину его можно засунуть…

И дал отбой.

Полк посидел, раскачиваясь в кресле, как еврей на молитве, потом взял лист бумаги – не хотел оставлять файл в компьютере – и надписал сверху: «Директору Федерального бюро расследований США господину Ленарду Фрилэнду от старшего специального агента Стивена Полка.

Рапорт…»

Коротко изложил ситуацию с золотыми зубами, Лекарем, пропавшим Бастаняном, повешенным Драпкиным, убитым Дристом, все сведения об убийце Рындине и предательстве Майка Конолли. Предупредил, что намерен самостоятельно провести спецоперацию, поскольку из-за срочности не может получить санкцию руководства и необходимую оперативную и силовую поддержку.

Подписался, тщательно заклеил и опечатал конверт и сам отнес его в экспедицию.

– Отправьте это вечерней фельдсвязью в канцелярию директора, – попросил он дежурного.

– Не бери в голову – завтра пакет будет на столе у хозяина, – заверил его канцелярский.

Полк вышел на улицу и пешком отправился в полицейское управление на Полис плаза, 1, – ходьбы минут пять.