Осколки великой мечты - Анна и Сергей Литвиновы

Жена Влада приближалась к бальзаковскому возрасту и работала где-то на овощебазе: бухгалтером, что ли. Громогласная, самоуверенная и наглая тетка – Вера ее видела, когда та зачем-то явилась в институт на научные чтения. Преподаватели сидели за длинным столом и слушали доклады, а Вера в подсобке резала бутерброды к послекафедральному чаепитию и подглядывала в щелку. Овощебазовская грымза устроилась в углу и делала вид, что понимает, о чем идет речь. А вся кафедра посматривала на нее снисходительно – Вера перехватила не один такой взгляд. Конечно, они все чувствуют, что утонченный, остроумный и образованный Владислав Владимирович совсем не пара этой чрезвычайно грубо надушенной тяжелыми французскими духами женщине.

Не пара она ему. Ей такой же, как она сама, нужен – какой-нибудь директор овощебазы. В финском костюме, сидящем на нем словно на корове седло, и с двумя классами образования. Влад сам говорил, что не сегодня-завтра он женушку свою бросит! И детей ей оставит. И квартиру ей, и вещи. А сам начнет все заново и быстро наживет все снова. «Потому что, – говорил Полонский, – самые главные мои богатства – не мебель, стенка, хрусталь или даже не книги. Самое главное богатство на свете – ум, образование, опыт, талант. А когда все это есть, добиться остального – вещественного, материального – пара пустяков!»

Вероника лежала в постели – в его постели! – натянув простыню до подбородка. Середина дня, она сбежала с лекций, у него библиотечный день, за тяжелыми шторами угадывается яркий сентябрьский день. Она во все глаза смотрит на Полонского. Во все уши слушает…

«А ты подрастай пока, Верочкин. Зачем тебе сейчас замуж? Погуляй немного, впечатлений наберись, прежде чем я тебя на кухне запру!» – говорил ей Влад.

И она опять понимала, что он шутит. Он не собирается запирать ее на кухне. Они вместе будут ходить в институт, а после института – в театр или в ресторан. И по выходным ездить – по Золотому кольцу или по пушкинским местам. Или даже в Сочи станут на субботу-воскресенье летать…

Ее возлюбленный Полонский – он сам, мысли о нем, мечтания о нем – настолько переполняли Веронику, что ей больше ни до чего и ни до кого не было дела.

Она оставила пока идею отыскать убийцу родителей. Катастрофа, происшедшая год назад, этой осенью как-то забылась. Нет, Вера не собиралась забывать совсем. Она не собиралась прощать… Но… Не сейчас. Потом, потом… Вот когда они с Полонским будут вместе, тогда она для начала расскажет ему обо всем. И он – с его умом, опытом и связями – поможет ей найти погубителя, этого черного человека. И поможет ей отомстить ему…

После начала любви с ненаглядным Владушкой – взрослым, сильным и опытным – Вера уже не могла воспринимать всерьез никого из своих ровесников. И Васечку Безбородова, конечно, тоже.

Они пару раз встретились с Васечкой в августе в Куйбышеве, сходили вместе на пляж. Он показался ей таким юным, наивным, глупым… Он, конечно, хороший друг – младший друг! – но разве может он даже близко сравниться с Полонским!.. Мысли ее витали далеко… Васечка не понимал ее холодности, злился, дулся…

Когда начались занятия и она приехала в Москву, Вася пару раз подкарауливал Веру возле института. Дарил огромные охапки гладиолусов (самые ненавистные цветы – они напоминали Вере о гибели родителей, об их похоронах). Вероника оба раза милостиво позволила Васе проводить ее от учебного корпуса до общаги, но даже под руку брать себя не разрешала: вдруг Полонский увидит или ему донесут об этой вольности. Разговаривала с Безбородовым спокойно-холодно, отстраненно. В кино с ним пойти отказалась. Она ничего не говорила Васе о Полонском. Должен сам понимать: не нужен он ей, со всею его глупой детской любовью!..

Ей был нужен только Владик. Владислав Владимирович. Доцент Полонский…

…В одну из суббот девчонки дружными рядами собрались на дискотеку. Чтобы заставить их танцевать подольше и не соваться по ходу дела в комнату за сигаретами, расческами, Вере всегда приходилось разрабатывать хитрые комбинации. Сегодня она пообещала Жанке дать в аренду свои джинсы. От Зойки откупилась дефицитным учебником Вентцеля по теории вероятностей.

Хотя Влад нечасто рисковал приходить в общежитие, ему тут нравилось. «Молодостью пахнет!» – объяснял он. Любил рассматривать аккуратные Зойкины конспекты («Зачет ей, что ли, прямо здесь поставить?») или крошечные Жанкины трусики, забытые на кровати. Он отдергивал занавеску на Вериной кровати («Не люблю закрытого пространства») и выжимал из ее расшатанного топчана максимум скрипа. У себя дома Влад никогда не бывал столь активен. Говорил, что его смущает «дух жены», постоянно присутствующий в квартире.

Сегодня он опоздал на полчаса («На кафедре задержали») и принес ей букет школьных астр. Точно с такими же цветами Вера еще недавно поздравляла школьных преподавателей с Днем учителя. А теперь астры дарят ей! И дарит – учитель!

Она бросилась ему на шею, он приподнял ее, закружил по тесной комнате, они чуть не опрокинули стол, центр общежитской меблировки.

– Девчонки на дискотеке? – деловито осведомился Полонский.

Вера кивнула.

– Чай пить будем?

Она помотала головой. Не хотелось тратить время на жалкий грузинский напиток. Поскорей бы прижаться к нему, растаять в крепких, хозяйских объятиях…

Вера опрокинула его на кровать, принялась распускать галстук, одновременно прижимаясь ногами к его теплым бедрам.

– Эй, эй, не так скоро! – попросил он.

Вера знала, что он просит не всерьез. На самом деле он ее очень хочет. Просто не принято у московских интеллигентов, чтобы прямо сразу в койку. Сначала поговорить надо.

Она ослабила свои объятия, прилегла рядом:

– Что в институте новенького?

– А ты что, не была сегодня?

– Не-а, – легкомысленно ответила она. – Я весь день тут сидела. Ждала, что ты придешь.

Он еле уловимо нахмурился, и Вера тут же заметила перемену.

– Я сказала что-то не так?

– Все так, милая… все так… Просто хочу совет тебе дать.

– Не прогуливать? – улыбнулась она.

– Прогуливать, конечно, не надо… Но я не об этом. Знаешь, всегда надо туза в рукаве прятать.

– Ты о чем?

– Да о том. Зачем ты откровенно говоришь: сидела весь день, ждала…

– А что же мне говорить?

– Ну… Ездила за город со старым другом… Или – ходила на «Мосфильм» на кинопробы. Придумывай что-нибудь.

Вера выбралась из его объятий, сказала возмущенно:

– Глупости говоришь какие-то, хоть и доцент. Зачем мне врать? Да и не нужны мне никакие кинопробы. И друзья не нужны. Ни старые, ни новые. Мне ты нужен.

– Что ты кипятишься, глупая? Я же советую тебе как лучше. Запоминай, на будущее пригодится. Мужики обычно не понимают, когда к ним – то есть к нам – с открытой душой. Точнее, мы это, в общем, любим, но быстро от этого устаем. Начинаем хандрить и скучать.