Не откладывай убийство на завтра - Людмила Ситникова

Ката уперла руки в бока:

– Вы издеваетесь или как? Мы сели играть в лото, а не вспоминать сельскую местность. Какой еще Коля дрова колет? А дальше что будет – Зина из магазина?

– Ну ты совсем плохая, – начала выходить из себя Ангелина, – Коля – это один.

– Почему?

– Ну пораскинь мозгами-то, если Коля один дрова колет, это не может быть два!

– Я не о том, откуда вообще этот Коля взялся?

– Не бери в голову, – Марго положила руку Катке на плечо, – просто сиди и смотри на карты.

– Барабанные палочки, – вещала старуха, – специально для Катарины объясняю: это – одиннадцать.

– Я в курсе.

– Дуняша, – продолжала Ангелина.

– Это два, – переводила Рита.

– Почему?

– У мамы на старой квартире жила подруга Дуня, во втором подъезде.

– А… тогда ясно.

– Рита, не надо комментировать, – обозлилась мать.

– Ката не понимает…

– Пусть учится. Пенсия!

– Не все в курсе, что семнадцатого числа у тебя пенсия.

– А можно потом я буду кричать? – спросил Артем. – А то такими темпами нам до ночи не закончить.

– Если бабушка не против.

– Не против, сейчас доиграем, и кричи. Война!!!

Катарина покрылась потом.

– Тетя Кат, не пугайтесь, это сорок один.

Откинувшись на спинку стула, Копейкина сжала кулаки.

«Ну ее к черту с ее идиотской терминологией!»

– Девятнадцать… у меня квартира, – засмеялась Ангелина Дормидонтовна.

– Какая квартира?

– Етит твою, квартира, значит, в одном ряду закрыто четыре цифры, и кричащий должен вытаскивать по одному бочонку.

– Мы так не играли.

– Оно и видно.

Через минуту Ангелина заорала:

– На месте!

Боясь спрашивать, что означает данная фраза, Катка молча уставилась на бабку.

– Опять не врубилась, деревня? На месте, значит, я кончила.

– Господи, Ангелина Дормидонтовна, вы в своем уме?!

Маргоша покатывалась со смеху, Артемка, сделав вид, что ничего не слышал, интенсивно растирал колено.

– Ката, мама хочет сказать: она выиграла.

– Мне можно пройти в свою комнату?

– Нет, продолжаем играть, клади двадцать рублей в стаканчик.

Когда Артем взял мешок с бочонками, играть стало намного легче. Катарина даже выиграла два раза, чем очень огорчила Ангелину Дормидонтовну.

– Победа!!! – закричал мальчишка.

– Что еще за победа?

– Ну, как – сорок пять.

– Сорок пять у нас ягодка, понял?

– Но ведь победа…

– Я сказала, сорок пять – баба ягодка опять, – Ангелина показала внуку кулак.

– А в сорок пятом была победа, – стоял на своем мальчик.

– Я знаю, паразит, но у нас это ягодка! А ну, отдай мешок, я лишаю тебя права голоса.

– Но…

– Живо!

– Мам!

– Артем, успокойся, иди лучше делай уроки.

– Завтра выходной.

– Все равно, почитай книги, тебе нужно исправлять двойку.

– Это бабушка виновата!

Рита покосилась на мать:

– В следующий раз никого не слушай, думай сам.

– Но я ему все правильно сказала, – возмутилась Ангелина, – это учительница у них идиотка.

– Да, конечно, а надо мной весь класс смеялся.

– А что произошло? – Ката потрепала Артема по голове.

– Нам в школе дали задание: написать, где в природе встречается песок.

– Ну и?

– Я спросил у бабушки, а она… а учительница мне пару влепила!

Ангелина Дормидонтовна встала.

– Я не буду с вами играть, у меня начинается сериал.

Когда она вышла, Катка спросила:

– И что сказала бабушка?

– Она сказала: песок встречается в песочницах, а иногда – в почках.

Копейкина подавила смешок.

– Великолепно!

– Вам великолепно, а когда мне на уроке русского языка нужно было в домашнем задании поставить во множественном числе слово «сук», бабушка сказала – надо писать: «суки». Теперь в дневнике две пары рядышком красуются.

Катка подпрыгнула на стуле.

– Ты что?

«Как я могла забыть?»

Дневник… ну конечно же, дневник! Татьяна на протяжении нескольких лет вела дневник. Катарина не раз слышала от подруги, как та грозилась написать книгу о шоу-бизнесе, куда войдет много интересных и скандальных записей из ее дневника.

Нужно немедленно позвонить матери Тани и взять ключ от квартиры Карповой. Ведь если Катарине удастся найти дневник Танюши, она наверняка сможет узнать, что же на самом деле произошло с ее подругой.

Услышав голос Копейкиной, Варвара Наумовна быстро проговорила:

– Каточка, а я сама собиралась тебе позвонить, есть разговор. Сможешь подъехать завтра утром?

– Приеду, я, собственно, поэтому и позвонила, мне надо взять у вас ключи от Таниной квартиры, я хотела…

– У меня нет ключей.

– Как так?

– Таня забрала связку еще зимой.

– Но почему?

– Катуш, завтра сама все поймешь.

«Как странно она разговаривала. И почему Танька забрала у матери ключи? Что вообще происходит?»

Катарина хотела пройти в ванную, но, услышав, как в коридоре спорят Ангелина Дормидонтовна с Луизой, плюхнулась в кресло, пытаясь воссоздать в памяти свой последний разговор с Карповой.