Три черные колдуньи - Лариса Соболева

— Интересно, — протянула Жанна, — вы уже катаетесь на своем катафалке, а я свою кореяночку не получила.

— Я взял машину сегодня вечером, вы можете забрать завтра, — смутился он. — Куда вас доставить?

— На Красильникова, девять.

— У вас кровь на щеке.

— Да? — Она приподнялась и посмотрелась в зеркало. Действительно, на скуле кровоточила ссадина. Классно получилось, у него не будет повода заподозрить ее в обмане. Однако «бандитам» Жанна адресовала: — Вот уроды…

— Платок дать? — тронув с места машину, спросил Филипп.

— У меня есть. Кстати, у вас тоже кровь… на губе. И бровь рассечена. — Он попросту утер ее краем рукава рубашки. Эмма только и долдонила про него: изысканный, утонченный, а утирался, как слесарь. — Значит, это вы?

— Я, я, — подтвердил он. — А как это молодая девушка бросается в гущу драки и не боится? А если б у них были ножи?

— Я занимаюсь дзюдо, вам это что-нибудь говорит?

— Говорит, — буркнул он. — Мне тоже надо заняться.

Ехали некоторое время молча. Ну и тип! Мог бы в бар пригласить ради приличия… хотя он изрядно помят и выпачкал свое дорогое стильное пальто, но в барах верхнюю одежду снимают, впрочем, брюки у него тоже грязные. Так, на контакт он идти не хочет.

— Вам неприятно, что это оказалась я? — улыбаясь, спросила она.

— Угадали. Еще неловко, что я не справился с грабителями.

— Почему же, вы отлично их молотили. Просто грабителей было трое, силы неравные.

— Как же вы очутились в районе, который не знаете?

Логика подсказывает, что убийца всегда на стреме, поэтому недоверчив, ищет в каждой ситуации спланированную акцию. И он прав тысячу раз.

— Моя подруга купила квартиру в этом районе, — убедительно лгала Жанна. — Переехала на днях, я решила посмотреть, заболтались… А вы как очутились там?

— Тоже навестил подругу.

Быстро он утешился, и кто Филя после этого? Сволочь. Подругу придется отодвигать, а она явно не захочет отодвигаться. У, как осложняется положение!

— А почему на концерте вы были без подруги?

— Это подруга моей мамы, заодно моя. Вы приехали.

— До свидания, — небрежно бросила Жанна, выходя из авто.

Дома она была в ярости, носилась, шипя:

— Он свинья! Я его, можно сказать, от смерти спасла, а он не соизволил поблагодарить как следует! Подружку завел, сволочь. Неблагодарная свинья!

— А я тебе что говорил? — сказал Ганнибал, находясь в том спокойствии, которое ее тоже иногда выводило.

— Ты на этот счет ничего не говорил!

— Я всегда думал так.

Но утром кто-то подбросил букет великолепных роз. Жанна прочла на карточке: «Спасибо. От Филиппа». Она вприпрыжку понеслась на кухню, бросила букет в мусорное ведро, на недоуменный взгляд Ганнибала сказала:

— Мне не нужны цветы от убийцы.

Однако букет — признание ее заслуг, значит, и Жанну он признал.

Слушая красочный рассказ о «спасении» Филиппа, Эмма неодобрительно качала головой, но воздержалась от замечаний, а положила сотовый телефон на стол, сейчас он был важнее неудачного соблазнения Филиппа:

— Мы нашли его в квартире Влады, батарейку зарядили. На счастье, она не стерла входящие звонки. Один звонок сделан в тот вечер, посмотри: число, месяц, год и время… Двадцать один час пятнадцать минут.

— Сходится, — закивала Жанна. — Люба говорила, что Владе звонили в начале десятого, после звонка она убежала к себе. Позже есть звонки?

— Нет. Только утром два раза звонил Филипп. Это последний вечерний звонок, имени звонившей девушки нет, значит, Влада не вносила ее номер в память трубки.

— А в котором часу убили Владу? — спросила Жанна, глядя на дисплей.

— Примерно в половине первого ночи…

— В половине первого… — повторила Жанна. — Полчаса меньше, полчаса больше — не играет роли. Не думаю, что гостья задержалась долго, все же время было позднее… Встретиться с ней надо. Может, она заметила подозрительного типа рядом с домом?

— Что ж, звони, — сказала Эмма. — Или лучше мне?

— Эммочка, позвони ты, — попросил Ростислав Матвеевич.

Эмма нажала на кнопки, поднесла к уху трубку:

— Извините, я не туда попала… — Положив телефон на стол, она развела руками. — Это был мужчина.

— Не расстраивайтесь, — спешно успокаивала ее Жанна. — Звоните еще и предложите встретиться. Он должен дать объяснение, кто звонил с его телефона. Просто так сейчас телефоны не дают, полно грабителей, которые просят срочно трубку, а потом сбегают с ней. Договоритесь о встрече, такие вещи лучше не по телефону выяснять.

— А если он в сговоре с убийцей? — забеспокоился Ростислав Матвеевич. — Девочки, это очень опасно…

— Ты и Ганнибал позаботитесь обо мне. — Эмма снова взяла трубку. — Извините, мне необходимо увидеть вас… Дело в том, что ваш телефон внесен в память трубки моей дочери, а с ней беда… Где и когда?.. Я буду в светло-коричневом кожаном пальто и в коричневой шляпе, в руках у меня вы увидите книгу зеленого цвета… Огромное вам спасибо.

— Ну что? — в унисон спросили Жанна и Ростислав Матвеевич.

— Завтра в час у фонтана на площади Крылова, он выйдет в свой перерыв. Кстати, завтра вечером Филипп идет в клуб предпринимателей. Как ты туда пойдешь с таким лицом?

— Лучше скажите, как я туда пойду одна? — вопросом на вопрос ответила Жанна. — Это уже станет подозрительным, получается, я гоняюсь за ним.

— Да, действительно, — задумалась Эмма, но у нее всегда в запасе имелся выход. — Пойдешь с моей знакомой, Филипп ее не знает.

В час дня Жанна, Ганнибал и Ростислав Матвеевич облюбовали удобные точки, откуда со всех сторон видели Эмму, которая прогуливалась у фонтана, держа прижатой к животу зеленую книгу. К ней подошел заурядной внешности мужчина маленького роста и, как шарик, круглый, поздоровался:

— Здравствуйте, это вы вчера звонили?

— Я. Взгляните, это ваш номер?

Мужчина надел очки, посмотрел на дисплей, закивал:

— Мой, а что?..

— Вы звонили моей дочери? Ее зовут Влада.

— Нет. У меня знакомых нет с таким именем.

— А как же ваш телефон попал в память?

— Хм… — задумался он. — Наверное, кто-то взял его и позвонил.

— Вы бросаете трубку где попало? Посмотрите, здесь есть число и время. Это было в двадцать один час пятнадцать минут, довольно поздно и почти два с половиной месяца назад. Я понимаю, трудно припомнить, но вы постарайтесь.

Он с усилием напрягал память и вспомнил, ведь телефон далеко не часто даешь в руки посторонним: