ГЗ. Жизнь и смерть в главном заповеднике российских студентов - Александр Ермак

– Me too…

Мы весело болтали на английском. Болтали насколько мне позволяло его знание.

В конце занятия Зоя сказала:

– Listen, I can’t take any money from you. You are helping us so much.

Я не возражал:

– Okay…

Можно было, конечно, и вовсе прекратить эти занятия. У меня ведь теперь есть предлог для общения с Зоей – дежурство. Да и без него, если черный аспирант вдруг пропадет, я на правах теперь уже знакомого всегда могу заглянуть на чашку чая. Но, хотя никогда особенно и не любил этот самый английский, торопить события не стал:

– Our next lesson…

– As usual. A cup of tea?

– With pleasure…

Попить чая нам не удалось. Да даже и чайник поставить. Зоя только открыла дверь в прихожую, как тут же постучались в дверь внешнюю. Я напрягся: уж не черный ли аспирант в гости заявился. Мы с Зоей переглянулись, но ни сказать, не сделать что-либо не успели. Незапертая дверь открылась и в прихожую влетела какая-то веснушчатая девушка, с порога выпалила:

– Девчонки, у нас Виталик сегодня концерт дает. Идете? – увидев же в Зоиной комнате меня, притормозила. – Ой, у вас гости, – и тут же переспросила, – так идете?

Зоя посмотрела на меня:

– Собственно, урок уже закончен. А Виталик так здорово поет, тебе понравится. Пойдем, не пожалеешь.

Я вовсе был и не против расслабиться немного после английского. Согласно кивнул, и Зоя объявила:

– Да, Рита, мы идем.

Веснушчатая кивнула на соседнюю комнату, дверь в которую, была, видимо, закрыта так же, как и когда я пришел:

– А Лиля?

Зоя пожала плечами, и девушка повысила голос:

– Лиля! Ты идешь? У нас Виталик сегодня концерт дает.

Нет ответа.

Девушка посмотрела на нас:

– Она дома? Не спит?

Зоя покачала головой:

– Дома… Не спит…

Веснушчатая постучала в Лилину дверь, позвала еще раз:

– Лиля! У нас Виталик сегодня концерт дает. Ты идешь?

И снова нет ответа. А девушка почему-то очень настойчива:

– Ты идешь или нет?

Наконец, раздался голос Лили:

– Нет. А вы идите, идите…

Девушка разочарованно спросила сквозь дверь:

– Чего так?

– Да так.

Рита не сдавалась:

– А Виталик сказал вас обеих позвать.

Лиля снова ответила не сразу:

– Ну, вот и позвала. Спасибо. Я не иду…

Веснушчатая обратилась к нам:

– Пошли, что ли…

Зоя кивнула:

– Да, Рит, иди, мы тебя догоним. – А когда девушка вышла, несколько озабоченно посмотрела на меня, – И сходить очень хочется, Виталик правда здорово поет под гитару. И Лилю боюсь одну оставлять. А вдруг черный аспирант придет.

Я задумался, спросил:

– А Артур сегодня будет?

Зоя отрицательно покачала головой:

– Нет, сегодня они с maman в театре, – и улыбнулась, – извини за французский…

Я еще немного подумал:

– Подозреваю, что черного аспиранта сегодня не будет…

Зоя смотрела на меня теперь уже с надеждой:

– Ты действительно так думаешь.

– Absolutely, – заверил я ее. – Мне кажется, у черного аспиранта есть какая-то система. Ты его хоть раз видела?

– Нет.

Я кивнул:

– И Лиля, насколько я знаю, тоже его ни разу не видела.

Зоя отозвалась эхом:

– Не видела…

Я резюмировал:

– Черного аспиранта видел только Артур.

– И что? – ожидающе смотрела на меня Зоя.

– А то… Получается, что черный аспирант появляется только тогда, когда к вам приходит Артур…

Зоя немного помолчала и согласилась:

– Да, пожалуй, это так…

Я предположил:

– А может, черного аспиранта и не существует. Может, это все Артур выдумал.

Зоя посмотрела на меня весьма скептично:

– Но зачем это ему? И совсем не похоже это на Артура… Такое придумать… Да еще так сыграть…

Я почти не знал этого розовощекого «журналиста в третьем поколении из известнейшего журнала», но согласился:

– Не похоже…

Зоя решительно встала:

– Раз черного аспиранта не будет, то мы можем смело идти.

Она постучала в комнату Лили:

– Не передумала?

– Нет, – после небольшой паузы ответил та.

– Как знаешь. Мы на всякий случай закроем внешнюю дверь на ключ.

– Хорошо.

Я вышел в коридор первым, Зоя на пороге обернулась:

– Лиль, а может все-таки позже подтянешься?

Ответ был:

– Я подумаю…

Мы перешли на другой этаж. В такую же комнату, как и у Зои, но только набитую в данный момент под завязку местным студенческо-аспирантским братством всех племен и народов. Сидели везде – на кровати, на столе, на принесенных из других комнатах стульях, на широченном подоконнике. Я огляделся и растерялся, не находя места ни для Зои, ни для себя. Но каким-то чудом нас втиснули среди других на кровати. Меня ознакомили:

– Маша… Христо…Витя… Панайотис… Слава… Антонио Мануэл Казанга. Можно просто – «Тони»… Дина… Джорджи… Джибути…

– Откуда?

Смеются:

– Да это имя у него такое…

– Александр…

– Кеша.

– Да мы уже, можно сказать, знакомы, – с улыбкой пожал я руку по ночам варящему супы.

Нас с Зоей крепко прижали друг к другу. В руки сунули, как и всем, чашки с хоть и бледноватым, но горячущим чаем. Не дай бог плеснуть себе или соседям на колени.

– А варенья? – весело потребовала Зоя.

Ей тут же подали вазочку, которой пользовалось, судя по обглоданным краям, не одно поколение обитателей ГЗ. Стоявшая колом в густом варенье ложечка указывала на источник ее «аренды». Точно таким же прибором я пользовался, когда обедал в «гэзэшной» столовой. Известно, что ни студенты, ни аспиранты не очень-то настроены тратить деньги на приобретение вещей во временное пользование. И хотя что-то все-таки покупается, многое частенько запросто «арендуется» из столовых, ресторанов и прочих «общественных фондов». «Аренда» обычно продлевается новым поколением студентов и аспирантов, и незатейливое имущество далее также передается по наследству «во временное пользование», нередко теряя какую-либо связь с первоначальным владельцем. Годами, а то и десятилетиями ходит-бродит по этажам, по комнатам разная полезная утварь вплоть до полной утраты своих полезных качеств. Кто знает, как попала сюда эта изрядно помятая кастрюля, которую я приметил на полке рядом с книгой «Анализ экономики геологоразведки». А этот подсвечник явно из предшествующей эпохи…