Забытые дела Шерлока Холмса - Дональд Томас

— Эти вещицы, Ватсон, уже были когда-то похищены британскими солдатами из древних гробниц в заморских колониях. Теперь, по крайней мере, есть надежда, что они вернутся на свою далекую родину.

XI

Чтобы закончить эту историю, мне придется заглянуть на несколько лет вперед. В архиве Шерлока Холмса хранится вырезка из «Лондон мейл» от 11 ноября 1912 года. В ней приводятся показания свидетеля, видевшего, как Молли Мэлони вышла из Дублинского замка в ночь ограбления. Кроме того, утверждается в заметке, когда разразился скандал, сэр Артур Викарс снабдил любовницу деньгами на дорогу до Парижа. Герольдмейстер подал на газету в суд за клевету и добился денежной компенсации за причиненный ему моральный ущерб.

Что было дальше с Фрэнком Шеклтоном? За какой-нибудь год или два его состояние удивительным образом выросло. Он отстроил роскошное ménage[14]на Парк-лейн между особняками королевского прокурора сэра Руфуса Айзекса и леди Гросвенор, а спустя несколько месяцев приобрел дорогой лимузин за восемьсот пятьдесят фунтов. Хотя он едва не опозорил старшего брата, сэра Эрнеста, и доставил немало огорчений отцу, почтенному доктору Шеклтону, к судебной ответственности его так и не привлекли. Ничуть не сомневаюсь, что Фрэнк жил на средства, вырученные таинственным капитаном Горджесом с продажи украденных драгоценностей на черных рынках Африки или Азии.

Но когда денежные переводы перестали поступать, Шеклтон вернулся к своим мошенническим привычкам. От безысходности он организовал несколько фиктивных компаний, рассчитывая обчистить карманы простаков, в том числе и своих состоятельных друзей. Одно за другим эти существующие лишь на бумаге предприятия выходили на фондовый рынок. Они активно привлекали средства инвесторов, а затем неожиданно разорялись. Обанкротившаяся «Монтевидео паблик воркс корпорейшн» сменялась «Норт-Мехикан лэнд энд тимбер компани». За неизбежным крахом тут же следовала очередная коммерческая авантюра Шеклтона.

Когда грянул гром, Шеклтон сбежал в португальскую Западную Африку, где его не могло настигнуть английское правосудие. Время от времени до Холмса доходили рассказы о проделках Шеклтона в Африке и Азии — как правило, в безопасных для него португальских колониях и анклавах. При всей склонности к аферам ни Шеклтон, ни капитан Горджес не были талантливыми коммерсантами и не разбирались в драгоценных камнях. Их самих обманули местные торговцы, да так, что у Шеклтона не нашлось оснований, чтобы подать жалобу.

В конце концов Фрэнк Шеклтон нарушил португальские законы и без всякого судебного разбирательства угодил за решетку в Бенгеле. Условия в этой грязной и запущенной тюрьме оказались невыносимыми, и он согласился добровольно сдаться Скотленд-Ярду, с тем условием, что его перевезут в Англию. Инспектору Куперу, приехавшему арестовать его, Шеклтон заявил: «Я готов на все, лишь бы выбраться отсюда. Если я останусь здесь хоть ненадолго, можете считать меня покойником».

Когда негодяй предстал перед Центральным уголовным судом, у него уже не было ни денег, ни драгоценностей. Его приговорили к длительному тюремному заключению за мошенничество, общий ущерб от которого составил восемьдесят четыре тысячи фунтов. Ему не предъявили обвинения в краже орденских регалий за неимением улик, но Шеклтон, прошу прощения за банальность, и без того угодил под колеса машины правосудия. Он вышел на свободу много лет спустя сломленным, тяжелобольным, практически умирающим.

Капитан Горджес, в свою очередь, тоже приобрел громкую дурную славу. Когда в Европе назревала война, он тайно перебрался в Ирландию, а оттуда — в Англию. Холмс ничуть не сомневался, что перед этим он встретился с молодым Пирсом Махони, племянником сэра Артура. Осмелюсь предположить, что Махони каким-то образом узнал правду о похищении и грозился разоблачить преступника. Но прежде чем успел что-либо предпринять, был застрелен из собственного ружья и найден мертвым в Грейндж-Коне на берегу озера. Впрочем, Пирс мог пасть жертвой несчастного случая, поскольку версию убийства доказать не удалось.

Назвавшись другим именем, капитан Горджес переехал в Лондон. Вместе с профессиональным боксером Чарльзом Сороугудом он снимал комнату в подвале дома на Маунт-Вернон в Хэмпстеде. Как раз в это время специальный отдел Скотленд-Ярда получил информацию, что боевики из «Шинн Фейн»[15]устроили там нечто вроде своего арсенала. В отсутствие жильцов двое полицейских проникли в комнату и обыскали ее. Но нашли только один револьвер и две сотни патронов к нему.

Тем же вечером, когда Горджес вернулся в свой подвал, полиция окружила дом и предложила преступнику сдаться. Он поднялся по лестнице, держа руки за спиной. Один из полицейских подошел к нему, чтобы надеть наручники, но оказалось, что Горджес прятал за спиной пистолет. Сержант Эскью попытался вырвать у него оружие. Завязалась борьба, и вдруг раздался выстрел. Пуля угодила в другого полицейского, констебля Янга, спускавшегося по ступеням, чтобы помочь коллеге.

Ричарда Горджеса арестовали и доставили в полицейский участок на Кэннон-Роу. За непредумышленное убийство он был осужден на двенадцать лет каторги. Когда в суде подписывали приговор, Горджес неожиданно попросил: «Не называйте меня капитаном, не позорьте честь полка».

Однако он, как и Шеклтон, не признался в похищении регалий ордена Святого Патрика. Многие по-прежнему считали виновным сэра Артура Викарса, единственного человека, у которого были ключи от сейфа и хранилища. Впоследствии его отстранили от должности, хотя и под другим предлогом. А позднее бывшего герольдмейстера застрелил предводитель налетчиков, также полагавший, что сэр Артур прячет украденные сокровища в своей усадьбе Килморна-хаус.

Какова судьба драгоценностей? Это самая темная и запутанная часть истории. Без сомнения, кое-что похитители продали на черном рынке по сильно заниженной цене. Затем, когда в 1910 году старый король умер и шла подготовка к коронации нынешнего монарха Георга V, начали распространяться странные слухи. Якобы регалии или часть их приобрел лорд Уильям Джеймс Пирри, владелец верфи «Харленд и Вулф» в Белфасте. Сообщение об этом лишь однажды промелькнуло в прессе, и его сразу же опровергли все упомянутые в нем лица. Более того, газетчикам настоятельно рекомендовали не распространять эту новость.

В конце концов именно Шерлок Холмс открыл мне тайну. Я зашел к нему на Бейкер-стрит после коронации Георга V и королевы Марии. На столе у него лежал иллюстрированный журнал, а рядом с ним — несколько снимков. Обычно сыщик не интересовался подобными изданиями и уж тем более не стал бы читать откровения мистера Боттомли из «Джон Булл».

Мой друг, держа в руке лупу, то и дело подносил ее к фотографиям королевской четы, принцев и принцесс. В статье говорилось о том, что дублинские драгоценности были найдены и выкуплены у прежних владельцев, а теперь возвращены королю. Мало кто в Англии настолько хорошо знал минералогию, чтобы составить конкуренцию Холмсу и определить подлинность сокровищ.