Засекреченные приключения Шарлотты Бронте - Лора Джо Роулэнд

— Мисс Бронте, надеюсь, вы не допустили ничего, что могло бы привлечь неподобающее внимание незнакомых мужчин? — сказал мистер Николс назидательно-порицающим тоном. — Как дочери священнослужителя вам следует быть осмотрительнее в своих поступках, дабы они не бросили тени на вашего отца или Церковь.

Как он смел предположить, будто я в чем-то провинилась, и наставлять меня в правилах поведения?

— Вы, право, находите любой повод, чтобы прочесть проповедь.

— Да. Таков мой долг, — сказал мистер Николс с полной серьезностью, истолковав мою шпильку как похвалу.

Жаль, что мистер Николс не походил на Гилберта Уайта, которого моя безопасность заботила больше мнения сплетников. Тем не менее я знала, что мистер Николс — хороший человек, весьма уважаемый и папой, и прихожанами. Быть может, Энн, Эмили и мне не следовало заимствовать его среднее имя в качестве нашего псевдонима, хотя мы извлекли большое удовольствие из нашей тайной шутки.

Боясь сказать что-нибудь лишнее, если мистер Николс и дальше будет разговаривать со мной, я остановилась.

— Вот почта, мне надо зайти туда, — сказала я твердо. — Всего хорошего, мистер Николс.

И я скрылась за дверью, оставив его стоять под дождем.

Внутри почты стены занимали ящики и ячейки. За барьером сидела Нэнси, почтмейстерша, пухлая женщина с завитыми седыми волосами под муслиновым чепцом.

— А, мисс Бронте! — сказала она. — Слышала, ты возвратилась из Лондона, поездка была приятная, надеюсь? Видела твоего папашу вечор, когда он возвращался с Дубовой фермы. У них там плохо дело с горячкой.

Последовали прочие деревенские сплетни. Когда она умолкла перевести дух, я отдала ей мое письмо и спросила:

— Что-нибудь для меня? — Нэнси принялась рыться в письмах и пакетах, и тут меня осенило. — Обо мне никто чужой не справлялся?

— Собственно, да, — сказала Нэнси. — Два дня назад это было. Какой-то мужчина допек меня всякими расспросами, вроде кому ты пишешь, да от кого получаешь письма.

Во мне шевельнулось дурное предчувствие.

— Вы ведь ему не отвечали, правда?

Щеки Нэнси побагровели.

— Вот уж нет! Сказала ему, чтоб он своими делами занимался, а в чужие не лез. — Она повернулась и промямлила: — Вроде было для тебя что-то, мисс Бронте. Куда же оно задевалось?

Я содрогнулась, подумав, сколько всего мог почерпнуть убийца из ее обширного запаса сведений о нашей семье.

— А вы не могли бы описать, как он выглядел, этот мужчина?

— Джентльмен с черными волосами и городскими повадками. — Нэнси захихикала. — И собой красавец.

Во всяком случае, она была куда наблюдательнее мистера Николса, хотя и куда несдержаннее. Незнакомец мог быть брюнетом из поезда. Но если он теперь знал, где я живу, то почему не подобрался ко мне?

Мной овладел страх. И тут почтмейстерша воскликнула:

— А! Вот оно!

Она протянула мне плоский прямоугольный пакет примерно семи дюймов в длину, в оберточной бумаге, обвязанный веревочкой и с лондонским штемпелем, но без обратного адреса.

— И кто бы это прислал тебе подарочек? — спросила она с выжидательным любопытством.

Мои мысли мгновенно обратились к Гилберту Уайту. Может быть, он вернулся в Лондон и оттуда послал мне «Джейн Эйр» надписать? Есть ли в пакете и письмо? Радостное предвкушение вытеснило мой недавний страх. Я поспешила домой, заперлась в комнате над прихожей. Дрожащими пальцами я вскрыла пакет.

Письмо — это волшебное сокровище. Письма от моих родных и друзей утешали меня вдали от дома. Отсутствие писем ввергало в мучительную тоску. Когда-то я три года ждала письма, которое так и не пришло. Но вот на этот раз фортуна улыбнулась мне.

Внутри пакета оказалась книга в той же оберточной бумаге, что и пакет, — я нащупала выпуклость корешка и края переплета. Книгу сопровождал лист белой бумаги с несколькими строчками. Я нетерпеливо начала читать письмо, и предвкушение сменилось потрясением.

Дорогая мисс Бронте!

Извините, что я кладу начало переписке, на которую не получила вашего одобрения и которая может быть вам нежелательна. Но я в отчаянном положении и вынуждена злоупотребить вашей любезностью. Вложенный пакет, умоляю вас, перешлите невскрытым моей матери, миссис Мэри Уайт, 20, Истбрук-террас, Брэдфорд, Йоркшир. Благодарю вас за вашу доброту. Надеюсь, когда-нибудь я смогу отплатить вам тем же.

Изабель Уайт