Афромент - Михаил Серегин

Леха и Веня, наблюдая все со стороны, тоже оценили прикол и рухнули обратно в траву, заливаясь хохотом.

— Я не курю, — спокойно ответила симпатичная светловолосая девушка. Кажется, она совсем не смутилась, в отличие от собеседника.

— Вы не обращайте на них внимания, — только и смог выдать Санек. — Они с рождения полные идиоты.

— А я и не обращаю, — пожала она плечами. — Да вы присаживайтесь, в ногах правды нет, как говорит мой дедушка.

— Вот как, у вас есть дедушка? — Дирол уселся на траву и скрестил ноги «по-турецки».

— Да, я к нему приехала на лето, — кивнула пастушка. — Вот, с пользой провожу время.

Все заготовки Дирола были забыты, да они были и ни к чему, поскольку придумывались с расчетом на деревенского парня. Оставалось надеяться только на интуицию, да на кривую, которая, как известно, авось да вывезет.

— С пользой? — переспросил он. Как известно, со многими девушками этот прием проходил безошибочно. Только повторяй последние слова с умным выражением лица, а остальное она сама тебе скажет. И еще подумает потом, какой ты умный и внимательный.

Девушка вместо ответа приподняла книжку, которую перед этим читала. Дирол смог увидеть ее обложку. В Школе милиции, он был уверен, такого не проходили. Хотя бы потому, что фамилия на обложке была написана на иностранном языке.

— Интересно? — запинаясь, проговорил он.

— Безусловно, — с улыбкой ответила она и пояснила: — Это стихи Гейне.

«Гейне… Кто это?» — подумал Дирол, но вслух, к счастью, догадался этого не говорить, после чего выяснилось, что больше-то сказать и нечего. Пришлось-таки прибегнуть к заранее приготовленным формулам:

— Симпатичная коровка, — выдавил Санек из себя.

Девушка изумленно подняла брови:

— Вы про кого?

— Э-э-э, — замялся тот, почувствовав, как двусмысленно прозвучала последняя фраза. — Да вон про ту буренку, — Дирол махнул рукой в сторону ближайшей коровы. — Молока она много дает?

— Не в курсе, вы уж извините, — насмешливо ответила пастушка. — Она не моя.

— А урожаи тут как? В смысле покосы?

— Какие еще покосы?

Вместо ответа Дирол сделал рукой широкий жест, обводя все окрестные луга.

— А, вы про это. Тоже не знаю. А вы почему интересуетесь? Вы сюда с инспекцией приехали?

— Нет, мы не с инспекцией. Мы преступление расследуем, — ляпнул Санек и тут же отругал себя за болтливость.

Однако девушка не удивилась и даже не проявила излишнего любопытства.

— А-а-а, это про сына дяди Саши?

— А вы знаете?

— Ну уж это-то я знаю, — улыбнулась девушка. — Кстати, если вы хотите со мной познакомиться, то меня зовут Лида.

— Дирол, — автоматически представился он, сам не поняв почему, — то есть Саша!

Лида звонко рассмеялась:

— Хотите холодного квасу?

Санек кивнул.

— Тогда дойдите во-о-он до того кустика. Под ним стоит термос. Принесите, пожалуйста.

До кустика и обратно Санек смотался за считаные секунды. Он изо всех сил сдерживался, чтобы не побежать. Все-таки он молодец, хоть и наткнулся на девушку, но почти не растерялся и уже наладил контакт. Жаль только, что она приезжая, но зато у нее есть квас!

Квас действительно оказался холодным и очень вкусным! Дирол залпом выпил целый стакан и постеснялся просить еще, но Лида, оценив его жажду, сама предложила следующую порцию. Новый стакан Санек пил уже медленно, смакуя каждый глоток.

— Замечательный у вас квас! — выдохнул он наконец.

— Может, ваши приятели тоже хотят пить? — заботливо поинтересовалась Лида.

Однако Дирол счел, что в данном случае ее забота была несколько неуместна.

— Да какая разница! — махнул он рукой. — Это я вас нашел, а значит, и все плюшки тоже мне должны доставаться.

Санек совершенно забыл о том, что первым девушку увидел Веня, который сейчас валялся на солнцепеке и наверняка изнывал от жажды.

— А откуда вы знаете, что у меня есть плюшки? — изумилась Лида.

— А у вас есть плюшки? — не менее удивленно спросил Дирол. — Вообще-то я не имел в виду конкретно плюшки. Просто это выражение такое.

— Понятно. Вы и есть, наверное, хотите?

Не дожидаясь ответа, она пошарила где-то за спиной и вытащила большой пакет:

— Угощайтесь. Только сделайте мне одолжение, позовите своих друзей, иначе меня совесть замучает.

— Знаете, по-моему, лучше накормить одного человека досыта, чем нескольких, но наполовину, — философски заметил Дирол. — Но если вы так хотите… Эй, ребята! — крикнул он, обернувшись.

Курсанты тут же вскочили.

— Идите сюда! Это Лида. Это квас и плюшки. Нас вежливо угощают. Можете есть.

Два раза предлагать не пришлось. Лида сидела, смеясь, и наблюдала, как плюшки со страшной скоростью исчезают.

— А знаете, что я думаю? — спросила она, когда еда закончилась. — Вы вот голодные, пить хотите. Вам, наверное, и переночевать негде?

Вскоре выяснилось, что и переночевать можно у Лиды. Не дома, конечно, домик у них с дедушкой маленький, а на сеновале. Услышав слово «сеновал», Дирол улыбнулся и подмигнул Лехе, но тот сделал вид, что не заметил. Дождя не предвиделось, а потому парни могли не опасаться, что промокнут. Дедушку Лида обещала предупредить, чтобы не разволновался.

— А что, он может нас испугаться? С сердцем, наверное, будет плохо? — посочувствовал Леха.

— Это у вас будет плохо с чем-нибудь, — серьезно ответила Лида. — У него, между прочим, ружье всегда мелкой дробью заряжено. Насмерть не убьет, но запомнится надолго.

Еще выяснилось, что сама Лида студентка филологического факультета, приехала, как обычно, отдохнуть на лето, а дедушка у нее — пастух, он пасет большое деревенское стадо, а внучке доверяет коровок Крутова. Эти коровки составляют его ферму.

— А вообще, этот Крутов, как я посмотрю, серьезный дядя? — как бы невзначай спросил Веня.

— Настоящий фермер, — с уважением ответила Лида. — У него в хозяйстве почти вся деревня работает. Кур разводит, гусей, кроликов. Поля у него большие и сад есть. Теперь вот еще и коров решил разводить.

— А сын помогает?

— Пф-ф-ф, — Лида сморщила веснушчатый нос. — Он тут и не бывает совсем. У него, кажется, бизнес где-то в городе, причем на папины деньги.

Наконец Веня глянул на часы и спохватился:

— Нам пора!

— Мне тоже! — вскочила Лида. — Ну что, придете?

— Обязательно! — пообещали курсанты и трусцой, поскольку было уже почти семь, направились к деревне.