Террористы - Пер Валё

А познакомились они больше восьми лет назад, когда ее жениха и его самого молодого сотрудника Оке Стенстрёма застрелили в автобусе вместе с еще восемью пассажирами. Оса тяжело переживала эту смерть и в конце концов решила сама пойти служить в полицию. Теперь она была младшим следователем в Мерста.

Пять лет назад в Мальмё у Мартина Бека и Осы был мимолетный роман. Одна-единственная памятная ночь, и она больше не повторилась. Теперь он был только рад этому. Оса — симпатичная женщина и хороший товарищ по службе, но с тех пор, как он узнал Рею, его просто не тянуло к другим женщинам. Оса все еще не вышла замуж, всю душу вкладывала в работу и стала очень квалифицированным следователем.

А ведь тогда он даже мог жениться на ней… Страшно подумать: быть женатым на коллеге и ни на минуту не забывать, что ты полицейский.

— Ты, наверно, хочешь побеседовать с Мод, — сказала Оса. — Мы уже потолковали, так что я могу уйти, если хочешь.

— Да, спускайся к Перссону, — согласился он. — Ты ему там пригодишься.

Она весело кивнула и ушла.

Зная, что Оса работает на совесть и отлично умеет налаживать контакт с допрашиваемыми, Мартин Бек не собирался долго говорить с Мод Лундин.

— Вы, наверно, устали и подавлены случившимся, — начал он, — так что я не буду вас особенно задерживать. Хотелось бы только узнать кое-что о ваших отношениях с директором Петрусом. Вы давно были знакомы?

Мод Лундин заправила волосы за уши и пристально посмотрела на него.

— Три года. Познакомились на одной вечеринке, после того он несколько раз приглашал меня в ресторан. Это было весной. Летом у него намечались съемки, и он нанял меня гримершей. Потом мы продолжали встречаться.

— И сколько же всего вы у него работали?

— Только на время того фильма. Потом он долго ничего не снимал, а я устроилась в косметический салон.

— А что это был за фильм?

— Он был рассчитан только на экспорт. В Швеции не показывался.

— Название помните?

— «Любовь при полуночном солнце».

— Часто вы встречались с директором Петрусом?

— Примерно раз в неделю. Иногда два раза. Обычно он приезжал сюда, но иногда мы ходили в ресторан, танцевали.

— Его жена знала о ваших отношениях?

— Знала. Но не придавала значения, лишь бы дело не дошло до развода.

— У него были такие мысли?

— Бывали. Раньше. Но мне кажется, его устраивало существующее положение.

— А вас? Вас оно тоже устраивало?

— Ну, я не стала бы возражать, если бы он предложил мне выйти за него замуж, но, вообще-то, мы и так хорошо ладили. Он был добрый, щедрый.

— Вы не представляете себе, кто мог его убить? Мод Лундин покачала головой.

— Совершенно не представляю. Нелепо все это. Я никак не могу свыкнуться с мыслью, что его убили.

Она примолкла. Он посмотрел на нее. Не заметно, чтобы очень переживала.

— Он еще там, внизу? — спросила она.

— Нет, увезли.

— Мне можно здесь ночевать?

— Нет, мы еще не закончили работу.

Она хмуро поглядела на него и пожала плечами.

— Ладно, переночую в городе.

— Вы не заметили ничего особенного, когда расставались утром? — спросил Мартин Бек.

— Ничего. Он был такой же, как всегда. Я раньше ухожу, он не любит спешить по утрам. Иногда мы ехали в город вместе. Он-то всегда вызывал такси, а я обычно еду на велосипеде до станции и там сажусь на поезд.

— Почему же такси? Разве у него не было машины?

— Он не любил сам водить. У него есть «бентли», и он иногда садится за руль, но чаще его возит кто-нибудь другой.

— Кто именно?

— Жена или кто-нибудь из сотрудников. Иногда его садовник.

— Сколько человек работает у него?

— Трое. Один занимается финансами, другой — контрактами и сбытом, и есть секретарша. Когда идут съемки, он по мере надобности нанимает еще людей.

— А что же все-таки за фильмы он снимал?

Она ответила не сразу, потом посмотрела на Мартина Бека и нерешительно произнесла:

— Не знаю даже, как и сказать вам. По правде говоря, это были порнографические фильмы. Но на высоком художественном уровне. Когда-то он снял серьезный фильм, с хорошими актерами. По мотивам одного знаменитого романа, помнится, даже приз получил на каком-то фестивале. Да только на том фильме он почти не заработал.

— А на других хорошо зарабатывал?

— Очень хорошо. Это он купил мне этот дом. А вы бы видели его дом в Юрсхольме! Роскошная вилла, парк, бассейн и все такое.

Теперь Мартин Бек более или менее представлял себе, что за человек был Уолтер Петрус. Но ему было неясно, что за женщина перед ним.

— Вы любили его? — спросил он.

Мод Лундин поглядела на него со смешинкой в глазах:

— Откровенно говоря — нет. Но он хорошо относился ко мне. Баловал меня и не ставил мне никаких условий.

После маленькой паузы она продолжала:

— Красавцем его не назовешь. Да и любовник был не ахти какой. С потенцией у него было не все в порядке, понимаете? Я была замужем восемь лет, вот тот действительно был мужчина. Разбился на машине пять лет назад.

— Значит, вы встречались не только с Петрусом?

— Случалось. Когда попадался подходящий человек.

— И он никогда не ревновал?

— Нет. Но настаивал, чтобы я рассказывала про свои отношения с другими. С подробностями. Ему это нравилось. Я обычно присочиняла, чтобы ему угодить.

Мартин Бек пристально посмотрел на Мод Лундин. Она сидела прямо и спокойно встретила его взгляд.

— Стало быть, по сути, вы встречались с ним только из-за его денег? — спросил он.

— Пожалуй, что так. Но я не считаю себя шлюхой, что бы вы ни думали. Я нуждаюсь в деньгах. Мне нравятся вещи, которые можно за них приобрести. А женщине в сорок лет и без особого образования трудно добыть деньги другим способом. Если я шлюха, то и большинство замужних женщин шлюхи.

Мартин Бек встал:

— Спасибо за беседу, за откровенность.

— Не за что. Я всегда откровенна. Можно мне теперь ехать к подруге? Я устала.

— Конечно. Только скажите комиссару Перссону, где мы сможем вас найти.

Мод Лундин поднялась и взяла маленькую белую кожаную сумку, которая стояла у изножья кровати.

Мартин Бек проводил ее взглядом. Она держалась уверенно и спокойно. Рослая, крепкая, стройная и сильная, она, наверно, была на голову выше маленького жирного продюсера.