Эта тета - Оксана Робски

Я вышел, громко хлопнув дверью.

Это была обычная вечеринка со скудной едой, но большимвыбором алкоголя и девушек.

Я съел шестнадцать тарталеток и тридцать три минисендвича.

— Давно за вами наблюдаю, — сказала мне девушка сволосами светлыми, как ромашка, на которой не загадали любовь.

— Почему? — удивился я.

— Вы так много едите. И совсем не пьёте — Девушкасмотрела мне прямо в глаза и покачивалась в такт музыке.

— А вы пьёте. И совсем не едите, — улыбнулся я.

— Мы могли бы отлично дополнять друг друга, —улыбнулась девушка.

Мы рвали друг на друге одежду в тесной кабинке гостиничноготуалета.

— Это любовь с первого взгляда? — Я взял её за шеюи прислонил к стене. Она даже немного ушиблась.

— А другой и не бывает! — сказала девушка.

Потом она сидела на унитазе и поправляла съехавшие чулки.

— Может, сбежим отсюда? — предложил я.

— Давай! — улыбнулась девушка. — Толькосначала выпьем.

Я тоже сделал пару глотков шампанского.

— За любовь, — сказал я.

— А ты в неё веришь? — спросила девушка.

— Конечно. А ты разве нет?

— Ну, когда вижу такого парня, как ты, — начинаюверить.

Я взял её за руку и повёл к выходу. Как всё просто, еслиотношения начинаются с секса!

— Красивая машина, — сказала девушка.

— У тебя когда день рождения? — спросил я.

Девушка расхохоталась.

— Ты что, гороскопами интересуешься?

— Нет, хочу тебе на день рождения такую жеподарить. — Я открыл перед ней дверцу.

— Bay! — воскликнула девушка — Вот это желание!

— И главное, что оно совпадает с возможностями! —Я обнял её и неясно поцеловал.

— Ну как тут не верить в любовь с первоговзгляда?! — Она хитро посматривала на меня.

— Только такая и бывает! — в тон ответил я.

Удивительно, но на улице Покровка меня вдруг остановилгаишник.

— Документы, пожалуйста, — сказал он мне воткрытое окно.

Я открыл бумажник, полный стодолларовых купюр.

— У меня тут этих документов полно, — сказал я,многозначительно улыбаясь, — вам сколько?

— Это ты! — неожиданно пронзительно закричаладевушка — Я тебя узнала!

Мы с гаишником удивлённо посмотрели на неё. А онанабросилась на меня с кулаками.

— Точно! Я вспомнила! Подонок!

Я с трудом отбивался. Гаишник поглядывал с любопытством.

— Да что с тобой?! — Я попытался скрутить ей руки,чтобы она успокоилась.

— Я узнала тебя! — визжала девушка, норовя ударитьменя ногой. — Как только ты бумажник достал, я сразу узнала тебя! Подонок!

— Да объясни же! — попросил я.

— Гражданочка, — снова просунул голову в окошкогаишник, — мы ведь его и арестовать можем, если что!

— Ты не помнишь меня?!

Я непонимающе смотрел в ее злое лицо.

— Я тогда тоже думала любовь с первого взгляда! А тыещё штаны застегнуть не успел, а уже бумажник достал и спросил меня: тебесколько дать? — Она снова вырвала свою руку и со всей силы ударила меня полицу. — Не узнаёшь меня, урод?!

Она схватила свою сумку и выпрыгнула из машины.

Моё лицо горело от побоев.

— Вот так вот, — сочувственно пожал плечамигаишник, — не даёшь деньги — плохо, даёшь — тоже плохо. Дуры!

Мы понимающе пожали друг другу руки, и он сказал напоследок:

— Поосторожнее.

— Ты тоже, — кивнул я.

Млей купил яхту. Прекрасную маленькую яхту с двумя каютами.Он припарковал её в Крокусе и повесил на мачте морской флаг планеты Тета — двеперекрещенные фиолетовые линии.

Я пригласил на речную прогулку Галю.

— Я замужем, — зло сказала она, подметая пол подмоей кроватью.

— Ты ещё не замужем, — возразил я.

— Тебя это не должно касаться! — огрызнулась Галя.

— Послушай, я же ничего плохого тебе не сделал. И несделаю. Я просто приглашаю тебя покататься на яхте. И всё, — уговаривал я.

— Слышишь ты, олигарх хренов! — Она угрожающедвинулась на меня со шваброй в руке. — Тебе же сказали: я замужем!

— Ладно, ладно, — отступил я. — Замужем такзамужем, потом пожалеешь.

— Может, и пожалею, — угрюмо согласиласьГаля. — Только мой мужик сидит дома и меня ждёт, а не девок на яхтахкатает!

— Ты же хотела, чтобы тебе стихи читали… — Я навсякий случай отошёл к двери.

В этот момент мне пришла эсэмэска, и мой телефон пикнул.

— Вон с ними катайся! — крикнула Галя, показываяна мой телефон.

— Это не то, что ты думаешь! — обрадовался я.

— Иди! Иди! — Галя вытолкала меня за дверь.

Вова прислал мне эмэмэс с фотографиями. На первой — записка,где он признаётся мне в любви. На второй — он засовывает эту записку в бутылку,на третьей — бросает бутылку в океан.

«Я чуть не расплакалась», — написал я Вове.

Он прислал ещё фотографию: своё лицо в маске скорби.

«Как ты там без меня?» — написал я.

И получил очередное фото: Вова с теннисной ракеткой.

«Ничего, осталась всего неделя», — ответил я.

Вова прислал свой радостный портрет. «Ты, наверное, толькочто научился слать эмэмэс-сообщения?» — догадался я.

«Ага. Лежу на пляже. Жара».

Он прислал мне изображение пляжа, моря, пенька, своей ноги вшлёпанце, своей жены — вид сзади, неба, пальмового листочка и память на моёмтелефоне оказалась максимально заполненной. И закончились деньги.

А я хотел позвонить Млею. Я не видел его уже несколько дней.

Передо мной клала деньги на телефон невысокая девушка свысокой причёской. Она разговаривала руками.

Уходя, она улыбнулась мне.

— Я тоже кладу деньги, — сказал я ей руками. Такразговаривают глухонемые.

— Я уже положила, — ответила она и задержалась удвери.

— Можно я вас провожу? — спросил я в абсолютнойтишине. Женщина за прилавком читала книжку и не обращала на нас внимания.

— Можно, — согласилась девушка.

Её звали Карина Я проводил её до машины. Водитель распахнулперед ней заднюю дверцу и подозрительно покосился на меня.