Сорвать банк - Эрл Стенли Гарднер

Напитки нисколько не помогли. Филипп Уайтвелл унылодемонстрировал, что его сердце разбито. Артур Уайтвелл продолжал смотреть наменя, как игрок в покер смотрит на человека, который сначала отказывается отприкупа, а потом выкладывает кучу синих фишек на стол.[2]

Берта парила над нами, словно голубь мира. Ее стараниядобиться, чтобы все шло гладко, и выглядеть светской дамой не могли бытьвечными, они так же не подходили к ее облику, как и относительно стройныйсилуэт. Да, Уайтвелл А. каким-то образом сумел, пусть на время,загипнотизировать ее. Берта вдруг осознала себя женщиной.

Оставалось гадать, как эта метаморфоза отразится на ееделовых качествах.. Битва новой Берты Кул с прежней, алчной в делах, обещаетбыть грандиозной.

Что до меня, то я был равно любезен со всеми, охотнообсуждал вопросы политики и вооружения и совсем не желал беседовать о КорлеБурк.

Обед был прекрасный. Наступающий вечер теплым.

Вокруг уличных фонарей, жужжа, кружили насекомые.

Все двери и окна в ресторане распахнуты настежь. Жителигорода и даже туристы разгуливали без пиджаков.

Уайтвелл-старший на правах хозяина оплатил счет.

Филипп наклонился ко мне:

— Лэм, я вам полностью доверяю.

— Благодарю.

— Вы разыщете Корлу?

— Мы работаем на вашего отца.

— Но и он хочет, чтобы вы нашли Корлу. Правда, папа?

Уайтвелл ответил:

— Да, Филипп, если мы сумеем добиться этого, в разумныхпределах тратя деньги и время.

— Но ты же понимаешь, отец, такое дело не может зависеть отденег. За исчезновением Корлы кроется что-то зловещее, ужасное…

— Ладно, ладно, Филипп, давай не будем обсуждать серьезноедело после обеда. Дадим ему спокойно перевариться.

— Но ты обещаешь мне, что мистер Лэм, то есть миссис Кул имистер Лэм со всей возможной интенсивностью продолжат поиски?

— Вот это, Филипп, тебе придется оставить на мое усмотрение.— Артур Уайтвелл взглянул на меня: — Лэм, если вы сможете найти то письмо иесли оно определенно подтвердит, что Корла уехала добровольно, я думаю, что мыс Филиппом засчитаем вам это как выполнение вашей задачи.

— Но, отец, мы не можем остановиться только на письме ибросить все как есть. Мы должны разыскать Корлу. Мы просто обязаны!

Подошла официантка со сдачей. Уайтвелл дал ей ровно десятьпроцентов чаевых.

— Ты что-то мало ела, Берта. Все в порядке? — спросил янаивно своего шефа.

— Да. Я не чувствую себя проголодавшейся. Аппетит у меня непропал, но я не ощущаю того волчьего, адского чувства голода, которое ощущала,когда была… тяжелей, чем сейчас.

Уайтвелл Артур обратился к сыну:

— А ты когда-нибудь бывал в игорных домах, Филипп?

— Нет, — ответил тот односложно.

Артур многозначительно посмотрел на Берту.

— Не хотите ли, миссис Кул, присоединиться к нам и сыгратьпо маленькой, или предпочтете отправиться в отель и провести совещание со своимпомощником?

— Мы отправимся в отель. — Берта уловила намек.

Было уже около восьми часов. Мы поднялись к Берте в номер.Она заперла дверь.

— Дональд, лучше отдай это письмо мне.

Я посмотрел на свои часы.

— А не считаешь ли ты, что куда лучше позволить мнезавершить расследование?

— Расследование чего, Дональд?

— Письма Уайтвелла-старшего.

— Какого черта, Дональд? Что у тебя на уме? И зачем, в концеконцов, ты едешь в Лос-Анджелес?

— По разным причинам. Если ты собираешься остаться здесь накакое-то время из-за климата, благоприятствующего здоровью, кому-то следовалобы навестить контору в Лос-Анджелесе.

Она сверкнула своими маленькими глазками.

— Будь ты проклят, Дональд. Тебе нет надобности дурачитьвместе с ними и меня. Зачем ты отсюда уезжаешь?

— Просто одно предположение.

Она вздохнула:

— Ладно, упрямый дьяволенок, уезжай на своем чертовомпоезде.

— Когда я тебя увижу в Лос-Анджелесе?

— Не знаю. Мне здесь нравится.

— Климат?

— Конечно, климат. Из-за чего бы еще мне торчать в этойдыре?

— Откуда мне знать?

— Давай-ка вали на свой поезд.

— Не вздумай сказать Уайтвеллам, куда я отправился, по крайнеймере, пока поезд не отойдет от станции.

— Что же мне им сказать?

— Что я иду по другому следу. Я оставлю записку на конторке:мол, решил съездить в Лос-Анджелес, а ты подожди меня здесь. Я попрошу, чтобызаписку доставили в девять тридцать. А если ее не принесут в это время, сама,пожалуйста, позвони вниз и спроси, не оставлял ли я какого-нибудь послания длятебя.

— Мистеру Уайтвеллу все это может не понравиться.

— Верно, — согласился я. — Может не понравиться.

Берта уставилась на меня, пытаясь прочесть мои мысли, потомотвернулась, раздраженно махнув рукой.

Я кинулся в свой номер, уложил легкий саквояж.

Считал и считаю целесообразным путешествовать, не таща ссобой чего-либо громоздкого. Один легкий чемодан — максимум.

Мне еще оставалось убить полчаса. Я провел эти полчаса заизучением письма и обдумыванием недавних разговоров.