Смерть в Вентуотер-Корте - Кэрола Данн

– Дело дрянь, а? Внутри все перевернулось, когда слуга принес мне с чаем такие новости. Я ведь о чем: гость поместья, не какой-нибудь там старый бродяга-прохожий.

– Если точнее – ваш личный гость, мистер Беддоу, верно?

– Да, его пригласил я, – с вызовом согласился Уилфред и стал немного похож на своего старшего брата. – Что с того?

– Разрешите спросить: почему вы пригласили лорда Стивена Аствика провести праздники в вашем узком семейном кругу?

– Я случайно встретил Аствика в городе перед Рождеством и подумал, что ему захочется взглянуть на нашу старую добрую усадьбу.

– Позвольте уточнить. Вы случайно встретили Аствика в Лондоне: где именно? В своем клубе? На улице?

– «У Чиро».

– А, в ночном клубе. Значит, вы решили, что Аствик будет рад увидеть Вентуотер-Корт, и пригласили его на несколько дней погостить. Вы с ним, видимо, большие друзья. – Алек вопросительно глянул на Уилфреда, но тот промолчал. – Любопытно. Аствик ведь раза в два старше. Он, несомненно, был для вас наставником? – Молчание. – Жаль, что вы позволили мошеннику учить вас жизни.

– Я не позволял! Какой наставник! Мы и друзьями-то не были!

– Вы пригласили в свою семью мошенника, с которым даже не дружили? – с притворным удивлением уточнил Алек.

– Да. Нет. Я не хотел, но он настоял, – мрачно ответил Уилфред. – Проклятье, я знал, что хоть Марджи порадую.

– Однако сами вы радости не испытывали.

– От чего? От пребывания под одной крышей с этим дьяволом?! – с содроганием воскликнул Уилфред.

– Тогда зачем?…

– Хорошо, раз вам так нужно знать, – я был ему должен.

– Карточный долг?

– Если бы! В таком случае я не позволил бы Аствику меня шантажировать – скорей бы уж обратился к отцу. Тот устроил бы мне разнос; возможно, урезал бы мое содержание или даже запер в поместье, но долг выплатил бы. Он человек старомодный, мой батюшка, однако совсем не плохой.

– Что же тогда вы не посмели рассказать лорду Вентуотеру?

– Я нарушил обещание жениться, – густо покраснев, признался Уилфред.

– Сладкие уверения, сказанные продавщице на ушко? – Алек надеялся, что его слова заглушили сдавленное фырканье мисс Дэлримпл.

– Хористке.

– Письма? – Уилфред кивнул, и Алек покачал головой. – Легковерный вы глупец. Значит, Аствик одолжил вам денег, чтобы вы от нее откупились, а затем пригрозил рассказать все вашему отцу.

– Папаша разнес бы меня в пух и прах. Я рад, что Аствик умер, – воинственно заявил Уилфред. – Все делают вид, будто ничего не произошло, а мне хочется открыть шампанское.

– Однако, когда вы услышали о кончине Аствика, внутри у вас все перевернулось.

– Господи, да, перевернулось! В том смысле, что не слишком приятно с самого утра такое услышать.

– С самого утра? В котором часу это было, мистер Беддоу?

– Где-то в половине одиннадцатого.

Покончив с признаниями, Уилфред вновь стал беззаботным. Он достал портсигар чеканного серебра и предложил его инспектору. Тот покачал головой. Уилфред закурил.

– Вы вчера поздно легли?

– Вовсе нет. Наоборот, рано. В деревне делать нечего. Пожалуй, уже в час я сладко сопел под теплым одеялом. Просто моему слуге строго велено никогда не будить меня раньше половины одиннадцатого.

– Вы поднялись к себе сразу после прогноза погоды?

– Нет. Мы с Джимми – моим братом – и Петри пошли в курительную пропустить по стаканчику на ночь. Но Джимми в душе провинциал, а Петри вбил себе в голову глупость про катание с Аствиком на рассвете. Поэтому мы не засиживались.

Алек навострил уши.

– Мистер Петри говорил вам, что на рассвете планирует кататься на коньках?

– Да он всем говорил! Аствик после ужина начал разглагольствовать насчет шведской гимнастики и физкультуры, а Петри эта идея страшно понравилась. По мне, полная чушь. Я так понимаю, потом Петри образумился. Иначе он подоспел бы Аствику на помощь и вытащил бы его.

Или свалился бы в прорубь вместо Аствика. Это совершенно меняло дело. Кто знал о том, что Петри хотел покататься рано утром? Неужели преступника не волновала перспектива убить не того человека? Или дружелюбный недотепа как раз и был предполагаемой жертвой?