Шаги в темноте. Убийство Адама Пенхаллоу - Джорджетт Хейер

– Лет пять. Мы уж к нему привыкли, он хоть и странный, но никому зла не делает, вот только по лугам бродит, когда сено еще не скошено. Таким, как сегодня, мы его нечасто видим. А вообще он соблюдает себя. Уже три месяца, как в запой не входил. Но когда напьется, вечно болтает невесть что. Просто помешался на этом привидении.

Фермер встал и, вежливо распрощавшись, вышел на улицу.

– Любопытно, – заметил Чарльз. – Кажется, мы продвинулись вперед.

По пути домой они с Питером подробно обсудили все сказанное пьяным художником.

– Известно, что пьяным речам доверять нельзя, – подытожил Чарльз. – Однако всегда есть шанс, что человек что-нибудь выболтает спьяну. Дюваль заслуживает пристального внимания.

– Меня поразило, как с ним носился Уилкс, вместо того чтобы выкинуть вон.

– Если этот тип у него столуется, будешь проявлять терпимость. Наверное, он не всегда хамит. Самое интригующее во всей этой истории – его явный интерес к Монаху. Похоже, тема ему хорошо знакома.

– Надо бы за ним последить, – предложил Питер. – Подозрительная личность, слишком уж зловещая. Думаешь, он и есть Монах?

– Неизвестно. Знай я, чего добивается Монах, проблема решилась бы сама собой.

Какое-то время они шли молча. Внезапно Питер нарушил молчание:

– Напоминает обычный пьяный треп. Вся эта ахинея о Монахе, который мечется по дому и незаметно за нами наблюдает. Вряд ли в этом есть какой-нибудь смысл. Пустая болтовня на тему привидений.

– Я о другом думаю, – медленно проговорил Чарльз. – Интересно, что он имел в виду, заявив, что никто никогда не видел лица Монаха, даже он сам. Не очень похоже на обычные разговоры о призраках, которые здесь ведут все, кому не лень.

– Но я не уверен, что это нам что-нибудь даст. Одно верно – у него к делу явный интерес.

Подойдя к дому, они договорились молчать об утренней встрече и вскоре уже приветствовали дам, сидящих за обеденным столом.

– Ну как успехи? – спросила Маргарет.

– Так себе, слишком много солнца, – ответил Питер, накладывая себе салат. Неожиданно он насторожился. – Что за странный звук?

Наверху слышалось громкое противное гудение.

– Спроси Селию. Это она его пустила.

Мужчины вопросительно посмотрели на нее.

– Похоже на пылесос, – предположил Чарльз.

– Это он и есть, – извиняющимся тоном сообщила Селия. – Я ничего не могла сделать. Он так настаивал. У меня просто не хватило духа отказать ему.

– По-моему, прекрасная идея, – вмешалась миссис Босанквет. – В коврах полно пыли, а теперь их можно не выбивать.

– Но здесь же нет электричества, как же он работает? – изумился Питер.

– Это не электрический пылесос! Какой-то новый патент. Впрочем, я не собираюсь покупать его, поэтому подробности меня не волнуют. Этот человек так хотел показать мне, сколько пыли он высосет из наших ковров и мебели, что я позволила ему попробовать. В конце концов, нам это не будет стоить ничего, а ему приятно.

– Человек, продающий пылесосы, – пробормотал Чарльз. – Пылесосы…

Он посмотрел на Питера, и оба они вскочили из-за стола.

– В чем дело? – забеспокоилась Селия. – Вы разве возражаете?

– Пока не знаю, – ответил Чарльз. – Скажу тебе позже, когда мы посмотрим на продавца.

Кинув салфетку, он выбежал из комнаты и взлетел по лестнице. Гул доносился из комнаты миссис Босанквет, и Чарльз вошел туда. Там старательно пылесосил ковер жуликоватый коммивояжер из «Колокола».