Долина ужаса - Артур Конан Дойл

Джон издали разглядел хозяина бара, а затем со свойственной ему смелостью принялся локтями пробивать себе дорогу к нему. Протолкавшись сквозь группу льстецов, теснившихся около стойки, он остановился перед ним, не опустив глаза под пристальным взглядом.

— Черт меня побери, если я встречал вас прежде, — недружелюбно произнес глава ложи Вермиссы.

— Я здесь недавно, мистер Макгинти.

— Не настолько недавно, чтобы не знать, как следует меня именовать.

— Это советник Макгинти, — сказал кто-то из окружения.

— Извините, советник. Я незнаком с местными обычаями, но мне посоветовали повидать вас.

— Ну что ж, вы видите меня. И что вы думаете обо мне?

— Трудно так сразу ответить. Скажу лишь, что если ваше сердце так же велико и прекрасно, как лицо, то ничего другого и желать нельзя.

— У вас хорошо подвешен язык! Значит, вы одобряете мою наружность?

— Конечно, сэр, — сказал Макмэрдо.

— И вам посоветовали прийти ко мне?

— Да.

— Кто же это сделал?

— Брат Сканлейн… А теперь я хочу выпить за ваше здоровье, советник, и за наше дальнейшее знакомство. — Джон поднес к губам поданный ему стакан и, осушая его, подчеркнуто отставил мизинец.

Следивший за ним Макгинти приподнял густые черные брови.

— Ах, вот как? — сказал он. — Видно, мне придется поближе познакомиться с вами, мистер…

— Макмэрдо.

— Мы здесь не доверяем словам, мистер Макмэрдо. Извольте следовать за мной.

Они прошли в маленькую комнатку. Макгинти запер за собою дверь, уселся на одну из бочек, заполнявших комнату, молча поглядывая на Джона.

Макмэрдо, не смущаясь, вынес осмотр. Одну руку он опустил в карман пиджака, другой покручивал свой каштановый ус. Неожиданно Макгинти вытащил из-за пояса револьвер.

— Вот что я должен вам сказать. Если я увижу, что вы затеваете с нами какую-нибудь игру, то вам недолго придется ее вести.

— Странный прием вы мне оказываете, — ответил Макмэрдо с вызовом. — Особенно для мастера ложи по отношению к новоприезжему брату.

— Вот как раз этот факт и нужно доказать, — ответил Макгинти. — А если не докажете, то вам не поможет сам сатана. Где вы были посвящены?

— В двадцать девятой ложе в Чикаго.

— Когда?

— Двадцать четвертого июня тысяча восемьсот семьдесят второго года.

— Кто был мастер?

— Джеймс Скотт.

— Кто управляет вашей областью?

— Бартоломью Уилсон.

— Гм, вы отвечаете довольно уверенно. Что вы здесь делаете?

— Работаю, как вы, но пока поменьше вас.

— Вы так же скоры на руку, как на ответы?

— Знавшие меня люди утверждали именно так.

— Ну что ж, может, мы испытаем вас скорее, чем вы думаете. Вы слыхали что-нибудь о нашей ложе?

— Я слышал, что в ваше братство может вступить только мужественный человек.

— Правильно, мистер Макмэрдо. Почему вы уехали из Чикаго?

— Повесьте меня раньше, чем я вам это скажу.

Глаза Макгинти широко открылись. Он не привык к таким ответам, и слова Джона несказанно удивили его.

— Почему вы не хотите довериться мне?

— Потому что брат не может лгать брату.

— Значит, правда такого рода, что о ней даже не стоит говорить?

— Вот именно.

— Тогда не ждите, чтобы я как мастер ввел в ложу человека, за прошлое которого не могу отвечать.

На лице Макмэрдо отразилось раздумье. Потом он вынул из кармана измятую газетную вырезку.

— Вы правы, советник, — мягко заметил Макмэрдо. — Я знаю, что без опасения могу отдать себя в ваши руки. Прочтите эту заметку в газете.

То было сообщение об убийстве в ресторане «Озеро» на рыночной улице Чикаго в первый день нового 1874 года. Там был застрелен какой-то Джонас Пинт. Макгинти быстро пробежал вырезку глазами.

— Ваша работа? — спросил он, возвращая ее Макмэрдо.

Тот кивнул головой.

— Почему вы застрелили его?

— Я, видите ли, помогал дяде Сэму делать доллары. Может, мои монетки и не были такой чистой пробы, как его, но вполне походили на них и обходились дешевле. Этот Пинт катал их…

— Что он делал?

— Пускал в обращение, Но как-то он решил меня шантажировать и стал грозить доносом. Я не поддался на угрозы, убил его и отправился сюда.

— Почему сюда?

— В газетах писали, что люди здесь не особенно разборчивы.

Макгинти засмеялся.

— Сначала вы были фальшивомонетчиком, затем убийцей и решили, что здесь вас охотно примут?

— Приблизительно так.

— Наверное, вы далеко пойдете. Скажите, а вы еще не разучились выделывать доллары?

Макмэрдо вынул из кармана несколько монет.

— Они вышли не из государственного монетного двора, — бросил он небрежно.

— Неужели? — огромной волосатой рукой Макгинти поднес фальшивые доллары к свету. — Не вижу никакой разницы. Думается, вы сможете стать полезным братом. Смелости у вас, кажется, хватает — вы даже не сморгнули, когда я навел на вас дуло револьвера.

— Да ведь не я был в опасности.

— А кто же?

— Вы, советник. — Из кармана своего пиджака Макмэрдо вытащил револьвер с взведенным курком. — Я все время целился в вас, и, думаю, мой выстрел предупредил бы ваш.

Краска гнева залила лицо главы ложи, но затем он разразился хохотом:

— Давно мне не приходилось встречать такого молодца! Уверен, ложа будет гордиться вами. Черт возьми! — внезапно закричал он в ответ на стук в дверь. — Что вам нужно? Неужели я не могу поговорить наедине с джентльменом, чтобы кто-нибудь не помешал?

Вошедший приказчик смущенно пробормотал:

— Извините, советник, но мистер Тед Болдуин хочет немедленно поговорить с вами.

Извинение его было напрасным — лицо Болдуина выглядывало из-за его плеча. Он вытолкал приказчика за порог, вошел в комнатку и запер за собою дверь.

— Итак, — произнес Болдуин, бросая свирепый взгляд на Макмэрдо, — вы пришли сюда раньше меня. Советник, мне надо сказать вам пару слов об этом человеке.

— Что ж, вы можете сказать их при мне, — сказал Макмэрдо.

— Скажу, когда и как захочу!