Запчасти для невесты - Татьяна Луганцева

- Наверное, ты уже знаешь, что я не бедный человек. У меня в собственности находятся многие заведения на побережье, и все это останется моей дочери, хочет она того или нет. Все, что я делал, я делал ради денег, а душа моя здесь…

Яна вошла в прохладное помещение, внутри поделенное на маленькие залы, напоминающие цеха.

- Что тут делают? - спросила Яна, чувствуя какой-то знакомый запах.

- Пройдем в мой кабинет, - пригласил ее Леонид.

Кабинет Леонида представлял собой единственное светлое помещение на этом заводике, спрятанном высоко в горах. За стеклянной витриной во всю стену на полочках были расставлены какие-то красочные фигурки. Внимание Яны привлекли ярмарочные карусели с лошадками, на которых сидели румяные, улыбающиеся дети, и зеленая горка, покрытая васильками и ромашками, среди которых паслись кудрявые белые овечки с забавными мордашками. Общим в этих прекрасных фигурках было одно - на верху каждой располагалась аккуратная белая ниточка.

- Что это? - прошептала восхищенная Яна.

- Свечи! - гордо ответил Леонид.

- Свечи? - искренне удивилась Яна.

- Да! - Леонид просто светился радостью. - А ты думала, что свечки - это простые восковые палочки? Нет, это целое искусство! Я часто езжу за границу, в основном в Германию, и учусь там работать с воском. Это завораживающий процесс! Считай, что свечи - это мое хобби. Я создаю новые гипсовые формы, наплавляю их высококачественным воском, затем раскрашиваю специальными красками, которые привожу из Германии. На Западе изготовление свечей считается искусством, и в каждом доме обязательно должны присутствовать декоративные свечи. Люди чуть ли не каждый день ужинают при свечах.

Свечи являются символом любви, они изгоняют злых духов из жилища. Такие свечки, - Леонид махнул головой в сторону витрины, - на Западе стоят очень дорого, но народ не жалеет на них денег. У нас все иначе, мы не привыкли отдавать деньги за кусок раскрашенного воска. Мы не можем платить за то, что в конечном итоге расплавится. Многие вспоминают о свечах только тогда, когда нет электричества.

- И куда вы потом деваете эту красоту? - поинтересовалась Яна, разглядывая свечку в виде новогодней елки с большими золотыми шарами и снежинками на пышных, округлых ветках.

- Это интересный вопрос, Яна. Я дорожу этими свечами, как музейными экспонатами, поэтому часть оставляю себе, часть увожу в Германию, туда, где их смогут оценить по достоинству. Да что там говорить! Я честолюбив и люблю, когда меня хвалят люди, которые посвятили всю свою жизнь делу изготовления свечей. Пусть знают, что и в России есть мастера не хуже, чем у них!

Яна с интересом смотрела на этого грузного, больного человека, который имел такое творческое увлечение.

Леонид продолжил свой рассказ:

- Конечно, везти отсюда через горы и таможню небольшую партию свечей даже при большой их себестоимости - очень невыгодное дело в плане прибыли. Но я, как и говорил тебе, делаю это не ради заработка. И ты знаешь, - вдруг довольно засмеялся Леонид, - все-таки люди тянутся к красивому и добротному. Местное население узнало, что я делаю свечи, и потребовало, чтобы я им тоже продавал свой товар. Будет, мол, дешевле покупать их с местного завода.

- И что вы?

- Я пошел им навстречу. Теперь у меня два цеха, один для производства свечей за границу и цех по производству обычных свечей. Только я не могу халтурить и даже простые свечи делаю очень высокого качества. Есть еще гипсовая и мастерская по росписи.

Он протянул Яне дрожащей рукой четыре обычные свечки. Яна взяла в руку свечки ровные, абсолютно одинаковой толщины и длины, без сучка без задоринки. Цвет воска был прозрачно-медовым, без единого чужеродного вкрапления. Пахли свечи натуральным воском с отдаленным запахом каких-то трав и меда. Леонид гордо произнес:

- У меня почти все свечи натуральные, воск тягучий, монолитный, обтекаемый, свечи получаются цельные и не откалываются, как парафиновые. Чтобы привить любовь к свечам как можно большему количеству народа, я продаю эти чудные качественные свечи за копейки, хотя вкладываю в несколько раз больше. Пойдем, Яна, я покажу тебе цеха!

Яна с удовольствием пошла за ним, зараженная его страстью к свечам. Цеха оказались небольшими и полутемными, так как света сквозь маленькие окошки проникало немного, но зато везде была идеальная чистота и порядок. В одном цехе было очень жарко от работающей доменной печи. В металлических корытах мерцал в отблесках рассеянного света разлитый жидкий воск.

Какой-то человек в фартуке на голый торс стоял у печи.

- У меня гости, - между тем проговорил Леонид, - знакомьтесь, Яна.

Яна замерла: в мужчине, который плавил воск, она узнала того типа, который душил ее на катере. В это же время Яна увидела, как в плавильный цех входит Ричард в светлом льняном костюме и одновременно работник у печи поворачивает свое лицо к вошедшим людям. Она чуть не закричала, оцепенела на сотую долю секунды и сделала то, что сделала. Она резко нагнулась и окунула лицо в жидкий воск. Почти сразу лишившись чувств от сильной боли, Яна упала на пол. Причем термическое воздействие продолжалось какое-то время, так как восковая маска сковала лицо Яны.

Как Ричард подхватил ее на руки, как суетились телохранители Леонида, этого Яна уже не видела. Не чувствовала она, как везли ее на машине назад в Янтарный. Очнулась Яна в номере Аси на кровати. Над ней склонился человек в белом халате и тревожно всматривался в ее лицо.

- Вы видите меня? - спросил медик.

Яна кивнула головой, он облегченно вздохнул.

- Значит, зрение не нарушилось, но личико вы себе испортили… Спрашивается, зачем вы окунули его в расплавленный воск? Это же хуже, чем горячая вода!

Яна потрогала свое лицо, которое все было покрыто бинтами, оставляя лишь четыре дырки для глаз, носа и рта.

- У вас ожог второй степени кожи лица, что составляет восемь процентов от всей поверхности тела. Придется вам неделю провести в бинтах, и каждый день нужно накладывать толстым слоем мазь, которую я вам оставлю. Еще я вам рекомендую пить побольше жидкости и употреблять обезболивающие таблетки три-четыре раза в день. После того как снимете бинты, походите в салон красоты на увлажняющие и заживляющие маски.

Когда доктор ушел, к Яне вошли Ася с Леонидом, вид у обоих выражал крайнюю степень сочувствия и обеспокоенности.

- Что на тебя нашло? - спросил Леонид. - Я и глазом моргнуть не успел, как ты уже корчилась на полу с этой дымящейся, обезображивающей маской на лице… Я не успел даже представить тебя моим гостям…

- Я где-то слышала, что если окунуть лицо в горячий воск, то морщины разгладятся, - соврала Яна, - я просто хотела омолодиться…

- Да уж… - протянул Леонид, - вроде в Москве живете…

После того как «папа» ушел, Яна поведала подруге о причине своего поступка. Ася ахнула.