Дело о молчаливом партнере - Эрл Стенли Гарднер

– Он определяет, не пользовался ли человек недавноогнестрельным оружием.

– А при чем тут парафин?

– В момент выстрела из пистолета вылетают невидимые частичкипороха и въедаются в кожу на руке. Это микроскопические частицы, их не видноневооруженным глазом, но они всегда остаются после выстрела и оказываются наруке. Научная лаборатория криминалистики разработала новый метод, позволяющийвыявить человека, который стрелял из пистолета. На поверхность рукиподозреваемого наносят расплавленный парафин, уплотняют его тонким слоем хлопкаи сверху покрывают воском. Как только парафин начинает застывать, все этоснимают. Маленькие частицы пороха прилипают к парафину и вместе с ним удаляютсяс кожи. Потом на парафин накладывают химический реагент. Он реагирует снитратами, содержащимися в порохе, и в результате химической реакции частицыстановятся видимыми невооруженным глазом.

– Понятно, – произнесла она слегка дрогнувшим голосом.

Мейсон продолжил:

– Если Карлотта не стреляла из этого револьвера, то для неебудет гораздо лучше немедленно отправиться в полицию и рассказать им, что случилось.Полиция подвергнет ее парафиновому тесту, пока это еще возможно, и установит,что она не пользовалась оружием. Это снимет с нее все подозрения.

– Но… но… если она стреляла?

– В этом случае, – ответил Мейсон, – учитывая отсутствие вбарабане одного патрона… если полиция докажет, что револьвер был у нее, апарафиновый тест установит, что она недавно из него стреляла, и еслиспециалисты по баллистике выяснят, что пуля, убившая Харви Линка, была выпущенаиз этого оружия, тогда вашу сестру, по всей вероятности, ждет газовая камера втюрьме Сан-Квентин. Кроме того, – сухо заключил Мейсон, – тот факт, что ХарвиДжей Линк был застрелен в спину, делает маловероятной версию о самообороне.

Милдред Фолкнер медленно подошла к револьверу, лежавшему настолике рядом с креслом Мейсона.

– Наверное, мне не следовало оставлять на нем своиотпечатки.

– Согласен, – сказал Мейсон.

– А мы не можем их стереть?

– Я – нет.

Она схватила револьвер, прижала его к себе и, вытащивносовой платок, стала изо всей силы тереть металл.

Мейсон спокойно сидел на месте, потягивая виски с содовой, инаблюдал за ее яростными движениями.

– Поосторожней с оружием, – предупредил он. – Вы едва незадели спусковой крючок.

На улице послышался вой сирены, который становился всегромче, а потом начал стихать и превратился в слабое урчание, когда машинаостановилась у тротуара.

Мейсон сказал:

– Или я очень ошибаюсь, или это лейтенант Артур Трэгг изотдела по расследованию убийств, и когда он обнаружит, что на револьвере нет ниодного отпечатка пальцев, то… Осторожней!

Мейсон вскочил с кресла, бросился вперед и схватил ее заруку, но было уже поздно.

Прогремел выстрел. Пуля пробила зеркальное окно, и на пол созвоном посыпались куски стекла.

На мгновение наступила тишина, а потом на крыльце состервенением зазвонил колокольчик. В дверь стучали кулаками. Лейтенант Трэггкрикнул:

– Это полиция! Открывайте, или я выломаю дверь!

– Вот и расплата, – спокойно заметил Мейсон.

Он вернулся в кресло, поудобнее устроился на подушках, взялсвой бокал и закурил новую сигарету.

– Теперь ваш ход.

Милдред Фолкнер стояла, уставившись на револьвер.

– Господи помилуй! Я никак не ожидала, что он выстрелит. Платокзацепился за курок и отвел его назад. Мой палец как раз был на спусковом крючкеи…

– Лучше впустите лейтенанта Трэгга, – перебил ее Мейсон. –Думаю, в эту минуту он собирается высадить вам окно.

Она нагнулась, положила револьвер на пол и затолкала его подкушетку, стоящую в углу комнаты. Мейсон укоризненно покачал головой:

– Плохо, очень плохо! Лейтенанту Трэггу это не понравится.

Она быстро вышла из комнаты в прихожую, сбежала поступенькам и открыла входную дверь.

– В чем дело? – спросила она.

– Кто здесь только что стрелял? – спросил лейтенант Трэгг,врываясь в дом. – И чья это машина – Перри Мейсона? Он здесь?

– Да, здесь.

– Я спрашиваю, кто стрелял?

– А… но… разве кто-нибудь стрелял?

– Вы не слышали выстрела?

– Нет. Кажется, не слышала. Мне показалось, что раздалсявыхлоп машины.

Лейтенант Трэгг издал звук, представлявший собой нечтосреднее между рычанием и фырканьем, и вошел в гостиную.

– А, Мейсон, – выдавил он. – Вы уже здесь.

– Продолжаю путешествовать, – промолвил Мейсон. – Как вы,несомненно, уже знаете, это мисс Фолкнер. Мисс Фолкнер, это лейтенант Трэгг.Знаете ли, мисс Фолкнер прекрасно разбирается в шотландском виски, и если этовас интересует, то я не представляю ее интересов в суде.

Трэгг уставился на Мейсона:

– Вы не представляете ее интересы?

– Нет.

– Тогда какого черта вы здесь делаете?

Мейсон ответил:

– Просто решил заехать и выпить бокал прекрасного виски ссодовой.

– Это вы стреляли?

– Нет.

Глаза лейтенанта быстро обежали комнату. Он увидел отверстиев зеркальном окне и подошел рассмотреть его поближе.

– Господи! – воскликнула Милдред. – В окне дырка! Значит,это действительно был выстрел. Похоже, кто-то в меня стрелял, мистер Мейсон.

– Через окно? – спросил Трэгг.

– Да.

– И вы не слышали выстрела?

– Нет. Я слышала, как подъехала ваша машина. Потом раздалсягромкий звук, и я подумала, что это выхлопная труба. Мне и в голову не пришло,что кто-то стрелял.

– Понятно, – спокойно сказал Трэгг. – Значит, в васвыстрелили снаружи.

– Да.

– Что ж, давайте посмотрим. Вот отверстие в занавеске, а вотдырка в стекле. По ним можно проследить линию полета пули. Если за нейпроследить, она приведет нас… так, вот сюда. Отодвиньте эту штору. Как видите,на улице стоит моя машина. Траектория выстрела проходит как раз перед ней.

– Да, так оно и есть.

– Стало быть, кто-то должен был стоять прямо перед моеймашиной и стрелять в окно. Точнее говоря, он стоял на ходулях на высотепятнадцати футов от земли.