Петля Афродиты - Лариса Соболева

Богдан обвел рукой комнату и прискорбно вздохнул, тем самым пророча другу большие проблемы. И от его слов, и от жеста, и от безнадежного вздоха, словно участь Болотова – котомка и тюрьма, Валерий Витальевич вскочил, вскипев от такой несправедливости. И прокричал, словно проштрафился не он:

– Нюша! Нюша! Достал ты меня со своей Нюшей…

– К сожалению, она твоя, а не моя, – поправил Богдаша. – Вспоминай, черт возьми, все про твою Инну, ругаться потом будем. Что ты о ней знаешь?

Валерий Витальевич сдулся наподобие резинового шарика, опустил голову, глядя под ноги, на паркете он видел хорошенькую Инночку, словно на мониторе. Что он о ней знает? Приехала из районного центра, поступила в университет на бюджет, что само по себе заслуживает восхищения, красный диплом получила. Не работала ни одного дня. Так сейчас никто никому не нужен – ни с дипломом, ни без. Богдаша паузу понял по-своему:

– Ты ничего не знаешь о женщине, с которой спал четыре года? Охренеть.

– Я же с ней не жил постоянно…

– А она жаловалась, мол, проблемы есть, враги объявились или завистники? Может, к ней приставали… Валера, убита молодая женщина в своей квартире. Это не случайность. А у всякой неслучайности есть подготовительный этап – угрозы, знаки, причины. Инна должна была поделиться с тобой. Ну? Вспоминай.

– Да! – вскинулся Валерий Витальевич, достал мобильный телефон, быстро нажал пальцем несколько раз на дисплей и протянул другу. – Вот, смотри.

– «Прошу тебя, возьми трубку, это очень важно. Меня пытались убить», – прочел Богдан Петрович. – Интересно. И что?

– М… я… – замялся Болотов. – Я воспринял это как примитивный ход, чтобы вынудить меня приехать… Каюсь, но я действительно не мог…

– Валера, конкретней. Я хочу знать, что с ней приключилось.

– Примерно неделю назад или больше… за ней гнался какой-то псих… Инна убежала. А в четверг… Да, это было в прошлый четверг ночью… значит, одиннадцатого сентября… А в пятницу она звонила, я не отвечал, вечером прислала эту эсэмэску…

Болотов коротко рассказал со слов Инны, как это было, вызвав бурю негодования у Богдаши:

– И ты не поехал к ней?! Не захотел узнать подробности?

– Нет! Я перевозил тещу на дачу!

– Теща могла подождать, ей все равно… Ты же в ответе за девчонку, которую засадил в трехкомнатный люкс, обязан был… Подожди, ты сказал, тот человек ждал Инну во дворе? Ждал?

– Она так говорила. А что тебя…

Болотов не успел договорить – раздался звонок в дверь. Несколько человек в форме и в штатской одежде начали рутинную работу, что было видно по их равнодушному отношению к лежащей на полу Инне.

* * *

Константин остановил машину у особняка Сати, но, прежде чем она вышла, удержал ее за руку и вдруг спросил:

– А ты не хочешь меня пригласить… на чашку чая?

Удивить ее невозможно, или она знает наперед, что будет через час, день, месяц. Сати как будто ждала чего-то подобного (а по сути, это же предложение переспать) и не смутилась, нет.

– Не приглашу. Элла не спит, я не хочу показывать пример отношений, она же подражает мне во всем. И, бывает, в своих подражательных приемах становится неуправляемой.

– Тогда поедем в гостиницу? Там выпьем чаю.

Сати посидела с полминуты, глядя пред собой, потом открыла дверцу и попрощалась:

– До свидания, Костя.

И ушла в свой чертог, оставив Константина с носом. Он ничего не понимал! Ехал домой и высказывался вслух:

– Какого черта ей надо? Месяц достаточный срок, чтобы… сблизиться. Нет, чем я ее не устраиваю? Мы даже не целовались, она всякий раз уходит от этого. Кому рассказать – не поверят. Я что – кривой, косой, горбатый? Это у нее возраст, когда харчами уже не перебирают, а кидаются на первого встречного. Цену себе набивает, что ли?

За дорогу Костя принял решение немного потерпеть, мужчина обязан быть выдержанным, а потом… потом видно будет.