Полцарства и теща на сдачу - Наталья Александрова

– Вениамин! – воскликнула она с порога. Ты почти добился своего! Я была на один шаг от смерти!

– В чем дело, Софья Сигизмундовна? – поинтересовался Веня, поднимаясь из-за стола.

– Пока ты здесь распиваешь чаи в обществе этой сомнительной особы, я едва не умерла! Конечно, ты был бы только рад!

– Софья Сигизмундовна, как вы можете такое говорить? Да объясните же наконец, что произошло?

– Я прилегла отдохнуть, – сообщила теща трагическим голосом. – Буквально на одну ми-нуту, как вдруг… оно зашевелилось и запищало!

– Оно? – переспросил Веня. – Кто – оно?

– Мое одеяло! – ответила Софья Сигизмундовна. – И нечего смотреть на меня такими глазами! Я еще не сошла с ума!

– Но Софья Сигизмундовна, – взмолился Веня. – Сами посудите, как одеяло может шевелиться и пищать?

– Ты мне не веришь? Вот до чего я дожила! Еще немного – и меня отправят в сумасшедший дом! Пойдем со мной, и ты сам убедишься, что я еще не выжила из ума! И пусть эта особа, – Софья Сигизмундовна покосилась на Лолу, – пусть она тоже пойдет с нами! Как свидетель!

– Ну пожалуйста, – Веня пожал плечами и переглянулся с Лолой, – пойдемте, если вы так хотите! Но только уверяю вас…

Теща его не дослушала и, круто развернувшись, направилась в свою комнату. Веня нехотя пошел за ней, Лола двинулась следом, виновато размышляя, не послужило ли причиной тещиных галлюцинаций собачье и кошачье снотворное, которым ее поили второй день.

Софья Сигизмундовна распахнула дверь в свою комнату и ткнула пальцем в сторону необъятной кровати, заваленной сбившимися перинами:

– Вот! Вы мне не верили!

Одеяло, которым была прикрыта тещина постель, действительно шевельнулось. Лола ойкнула и попятилась.

– Там… там кажется крыса… – проговорила она, холодея от ужаса.

Действительно, из-под края одеяла показался остренький носик и живой заинтересованный глаз.

– Вот как мы живем! – воскликнула Софья Сигизмундовна. – Вот, Вениамин, до чего ты довел квартиру! У нас уже крысы бегают среди белого дня!

Одеяло еще немного приподнялось, и на свободную часть кровати выбрался небольшой белоснежный зверек.

– Никакая это не крыса, – заметил Веня, направляясь к постели, – а вполне симпатичная белая мышь…

– Мышь или крыса – не имеет значения! – продолжала бушевать Софья Сигизмундовна. – Я не могу жить в одном доме с грызунами! Сделай что хочешь, но чтобы этой гадости здесь больше не было!

– Интересно, откуда она здесь взялась, – проговорил Веня, пытаясь ухватить грызуна.

Мышка не слишком его испугалась, однако снова юркнула под одеяло – видимо, решила, что с ней играют.

В это время в квартиру позвонили.

Лола направилась к двери – она решила, что Леня уже управился с делами и вернулся.

Но это был не он.

На пороге стояла симпатичная девчушка лет десяти, с двумя светлыми хвостиками, жизнерадостно торчащими в разные стороны. Однако жизнерадостными были только хвостики, сама девчушка громко всхлипывала и размазывала слезы кулаком по лицу.

– Простите, – проговорила она дрожащим голосом. – К вам случайно Джульетта не забежала?

– Кто? – удивилась Лола.

– Джульетта! – повторила девочка. – Она такая красивая, такая беленькая, такая послушная! А в доме так много кошек и собак… – И девочка явно приготовилась всерьез зарыдать.

– Постой, – остановила ее Лола. – Ты про мышку, что ли?

– Ну да… Джульетта… такая беленькая.

– Не плачь, тут она! – и Лола повела девочку на выручку Джульетте, которая в полном восторге играла с Веней в кошки-мышки.

Вполне понятно, что за этими хлопотами и волнениями Лола пропустила возвращение Каретникова и не успела подать Маркизу сигнал тревоги.

Услышав звук открывающейся двери, Леня соскользнул со стула и заметался по комнате.

Единственным местом, куда можно было спрятаться, оказался встроенный шкаф с раздвижными дверцами из матового стекла. Конечно, это было очень ненадежное убежище, но выбирать не приходилось, и Леня юркнул туда, сердито бормоча про себя:

– Лолка, растяпа! Ничего ей нельзя поручить!

Только он успел задвинуть дверцу шкафа, как в коридоре послышались шаги и негромкие голоса. Каретников явно пришел домой не один.

Леня немного пошевелился, удобнее устраиваясь среди пиджаков и костюмов, и заметил щелочку, через которую можно было выглянуть наружу. Правда, для этого пришлось опуститься на корточки.

Отсюда было видно только паркет и ножки стола. Дверь гостиной открылась, и вошли два человека – один в темно-серых брюках и черных ботинках, другой – в синих джинсах и коричневых сапожках вроде ковбойских.

В шкафу было пыльно, и у Лени зачесалось в носу. Чтобы не чихнуть и не выдать тем самым своего присутствия, он сильно потер переносицу.

– Все идет по нашему плану, – оживленно говорил обладатель черных ботинок. – Еще немного, и можно будет поставить точку…

– У тебя это здесь? – поинтересовался «ковбой».

– Да, я же тебе говорил…

– А это достаточно надежно? – в голосе «ковбоя» прозвучала неуверенность.

– Надежнее некуда! Самое главное, что об этом месте никто никогда не догадается! Один умелец уже побывал в этой квартире и попался на фальшивый тайник, а настоящее место ему даже не пришло в голову проверить!

– И где же оно? – «ковбой» спросил как бы между прочим, но Леня расслышал в его голосе жгучий интерес. Собеседник что-то ответил ему вполголоса и тихонько рассмеялся.

Оба собеседника снова вышли в коридор, и голоса стали еще тише. Леня прислушивался, но не мог разобрать, о чем они говорят, ясно было только, что голоса звучат вполне миролюбиво.

– А если так… – начал голос человека в черных ботинках. – Тогда…

И вдруг из-за двери донесся негромкий, но полный боли крик и звук падающего тела. Через несколько секунд в комнату снова вбежал человек в ковбойских сапожках. Он выбежал на середину гостиной, придвинул стул и вскарабкался на него. При этом он исчез из Лёниного поля зрения. Но Маркиз и так понимал, чем занимается этот человек: тем самым, чем сам Леня занимался несколько минут назад.

Отвинчивает плафон с тайником. Прошло меньше минуты, и незнакомец, громко выругавшись, бросил плафон на пол. Стеклянная виноградина разлетелась вдребезги. Следом за ней полетели на пол и остальные пять плафонов.

Убедившись, что ни в одном из них нет пакета, «ковбой» соскочил со стула и стремглав вылетел из комнаты. В следующую секунду громко хлопнула входная дверь квартиры.

И тут Леня сделал то, что ему мучительно хотелось сделать все это время: он оглушительно чихнул.