Как крошится печенье - Джеймс Хедли Чейз

На следующее утро, в 9.15, Мел уже был в своем кабинете и разбирал почту, грудой лежавшую на столе.

Вдруг в дверь, ведущую в его личный лифт, которым он очень редко пользовался, постучали.

Мел поморщился, но направился к двери.

За ней была Ира. Ее голубые глаза сияли, улыбка была обворожительной. Распущенные волосы золотом горели на солнце.

– Знаю, знаю, – улыбнулась она, понижая голос, – не надо мне повторять, папочка. Я знаю, что мне не нужно бывать здесь, а не то мисс Ашли лопнет от злости. Но я не могла иначе.

– Я полагаю ты понимаешь, что нарушила один из неписаных законов банка, вторгшись ко мне в столь неурочное время, да еще через мой личный лифт? – ворчал Мел, но не сердился.

Он возвратился к своему столу. Ира отодвинула мешавшие ей бумаги и уселась на край стола, приподняв юбку. Девушка была чертовски хороша, и Мел не мог не улыбнуться, сознавая, как глубоко она вошла в его душу.

– Я никогда не буду так делать. Но сейчас мне очень нужно было зайти к тебе. С Дорис Кирби произошел несчастный случай, и я хочу занять ее место в бункере.

– А как ты узнала о случившемся с ней?

– Все только и говорят об этом. Она очень сильно ушиблась: сломана рука и три ребра. Очень глупо, но она упала на лестнице, поднимаясь к себе в квартиру. Теперь послушай меня, папа. Я хочу занять ее место, иначе, зачем я в банке? Скажи старику Краузеру, что я заменю Дорис, пока она не поправится. Я хочу, чтобы ты сделал это сейчас же, пока кто-нибудь не занял место.

– Я этого не сделаю, – начал Мел твердым голосом, но Ира закрыла ему рот своей нежной ручкой.

– Не говори ничего такого, о чем ты можешь пожалеть позже, дорогой папочка. Послушай меня. Я действительно хочу хоть как-то ощущать собственную значимость, работая в банке. Я хочу знать всех твоих важных клиентов. В конце концов, я твоя дочь. Им тоже будет интересно познакомиться со мной, как и мне с ними, уверяю тебя. А у Краузера возникли трудности: ему нужно найти надежную замену Дорис. Свободных людей нет. Так что моя кандидатура весьма кстати. Это безопаснее, чем брать человека с улицы.

Мел взглянул на девочку. Как она похожа на Мюриэль! Его сердце сжалось. Норена такая же: та же порывистость, то же упрямство, как и у Мюриэль, которая всегда все делала по-своему.

– Это не игрушка, Норена, а тяжелая и ответственная работа. Весь день с утра до вечера тебе придется сидеть в бункере. Тебе это быстро надоест, уверяю.

– Позволь напомнить, что я пришла сюда не для игры в куклы, – Ира нахмурилась. – Я не считаю эту работу забавой, я здесь для того, чтобы изучить все тонкости банковского дела.

– Ну, не сердись! – Мел рассмеялся. – Неужели ты думаешь, что это можно просто сделать. Но все же, почему ты хочешь работать именно в бункере, Норена?

Она встретила его взгляд твердо, так как была уверена, что всегда сможет обвести вокруг пальца этого большого ребенка.

– Я хочу познакомиться с самыми богатыми людьми в мире... не больше и не меньше. Хочу изучить их и поучиться у них.

Мел некоторое время пребывал в нерешительности, затем пожал плечами. Может быть, это на самом деле неплохая мысль. Пусть девочка узнает все о банке. Вдруг это ей пригодится в будущем.

– Я еще не знаю, что скажет по этому поводу Краузер, – с сомнением сказал он.

– Ты не спрашивай его, папочка, а просто скажи ему. Ты же важный человек здесь. Ты не должен спрашивать... должен приказывать, – и, подняв телефонную трубку, она сказала дежурной телефонистке: – Пожалуйста, соедините мистера Девона с мистером Краузером.

Ласково улыбнувшись, она протянула трубку Мелу.

Во время ленча Ира покинула банк и на большой скорости помчалась в своем двухместном автомобиле по бульвару, совершенно игнорируя правила движения. В конце бульвара она свернула на узкую улочку и остановилась возле итальянского ресторанчика. Выйдя из машины, вошла в заполненный сигаретным дымом зал, направилась к бару.

У дальнего конца стойки сидел Алджир. Перед ним стоял бокал с мартини, в зубах дымилась сигарета. Ира уселась рядом с ним и заказала кока-колу, которую, с недовольной миной, оплатил Алджир. Когда бармен отошел, чтобы обслужить очередного клиента, Ира открыла сумочку и вытащила небольшую коробочку, которую быстро сунула в руку Алджира.

– Это оттиск одного из ключей, – прошептала она, не глядя на собеседника. – Скажи Тикки, что это было нетрудно. Когда я получу оттиски следующих ключей, то сразу передам их вам.

Алджир открыл коробочку и некоторое время изучал оттиск. Даже не профессионалу было ясно, что ключ достаточно простой.

Он кивнул.

– О'кей.

Ира допила кока-колу и соскользнула с табурета.

– Куда ты так спешишь? – Алджир плотоядно смотрел на ее изящную фигурку. – Я куплю тебе пиццу.

– Купи себе, я не нуждаюсь в этом, – она повернулась и быстрым шагом покинула ресторан, торопясь быстрее вернуться обратно.

Остановив машину возле закусочной, где обычно обедали служащие банка, она заказала курицу с ржаным хлебом. Пока она торопливо ела, мысли ее были заняты совершенно другими проблемами.

Прошел уже месяц с тех пор, как она покинула Нью-Йорк. Внезапное превращение бедной девочки в богатую наследницу совершенно изменило всю ее жизнь. Но вспоминая дни, проведенные в Парадиз-Сити, она почему-то не могла припомнить ни единого момента, когда была бы счастлива. И Ира знала, почему это так. Ей не нужна была обеспеченная жизнь, автомобиль и прочее, что дают деньги. Без Джесса Фарра все это не доставляло ей удовольствия. Без него жизнь была пуста и монотонна: как фотография, лишенная резкости. Ей физически не хватало его. Четыре раза в неделю, после рискованных уличных приключений, он приглашал ее в свою маленькую захламленную квартирку, где они предавались необузданной животной любви. Пережевывая сандвич и вспоминая те дни, она вдруг почувствовала, что неистово хочет вновь оказаться в объятиях Фарра.