Умри, если любишь - Пол Пилкингтон

– Господи, – Лиззи поморщилась. – Он же чокнутый!

– Он увлекался фотографией, всегда носил с собой фотоаппарат. Даже когда я пыталась проскочить мимо, фотографировал меня. Актеры-мужчины начали сопровождать меня, как телохранители, но его это не останавливало. Иногда он отсылал фотографии моему агенту, но бо́льшую часть я, конечно, не видела.

– Он собирал их в собственную коллекцию…

– Полагаю, что да. Во всяком случае, ни в газетах, ни в журналах их не публиковали.

– Урод, – прокомментировала Лиззи. – И как долго это продолжалось?

– Больше года.

– Черт-те что! Ты жила, как в кошмаре…

– Точно. И становилось только хуже… Каким-то образом он выяснил, где я живу. Точно не знаю, но, наверное, как-то вечером шел за мной до самого дома. Поначалу посылал письма – любовные, как я понимаю. Писал, как сильно он меня любит и как ценит нашу дружбу. Начал молить бросить Стюарта и уйти к нему. Потом принялся крутиться около дома, фотографировал меня, когда я приходила или уходила. Иногда торчал у дома и глубокой ночью… Как-то я встала в туалет, выглянула из окна и увидела его. В три часа утра.

– Как ты с этим справлялась? – сочувственно спросила подругу Лиззи.

– Поначалу мне это не мешало, – ответила Эмма, – но потом я впала в депрессию. Какое-то время принимала антидепрессанты, и нам со Стюартом дали несколько недель отдыха, чтобы мы смогли уехать в отпуск. Если бы не поддержка Стюарта и Уилла, не знаю, чем бы для меня все закончилось. Уилл частенько приезжал из Лондона, чтобы проведать меня.

– А полиция? Как я понимаю, ты к ним обратилась?

– Практически сразу… во всяком случае, как только он появился у моего дома. Поскольку в том же самом его уличали и раньше, я думала, они сразу воспримут это серьезно. Но поначалу они спустили все на тормозах. Поговорили со Стивеном, но в неформальной обстановке, как бы пожурили. И посоветовали мне, как вести себя, что делать, но с таким видом, будто во всем виновата только я. Я почувствовала, что они меня подвели. С тех пор я полиции, к сожалению, не доверяю.

– А что потом?

– Мы получили решение суда, запрещающее ему подходить ко мне и разговаривать со мной. Ему также запретили слоняться у студии или около моего дома.

– И это дало результат?

– Слава богу, да. После этого я ни разу его не видела и не получила ни одного письма. Но к тому времени мы со Стюартом решили, что нам пора сменить обстановку, подвести черту и оставить все позади. Вся эта история тяжелым грузом давила на наши отношения, и я знала, что и дальше оставаться в Манчестере выше моих сил. Даже серьезно задумалась над тем, чтобы завязать с актерством, потому что ничего бы этого не случилось, если бы я не снималась в телесериале. – Эмма замолчала, отпила джина с тоником. – Но Стюарт убедил меня, что тем самым я позволю ему одержать победу, поэтому я решила попробовать свои силы в театре, где могла рассчитывать на большую анонимность.

– Поэтому вы приехали в Лондон?

– Да. Нам требовалось начать все с чистого листа. И, разумеется, если бы мы не уехали, всегда оставался шанс столкнуться со Стивеном на улице. Мне хотелось жить там, где я встретить его никак не могла. И с тех пор я его ни разу не видела… больше четырех лет.

– А с чего ты взяла, что именно он напал на Ричарда? – спросила Лиззи. – Времени прошло много.

– Из-за слов миссис Хендерсон. Человек, которого она видела, сказал, что он – мой «поклонник номер один». Именно так и называл себя Стивен Майерс. Я думаю, она говорила именно с тем, кто напал на Ричарда. И я уверена, что этим человеком был Майерс… Или ты думаешь, что я спешу с выводами?

– Нет, не думаю… – Подруга откинулась на спинку стула. – Похоже, что именно он. И, по-твоему, он способен на такое? Раньше проявлял насилие?

– Нет, – признала Эмма. – Ничего такого он себе не позволял… но я всегда чувствовала, что он на это способен. В письмах он точно мне угрожал. А кто знает, как он мог измениться за это время и что у него теперь с головой?

– Это правда… Но почему он внезапно появился именно сейчас, через четыре года?

– Свадьба… может, он узнал и захотел все изгадить.

– Возможно. Но как он выяснил?

– Кто знает? Может, он и не прекращал следить за мной. – По телу Эммы пробежала дрожь. – Вдруг он все эти годы не упускал меня из виду, Лиззи?

– Ты действительно так думаешь? Неужели ты ничего не замечала?

– Не знаю… Однажды мне показалось, что я видела его рядом с моим домом.

– Правда? – На лице подруги отразился испуг.

– Оказалось, это не он, – успокоила ее Эмма. – Мне просто привиделось. Но оглянись вокруг. – Она обвела рукой зал. – И выгляни на улицу. Все эти люди… В Лондоне легко раствориться, спрятаться, наблюдать исподтишка. Он мог следить за мной, а я бы его и не приметила.

– От этого мурашки бегут по коже… – Лиззи поежилась. – А что ты о нем знаешь?

– Ты про особенности характера, возраст и все такое?

Лиззи кивнула.

– Немало. Главным образом из его писем. Я знаю, что он на четыре года младше меня, все еще живет с родителями в Олдэме, это к востоку от Манчестера. Даже знаю адрес, потому он всегда писал его на конвертах – возможно, в надежде, что я отвечу. Но, разумеется, я ни разу ему не написала.

– А психическое заболевание?

– По словам полиции, он принимал лекарства от какого-то психического расстройства. Да и по разговору с ним не составляло труда понять, что с головой у него не в порядке.

– Так ты собираешься обратиться в полицию?

– Уже обратилась. Позвонила инспектору Гаснеру, как только переговорила с миссис Хендерсон.

– Они собираются его проверить?

– Они сказали, что «разберутся».

– Так это хорошо! Полагаю, мы можем подождать, пока они переговорят со Стивеном.

Эмма вздохнула.

– Я не уверена, что они переговорят. Судя по тону инспектора Гаснера, он воспринимал мои слова как шутку. Они уверены, что это сделал Дэн, Лиззи, и они видят во мне заблуждающуюся невесту, которая хочет обелить имя своего жениха.

– О тебе можно много чего сказать, но в заблуждающиеся я бы тебя записывать не стала.

– Спасибо. – Эмма смотрела на опустевший стакан.

– Что еще? – спросила Лиззи. – О чем ты задумалась?

Эмма подняла голову.

– Что ты делаешь завтра?

– А что? – подозрительно спросила подруга. – Эмма Холден, мне знаком этот взгляд! Что ты задумала?

– Я хочу, чтобы ты пошла со мной на встречу со Стивеном Майерсом, – ответила Эмма.

– Ты серьезно?

– Абсолютно. И если я права, от этого зависит жизнь Дэна.