Дело влюбленной тетушки - Эрл Стенли Гарднер

– Я посмотрю ее, – сказал Кеттл. – Но, основываясь на вашемописании симптомов, у нее состояние острой истерии, поэтому ей необходим полныйпокой. Я намерен дать ей сильное наркотическое средство, перевезти в больницу,поместить в отдельную палату и в течение суток не допускать к ней ни единогопосетителя. Но по истечении этого срока, когда полностью прекратится действиеснотворного, я посмотрю, допустимо ли ей будет подвергаться нервному иэмоциональному напряжению.

– Кажется, доктор, вам пора посмотреть пациентку, –улыбнулся Мейсон.

– Я тоже так считаю.

– Вы перевезете ее на санитарной машине?

Доктор Кеттл покачал головой:

– Санитарная машина привлекает внимание. Нет, я отвезу ее вбольницу на своей машине, если она может ходить, конечно.

– Полагаю, что может, – сказал Мейсон, – хотя это будет длянее трудно и больно.

– Почему?

– Она долго шла по песку без дороги.

– Ясно.

Мейсон открыл дверь, доктор Кеттл вышел, посмотрел в обестороны, потом прошел вслед за адвокатом в соседний номер.

– Это моя секретарша, Делла Стрит, – представил Мейсон. –Доктор Кеттл… Ну, миссис Элмор, я пригласил к вам доктора, который посмотрит,не сможет ли он вам помочь. Покажите ему свои ноги, мы не хотим, чтобы былахоть малейшая опасность инфекции. – Потом он обратился к Делле: – Я думаю,Делла, лучше оставить доктора наедине с пациенткой.

Доктор Кеттл, доставая из саквояжа шприц, спросил:

– Вы сильно нервничаете, миссис Элмор?

Лоррейн стянула прохладный компресс с пылающего лба ипопыталась сесть.

– Спокойнее, спокойнее, – остановил доктор. – Я понимаю, чтоу вас были страшные переживания.

Лоррейн Элмор кивнула, хотела что-то сказать, но толькоразрыдалась.

Доктор Кеттл достал пузырек и взболтал его. Запах спиртараспространился по комнате.

– Давайте-ка вашу левую руку, миссис Элмор.

– Последний вопрос, миссис Элмор, до того, как доктор Кеттлсделает вам успокоительный укол, – вмешался Мейсон. – У вас с собой былакрупная сумма денег?

Она вздрогнула.

– Господи, я же совсем забыла! У нас с Монти было многоденег наличными.

– Где же они?

– Мы… мы спрятали деньги под сиденье мягкого кресла в егономере. Решили, что разумнее оставить их там.

– Вы договорились об этом? – спросил Мейсон.

– Да, мы решили, что так будет благоразумнее. Мало ли что… ох!

– Вот и все, – сказал доктор Кеттл, извлекая иголку.

– Будьте добры, позаботьтесь о деньгах, – обратилась миссисЭлмор к Мейсону.

– Не беспокойтесь, мы все сделаем.

Доктор Кеттл показал взглядом на дверь.

– Очень сожалею, – обратился Дункан к Делле Стрит, когда онивышли из номера, – что вы мне не дали возможности объяснить по телефону, чтомой отец находится в больнице и что делами пока занимаюсь я.

– Это моя вина, – призналась Делла, – но вы же понимаете –мы спешили, и я просто не имела времени на объяснения. Мистер Мейсонраспорядился разыскать Дункана Краудера, вы сказали, что вы и есть ДунканКраудер. Мне только это и было нужно. Я слышала ваше «но»… однако мне былосовсем не до него.

– Я сожалею, – повторил Дункан, улыбнувшись.

– Краудер, – позвал Мейсон, – нам с вами сейчас предстоитсолидная работа.

– Деньги? – спросил тот.

Мейсон кивнул.

Краудер посмотрел на толпу, окружившую коттедж, в которомостановились Девитт и миссис Элмор.

– Я бы вам предложил подождать здесь, – сказал он. – Вашифотографии часто появляются в газетах. Вас могут узнать, и тогда не избежатьразговоров… Давайте я проникну туда. Я хорошо знаком с такими номерами, да ишефа полиции знаю достаточно. Конечно, я могу только посмотреть, унести мнеоттуда ничего не удастся.

– Хорошо, – согласился адвокат.

Мейсон и Делла Стрит остановились в дверях номера, которыйзанимала Делла, и стали наблюдать за тем, как Дункан Краудер, поминутно скем-то здороваясь, пробирается к дверям номера четырнадцать через толпулюбопытных. Он переговорил с каким-то мужчиной, и его тут же пропустили внутрьоцепления.

Внутри он пробыл минут пять-шесть, затем вышел энергичнымшагом человека, занятого важными делами. На этот раз он больше не задерживалсядля разговоров, а прямиком направился к Мейсону и Делле Стрит.

– Нашли? – спросил его Мейсон.

– Там ничего нет, – ответил Краудер.

– А вы сумели посмотреть под подушками большого мягкогокресла?

Дункан кивнул.

– Есть ли признаки того, что подушки снимали?

Краудер покачал головой:

– Это невозможно определить. Можно же снять подушку с креслаи положить ее на то же место, ничего не нарушив. Однако один момент можетоказаться важным.

– Какой же?

– Небольшое количество мелочи завалилось между спинкойкресла и подушками, куда деньги могли упасть из бокового кармана брюк человека,сидевшего в кресле, закинув ногу на ногу. При такой позе мелочь легко моглавыскользнуть. Или же ее туда могли сунуть нарочно, чтобы дело выглядело такимобразом, что до подушек никто не дотрагивался… Я не пришел к определенномурешению.

– Краудер, – торопливо прервал его Мейсон, – быстро идитесюда! Видите человека в дурацкой шляпе с маленькими полями, больше похожей наяблочный пудинг, чем на головной убор?.. Это Холанд Брент из Бостона,управляющий делами миссис Элмор. Он, вероятно, занимал один из номеров.Узнайте, когда он сюда приехал и под каким именем зарегистрировался… Господи,неужели еще и он усложнит положение?

– Иду. Будьте добры, отойдите подальше, мистер Мейсон, ябоюсь, что вы привлечете к себе внимание.

Краудер зашагал к конторе мотеля. Там он пробыл недолго, новыяснил все, что требовалось. Вернувшись, сообщил:

– Имя правильное. Холанд Брент из Бостона, штат Массачусетс.Очевидно, прибыл на арендованной машине, потому что номер у негокалифорнийский. Зарегистрировался незадолго до вас, вчера ночью. У негоодиннадцатый номер, рядом с вашим.

Мейсон сосредоточился.

– Вы начинаете привлекать внимание, – предупредил Краудер. –Понимаете, вы чем-то выделяетесь из толпы, да и мисс Стрит – весьмапривлекательная женщина. Я заметил немало заинтересованных взглядов местныхценителей женской красоты.