Дело о счастливых ножках - Эрл Стенли Гарднер

– Что вы сделали? – спросила Делла, целиком поглощенная егорассказом.

– Мне пришлось сориентироваться: я должен был не попасть врасставленный рядом капкан… Я достал подходящий ключ из кармана и закрыл дверь– замок был легкий. Я притворился, будто никого не замечаю, и стал стучать вдверь. Полицейский наконец вышел из-за угла этого длинного, плохо освещенноготоннеля-коридора и увидел, что я кручусь у двери. Тогда я дважды нажал кнопкузвонка. Потом с недовольной физиономией повернулся, чтобы уйти, и тут якобыувидел подошедших.

– Здорово! – воскликнула девушка.

– Да, все это ничего, но потом я совершил самую роковуюошибку.

– Какую? – спросила она, уставившись на него широкораскрытыми глазами.

– Я недооценил, насколько умен Дж.Р. Брэдбери.

– О, – облегченно вздохнула она, а потом покрутила пальцем увиска. – У него…

– Да, ты права!

– Нет, вы знаете, шеф, он очень странный… У него такойблуждающий взгляд, и ведет себя как мальчишка. Он предлагал мне сигарету, когдавы вышли, помните?

– Да.

– Он наклонился, чтобы зажечь сигарету…

– И попытался поцеловать тебя? – ревниво спросил ПерриМейсон.

– Нет, – с тихой улыбкой ответила она. – Даже смешно, я таки решила, да и сейчас так считаю, но что-то заставило его передумать.

– Что же?

– Не знаю.

– Может, он подумал, что ты расскажешь мне?

– Да нет, не то…

– И что он сделал?

– Он так близко ко мне наклонился, поднес спичку к сигарете,потом резко выпрямился и отошел в другую сторону. Он стоял и меня изучал, какживописец – натурщицу, словно он представлял себе, как меня рисовать… Это былкакой-то особенный взгляд, впитывающий и вспоминающий. Он смотрел на меня ивроде не на меня…

– А потом? – спросил адвокат.

– Потом он вышел из этого состояния, рассмеялся и сказал,что лучше пойдет за газетами и портфелем…

– И ушел?

– Да.

– Кстати, куда он их дел?

– Оставил здесь.

– Он, уходя, сказал что-нибудь о портфеле?

– Нет, и не вспомнил…

– А куда ты дела его?

Она кивнула в сторону шкафа.

Перри Мейсон подошел к нему, открыл дверцу и досталдобротный кожаный портфель и газеты. В глаза бросился разухабистый шрифтназвания «Независимость Кловердаля» и почему-то дата выпуска газеты: два месяцаназад.

– А ключ от шкафа есть? – спросил Мейсон.

– Да, у меня.

– Давай запрем шкаф, пока весь этот материал здесь…

– Может, лучше в сейф?

– Не думаю, что это так уж важно, но все-таки пусть лежат взакрытом шкафу.

Делла Стрит подошла к шкафу и своим ключом закрыла дверцу.

– Вы не закончили мне рассказывать о Брэдбери, – напомнилаона адвокату.

– Ну, я увидел у здания ту девушку… Я почему-то решил, чтоона замешана в убийстве. Понял, что это Маджери Клун, и позвонил Брэдбери.

– Сказали, что Пэттон убит?

– Да, и расспросил его о Маджери Клун, ведь если это точноМаджери, мне предстояло действовать быстро, опережая полицию…

– Да, вам пришлось все выяснить у Брэдбери, а также что быон хотел.

– Конечно.

– Да, я многое поняла из его разговора с вами…

– Ты вообще умница…

– Меня очень настораживает, что здесь что-то не так. Когдавы с ним говорили по телефону, он был абсолютно вне себя, казалось, вот-вотшвырнет в стену аппарат… Он та-ак тяжело дышал, а глаза были такие огромные…

– Ну вот в принципе и вся моя история, – подытожил Мейсон.

– И как же теперь?

– Мне нельзя проговориться, что я был в комнате убитого.Если полицейские пронюхают, наверняка будут меня подозревать. Поэтому, дружок,моя история томится за закрытой дверью. Надолго ли?

– Разве не полиции предстоит распутать этот клубок?

– В этом я не уверен, но убежден в другом: Брэдбери будетопасным противником.

– Противником? Почему? Он же клиент. Почему он станетпротивником?

– В этом все и дело, – сказал Мейсон.

– Объясните!

– Девушка, выходившая из здания, была Маджери Клун. Онакаким-то образом причастна к этому. Брэдбери сходит по ней с ума, он по уши внее влюблен. И если она в этом замешана, его не волнует, кого принести вжертву. Он вытащит ее любой ценой.

Делла Стрит задумчиво прищурила глаза, потом вдруг опустилавзгляд в свой блокнот.

– Вы случайно не ожидали звонка от молодой женщины, онадолжна была оставить свой адрес?

– Да, – ответил Мейсон, – это Маджери Клун. У меня еще небыло возможности переговорить с ней о том, что случилось. Она была не одна.

– Как раз перед вашим приходом был звонок, и молодой женскийголос сказал: «Просто передайте мистеру Мейсону, что я нахожусь в„Бостуик-отеле“, комната 408. Пусть проверит то алиби»…

– Это все?

– Все.

– Какое алиби?

– Не знаю. Я думала, знаете вы.

– Только одно лицо имеет в этом деле алиби, – сказал он. – Ия уже проверял…

– Кто?

– Тэльма Бэлл. Она была со своим приятелем по имени Санборн,и я выяснил это мгновенно перед тем, как она с ним связалась, не дав им возможностисговориться…

– Может, это алиби она и имела в виду?

– Но я уже проверял его… – Мейсон, нахмурив брови, смотрелна Деллу, размышляя о чем-то, потом медленно покачал головой. – Это можетзначить только одно, – сказал он. – Я проверю все снова, лишь переговорю сПолом Дрейком. Он должен был видеть меня выходящим из отеля, где жил Пэттон,наверное, догадался, что произошло, и ушел в тень…

– Может, я вам еще понадоблюсь? – спросила Делла.

– Нет, иди домой.

Она надела шляпку и пальто, подошла к зеркалу тронутьпуховкой нос и нежно-розовой помадой подкрасить губы. А Перри Мейсон засунулбольшие пальцы в карманы жилета, расхаживая по приемной взад-вперед.

– Что такое, шеф? – спросила Делла, поворачивая от зеркаласвою красивую каштановую голову.