Наказание в награду - Элизабет Джордж

Линли услышал крики, доносившиеся со всех сторон. Те, кто следил за взлетом с парковки, бросились к останкам планера. Хейверс, с трудом поднявшись на ноги, тоже побежала к планеру, в то время как техник с лебедки выскочил из кабины с криком: «Она сама! Сама отцепилась!» Пилот из ожидавшего планера выбрался из кабины и теперь торопился к месту катастрофы, зажав рот рукой. Остальные, находившиеся поблизости, тоже мчались к месту крушения, а над всем этим звучал сигнал с дальней лебедки, как бы сообщая тем, кто еще был в здании, о произошедшей трагедии.

До планера Линли добрался одновременно с Хейверс. Первыми оказались те, кто бежал от парковки. То, что оставалось от колпака кабины, было убрано, и пилот полувисела на ремнях безопасности. Людей становилось все больше, и со всех сторон доносились голоса. «Кто проводил гребаный предполетный осмотр?» – вопрошал кто-то, а другой отвечал ему: «Я проверил каждый гребаный сантиметр. Не было ничего…»

– Она жива?

– Боже, Франклин, а ты сам как думаешь?

– Что-то случилось с замком троса.

– Я проверял. Проверял. Откуда ни возьмись, появилась эта женщина…

– Вытащите ее.

– Не трогайте! Может быть, она…

– Как ты прав Стив, твою мать.

– Какая женщина? Где она?

– Ты что, не понимаешь? Она сама отцепила канат. С замком было все…

– А почему тогда она отцепилась на такой высоте?

– Может быть, она не знала, чем это…

– Кто она?

– Это что, ее первый самосто…

– Он что, не остановил запуск? Я же сообщил ему по радио! Боже… Ему сказали, что полиция где-то здесь, неподалеку… А, вот они. Они хотели…

– Полиция?

Разговоры мгновенно прекратились, потому что все дружно пытались найти козлов отпущения, а полиция подходила на эту роль не хуже других.

– Она слишком рано отцепила канат, сэр, – сказала Хейверс. – Мне чертовски жаль. Я думала, что смогу ее остановить. Но когда она увидела меня…

– Она знала, что игра окончена, – заметил Линли. – И знала, что последует дальше, Барбара.

Айронбридж, Шропшир

Сначала Рабия подумала, что заедет и заберет Сати. Но, хорошенько все обдумав, решила, что поспешное возвращение маленькой девочки домой – как бы это ни подбодрило самого ребенка – могло помешать тому, что должно было произойти между Миссой и ее родителями. Поэтому она направилась прямо в дом Тимоти, объяснив Миссе, что Джастин привезет Сати из резиденции Гудейлов сразу же, как только она даст ему отмашку. Также она сказала Миссе: Джастин знает о том, что Рабия собирается привезти ее в Айронбридж. «Он хотел, чтобы Мисса знала, что он волнуется, – рассказала Рабия, – хотел, чтобы она знала, что он уже говорил с Ясминой. А еще Джастин хотел знать, что же все-таки произошло, потому что надо было что-то говорить Сати. А разве они не договаривались, что никогда не будут врать ни себе, ни друг другу, ни младшей сестре Миссы?»

Девушка выслушала все это – и ничего не сказала.

– Спасибо, Ба. Спасибо за то, что не сказала ему.

– А почему я должна была что-то ему говорить? – поинтересовалась Рабия. – Как вообще такая идея могла прийти тебе в голову?

– Но ведь если б он обо всем этом узнал… Я же вижу, ты понимаешь, что в этом случае он мог не захотеть жениться на мне.

– И ты полагаешь, что я так подумала? Абсурд.

– Не ты, так мама.

– Все равно абсурд. Мы можем ничего не знать об этой жизни вообще и о нашей семье в частности, но отлично знаем: Джастин тебе верен. Всегда таким был и всегда таким останется. И твоя мама думает так же, Мисса, несмотря на все, что ты могла бы подумать после того, как она поступила с тобой, с Джастином, с вашей свадьбой, с университетом и бог знает с чем еще. Никто никогда не сомневался в том, что он тебя любит. Может быть, ты сама – но только не мы.

Рабия видела, что эти слова Мисса обдумывала на всем протяжении пути из Ладлоу. Это всегда было одной из самых сильных черт ее характера и в то же время самой слабой чертой – она всегда думала о том, что подумают другие люди, даже в тех случаях, когда их мнение надо было послать куда подальше.

Хорошо зная свою невестку, Рабия ожидала, что Ясмина бросится из дома им навстречу, как только они приедут. Она думала, что невестка будет следить из окна, и ей действительно показалось, что она заметила ее профиль, когда парковалась перед домом. Но Ясмина не вышла, а когда Рабия позвонила в дверь, ее открыл Тимоти.

Он крепко обнял Миссу. На мгновение девушка окаменела, а потом обняла его в ответ. Придерживая ее за плечо, Тимоти повел дочь в дом.

– Спасибо, Ма, – поблагодарил он Рабию, которая вошла следом.

Ясмина была в гостиной, ближе к кухне, чем к входу. Она протянула руки навстречу Миссе, но быстро опустила их, будто не хотела произвести ложное впечатление.

Рабия слишком хорошо знала свою внучку, чтобы удивиться ее словам:

– Мне жаль, что я доставила вам столько хлопот.

Этого оказалось достаточно, чтобы Ясмина сделала шаг вперед, хотя было видно, что она все еще колеблется.

– Ты ни капельки не виновата в случившемся. Я хочу, чтобы ты это поняла.

На это Мисса промолчала; казалось, слова матери сбили ее с толку. Она посмотрела сначала на отца, потом на бабушку.

В комнате повисла тишина. В этот момент зазвонил мобильный Рабии. Увидев незнакомый номер, та нахмурилась.

– Слушаю вас, – негромко сказала она в трубку и услышала голос детектива из Скотланд-Ярда, который сообщил об аресте ПОПа из Ладлоу за нападение на Миссу и о смерти Кловер Фриман, которая была старшим офицером арестованного. И хотя у Рабии была масса вопросов, она не стала задавать их инспектору Линли.

– Спасибо, – только и смогла сказать миссис Ломакс. – Я привезла Миссу в Айронбридж. Она вам не нужна?

В ответ Рабия услышала, что пока нет и что полиция будет держать с ней связь.

Все не отрываясь смотрели на нее, пока она прятала телефон в сумку.

– Детективы из полиции Метрополии арестовали полицейского общественной поддержки Ладлоу, – сказала Рабия Миссе. – Это был он, милая.

Говоря это, она старалась не смотреть на Тимоти. С тем, что тот натворил накануне, им придется разбираться позже. Однако Тимоти убрал руку с плеча Миссы, подошел к дивану, сел и свесил руки между ног.

– В ту ночь, когда это все произошло… когда я напилась… – Мисса обращалась к бабушке. – Это он отвез нас домой. Но ведь он ушел, Ба. Мы подумали… то есть я подумала, что он пошел за Динь. Она его здорово разозлила. Не стала делать то, что он велел. Поэтому, когда она убежала, я подумала, что он пошел ее искать.

– Может быть; но, думаю, он ее не нашел. И в какой-то момент вернулся в дом.