Капли гадского короля - Татьяна Луганцева

– К тому же нам не надо, чтобы вы тратили свои деньги на лекарства. У нас все предусмотрено, – торопливо сказала Инна Владленовна и достала из своей сумки ампулы с лекарством.

– Помните, колоть по схеме, – строго посмотрела на Катю соучредитель «Ангелов с поднебесья».

– Я все помню, – обнадежила ее Катя.

– Ну а теперь мне пора, у меня очень много дел, – засобиралась Инна Владленовна и, покосившись в сторону Ивана Федоровича, сказала: – Екатерина Григорьевна, я могу с вами поговорить наедине? Выйдемте со мной за дверь, пожалуйста.

– Говорите здесь, я выйду! – перебил ее Иван Федорович и прохромал в комнату.

Катя вопросительно посмотрела на начальницу.

– Даже не знаю, Екатерина Григорьевна, как вам это и сказать. Стыдно, что вы сами этого не понимаете, – проговорила Инна Владленовна, смахивая широкой ладонью крошки с подола юбки.

– Говорите прямо, – сказала Катя, внутренне собравшись.

– Мы не приветствуем какие-либо личные контакты наших сотрудников со своими подопечными, – произнесла Инна Владленовна, буравя Катю колючими глазами.

– У нас с Иваном Федоровичем нет никаких личных контактов, – поправила Катя, уже понимая, что разговор будет неприятным.

– Дорогая моя, да ты живешь в его доме, разве этого мало? Куда уже дальше-то катиться? Разве же это дело? Разве это нормально? Екатерина Григорьевна, вы же доктор! Я не нанимала вас, чтобы вы поселились у старика в доме и пудрили ему мозги! Вы должны были только приходить как врач делать пациенту лечебные процедуры и все, – шипела Инна Владленовна с пеной у рта.

Катя почувствовала, как ее захлестывает волна негодования.

– Почему вы говорите со мной в таком тоне? Я не сделала ничего дурного. В чем вы пытаетесь меня уличить? В чем я виновата? Что сильно заболела и потеряла сознание в доме у своего пациента? Старому человеку одиноко, и я согласилась побыть у него несколько дней, что в этом плохого? Мы оба совершеннолетние и дееспособные.

– А вот это еще надобно проверить! Может, Иван Федорович выжил на старости лет из ума, раз пускает к себе разных аферисток. А вы, Екатерина Григорьевна, оказались прыткой особой, несмотря на свою хромоту, извините за каламбур. Хотя и понятно, такой шанс, удачу упускать никак нельзя. Одинокий старик в шикарной квартире в центре Москвы. Вы его еще не женили на себе? Старичок не подписал никаких бумаг за завтраком?

– Убирайтесь отсюда! – громко сказала Катя. – Я разрываю с вами контракт. Я больше не буду у вас работать при таком отношении.

– Я рада это слышать. У нашей фирмы очень хорошая репутация, и нам аферистки не нужны, – отчеканила Инна Владленовна и смерила Катю презрительным взглядом, – ишь, уже командует, а говорит, что не имеет видов на квартиру. Квартира уже нотариально оформлена на фирму «Ангелы с поднебесья», чтобы ты знала.

– Я-то знаю, и я не аферистка, а вот вас и надо проверить по всем показателям. Уж больно вы о своих пациентах печетесь, прямо-таки чересчур! – тоже распалилась Катя и тут услышала, как во входную дверь позвонили и Иван Федорович, шаркая своими ногами, пошел открывать.

– Это ты на что намекаешь? Да как ты смеешь?! Нас сто раз уже проверяли, и что?

– А я бы еще проверила и особенно это ваше лекарство… – голубые глаза Кати сузились в щелочки, и она, схватив одну ампулу со стола, потрясла ею перед побледневшей Инной Владленовной.

Кате показалось, что сейчас директриса вцепится в нее, но этому помешал Иван Федорович. Он влетел в кухню на своих хромых ногах и набросился на Катю.

– Катя, я думал, что вы специалист и действительно хороший человек.

– А что-то изменилось? – опешила Катя.

– Она аферистка, – выдохнула сквозь зубы Инна Владленовна.

– Я доверяю этой фирме свою жизнь, понимаете? Я проверил их и верю каждому слову Инны Владленовны. Если она говорит, что вы специально разыграли обморок, чтобы втереться ко мне в доверие, значит, так оно и есть.

– Иван Федорович, как вы можете так думать? – воскликнула Катя с отчаянием. – Вы все не так поняли!

– Мне очень жаль, Катя, но я попрошу вас покинуть мой дом, – сухо ответил старик, хотя в его глазах стояли слезы.

Он молча вынул ампулу из рук Кати и вернул ее на место.

– Уходите, ваш коварный замысел раскрыт. Вы аферистка, Екатерина Григорьевна, меркантильная лицемерка.

– Правильно, Иван Федорович, молодец! Гоните ее прочь! Я сегодня же к вам пришлю хорошую замену. На сей раз это будет опытная медсестра, проверенный человек. Извините нас за это недоразумение. Я поверила в порядочность этой женщины, впрочем, как и вы, – вздохнула Инна Владленовна, просто на глазах снова хорошевшая и расплывающаяся в довольной улыбке.

У Кати уже не было сил спорить, оправдываться… Она быстро собрала свои пожитки и пошла на выход.

– Счастливо оставаться! Деньги за лекарства и вызов платного врача я вам верну.

– Можете больше не беспокоить Ивана Федоровича своим посещением. Он гипертоник, и ему нельзя волноваться. Мы богатая фирма и возместим обманутому старику все расходы, что он понес от вас, аферистки, потому что мы заботимся о своих подопечных, – промурлыкала ей вслед Инна Владленовна, – надеюсь, он больше не попадет на крючок аферистки.

Катя с силой захлопнула за собой дверь и буквально скатилась по ступенькам на первый этаж. Ее переполняли чувства обиды и несправедливости. Еще никто не уличал Катю в корысти, а эта Инна Владленовна грубо нарушила возникшую между ней и ее подопечным человеческую симпатию… У Кати было ощущение, что ее раздели догола, обмазали всю навозом и выставили посередине рыночной площади. Она летела от дома Ивана Федоровича, не замечая ничего вокруг. На улице было все еще прохладно, хотя уже и не так сыро. Катя сразу почувствовала, что бежит нараспашку. Это с ее-то застуженными бронхами!

Она впопыхах сунула трость под мышку, другой рукой зажала свою сумку и попыталась на ходу застегнуть молнию на куртке. Останавливаться даже на секунду у этого дома, где ее так несправедливо обвинили, она не желала.

Внезапно Катя почувствовала какой-то толчок и поняла, что зацепила кого-то нечаянно торчащей тростью. Она сразу же сбавила темп и подняла глаза, чтобы извиниться. То, что Катя увидела, заставило ее содрогнуться и вообще задуматься о реальности происходящего. На нее круглыми от удивления и ужаса глазами смотрел высокий парень-блондин с растрепанными волосами.

Катя узнала его сразу, уж слишком яркая и приметная внешность у него была. Это его она несколько раз видела выходящим из дома Ивана Федоровича. Но поразило Катю не это. Дело в том, что ее трость была благополучно воткнута ему в живот, и по светлой материи джемпера разливалось большое кровавое пятно. Катя подумала, что от нервного потрясения сошла с ума и у нее начались галлюцинации, так как от удара ее тупой трости, пусть и со стершимся резиновым набалдашником, не могло быть такого ранения. Но когда Катя перевела взгляд на то, что держала в руках, она поняла, что пропала. В пылу эмоций и страстей Катя выбежала из дома, схватив не свою трость, а, по всей видимости, трость Ивана Федоровича. А она у него, как оказалось, была с сюрпризом. Не трость, а прямо-таки рапира, настоящее холодное оружие, которое и вошло в живот этому парню. Катя непроизвольно выдернула трость и кинулась к нему, чтобы поддержать обмякшее тело.