Отставной козы барабанщица - Татьяна Луганцева

– Стучаться надо.

– У меня руки заняты. Вы же не хотите, чтобы я стучала вам в дверь баночкой с мочой? Не ровен час расплескаю! – понесло Яну. Что и говорить, умела она произвести первое впечатление на нового человека.

Мужчина несколько секунд переваривал полученную информацию, а потом рассмеялся.

– Ладно… Что хотели от меня?

– В пробирках обычные анализы, а вот здесь неизвестное вещество, и я бы хотела знать, какое именно. – Яна вытащила одну из трех припрятанных ампул.

– Зачем вам это? – удивился мужчина.

– Ингрид просит, – выдвинула последний козырь Яна.

– Хорошо, исследуем, – сразу же согласился заведующий лабораторией.

– А когда будет результат? – спросила Яна.

– Как только, так сразу. Я же не знаю, что там!

– Мне завтра зайти?

– Я сам позвоню Ингрид, – откликнулся мужчина.

Яна прикусила губу, такой поворот ее явно не устраивал.

– Ингрид очень занята, а я могу зайти лично.

– Не морочьте мне голову, девушка! Будет результат, я сообщу!

Вернулась Яна в хоспис разочарованная и озадаченная. И углубилась в размышления.

«И что теперь делать? Судя по реакции Ингрид, когда докторша не обнаружила ампулы на ошейнике пса, уж она-то точно знает, что находится в них. И когда ей позвонит этот тип и сообщит, что за препарат в ампуле, которую прислали якобы от нее, вот она удивится… Обязательно спросит, кто ее принес на анализ, и поймет, что с Босфора их сняла именно я. Кто мне может помочь в сложившейся ситуации, перед кем в этом городе открываются все двери? Правильно! Смотрите выше, то есть на гору, то есть на замок! Милый мой Эрик, все равно ты от меня никуда не денешься! Я настигну тебя в ночи с двумя пробирками яда в руках да еще злая, голодная и немытая», – довольно подумала Яна и рассмеялась, ясно представив себе такую картину.

Собаки на месте не было, как не было в палате и Кассандры. Яна осталась ее терпеливо ждать, пытаясь унять головокружение. Во всех своих заботах она совершенно забыла о времени и пропустила и обед, и ужин и теперь с горечью понимала, что состояние хронического недоедания буквально преследует ее в последнее время. А ведь на диету садиться она совершенно не собиралась.

Кассандру привезла медсестра в инвалидной коляске, и вид у нее был довольно-таки уставший.

– Здравствуй, Яночка. Как тебе день в хосписе?

– Прекрасно! Люблю помогать людям. А еще я чувствую, когда людей хотят убить, обдурить и обидеть.

– Опять ты за свое? Ну кому я нужна? Посмотри на меня! Я и так еле передвигаюсь. Какую опасность я могу представлять?

– Что-то вы и правда изменились с момента нашей последней встречи, – согласилась Яна.

– Плохо мне… все, сдаю я…

– Не говорите так! Держитесь!

– Все тело болит, лекарство сегодня дополнительно попросила уколоть, ничего не помогает…

Кассандра откинулась на подушки и сложила руки на груди. Выглядела она действительно очень бледной и печальной. Старушка повернула голову в сторону Яны.

– Ты не бойся, я помню, что обещала провести тебя ночью через нашу территорию к виноградникам Рейнхольда. Сейчас отлежусь и покажу тебе дорогу.

– Да вы отдыхайте, не думайте ни о чем другом, – стало стыдно Яне, что она озадачила старую женщину.

«И все-таки надо поскорее решать проблему со странным лекарством, доставленным Ингрид столь необычным способом», – подумала она про себя.

В палату к ним зашла Ингрид, которую Яна даже не сразу заметила из-за того, что докторша была без белого халата.

– Как вы себя чувствуете? – обратилась она к Кассандре. – Выглядите неважно.

– Так себе… – вяло ответила Кася.

– Завтрашний визит, может быть, отменим? – спросила Ингрид, не удостаивая Яну никаким вниманием.

– Нет, нет, я соберусь… Мне с каждым днем все хуже, и если я завтра это не сделаю, то потом вообще не соберусь.

Тут Ингрид наконец перевела взгляд на Яну и процедила сквозь зубы:

– Все волонтеры, родственники и знакомые должны покидать хоспис на ночь, таково наше правило. Здесь не ночлежка.

«Вот последнюю фразу могла бы и не добавлять!» – зло подумала Яна, с ужасом думая, где она проведет ночь, если не доберется до замка.

– Яна останется со мной еще на часик, а потом уйдет, можете быть спокойны, – подала голос вместо нее Кася.

– Тогда я со спокойной душой ухожу домой? – уточнила Ингрид.

– Конечно, дорогая.

– А ваша Яна завтра вернется? – задала еще вопрос докторша.

– А это вы и у меня можете спросить, – встряла Яна. И утвердительно закивала головой: – Да, я обязательно буду завтра.

Глазки Ингрид сузились в неприятнейшие щелочки, а рот сжался, обозначив на губах все возрастные морщины. Тело женщина содержала в идеальной форме, а вот лицо ей не мешало бы отдать в руки хорошего пластического хирурга. Ее глаза словно говорили Яне: «Тебе это не поможет».

Наконец доктор попрощалась и покинула палату. У Яны остался очень неприятный осадок после ее посещения.

– Извини, Кассандра, а к чему ты готовишься завтра? Я поняла, что кто-то хочет тебя навестить? – спросила Цветкова у пациентки хосписа.

– Завтра я жду нотариуса, чтобы написать новое завещание, – беззаботно ответила Кася.

– А что будет в новом завещании? – немедленно взяла след Яна.

– Это конфиденциальная информация, – заулыбалась Кася. – Но тебе скажу. Я недавно видела ангела.

– Да ладно вам… – удивилась Яна.

– Точно тебе говорю! Он принял образ молодого мужчины, настолько красивого, что мог бы запросто являться в снах любой девушке, мечтающей о прекрасном принце. Он строен, силен, с чудными темными глазами, темными волосами, идеальными чертами лица и завораживающей улыбкой… – Кася закатила глаза так, что Яна испугалась, не забьется ли старушка в конвульсиях. Она помнила, что стариков не облучают и не делают им химиотерапию, поэтому не понимала, с чего вдруг Кассандру посетили такие галлюцинации? Но когда речь дошла до «чудных глаз», лицо Яны вытянулось.

– Неужели речь опять об Эрике Рейнхольде?

– О нем, – кивнула бабулька, – о нашем таинственном принце. Надеюсь, ты доберешься до него и у тебя все получится. У тебя все есть для этого! И стать, и ум, и энергия, бьющая ключом!

– Э-э-э, вы, собственно, о чем? У меня есть парень! – отмахнулась Яна.

– Разве может кто-то быть лучше Эрика? Эх, мне бы лет пятьдесят скинуть… – опять мечтательно закатила глаза Кассандра.

– Мой парень – лучше! – авторитетно заявила Яна.