Я, опять я и еще раз я - Нора Робертс

Далее были перечислены основные жизненные показатели. Кровяное давление, пульс, биохимический состав крови, кардиограмма, томограмма мозга — все в норме, насколько она могла судить.

Содержимое диска представляло собой медицинскую карту с перечислением анализов и их результатов, а также тестов и экзаменов. С проставленными оценками, догадалась Ева.

Пациентка А-1 отличалась превосходным физическим здоровьем, высоким коэффициентом умственного развития и способностями к познанию. «Зачем ему все это нужно?» — удивилась Ева.

Коррекция зрения: 20/20.

Тест на остроту слуха, на стресс, еще какие-то тесты… Дыхание, плотность костной ткани.

И опять ей пришлось остановиться в изумлении: дальше шли заметки о математических способностях, языковых навыках, художественных и музыкальных талантах, умении разгадывать головоломки.

Целый час она читала о наблюдениях за Пациенткой А-1, продолжавшихся три года и включавших множество аналогичных тестов с комментариями результатов.

Текст заканчивался загадочной фразой:

А-1. Процедуры завершены. Размещение успешно.

Ева торопливо просканировала еще пять дисков и обнаружила те же тесты, те же пометки, иногда сопровождающиеся записями о небольшом хирургическом вмешательстве. Коррекция носа, коррекция прикуса, увеличение бюста.

Она отодвинулась от компьютера, вскинула ноги на стол и в задумчивости уставилась в потолок.

Безымянные пациенты, все закодированные под буквами и цифрами. Никаких имен. Все — женщины, во всяком случае, в ее стопке дисков. Процедуры бывали либо завершены, либо прерваны.

Должно быть что-то еще. Более подробные описания медицинских случаев, более детальные заметки. А если так, значит, есть еще какое-то место, где все это хранится. Кабинет, лаборатория, что-то в этом роде. Пластика лица и тела, вроде бы являвшаяся его специальностью, здесь присутствовала в минимальной степени.

Мало кому из них требовалась «настройка».

Судя по записям, проводилась постоянная оценка их физического состояния и способностей: умственных, творческих, познавательных.

Размещение. Где их размещали по завершении процедур? И куда они девались в случае прерывания процедур?

Что за исследования проводил добрый доктор? Чем он, черт побери, занимался с полусотней пациенток?

— Эксперименты, — сказала Ева, когда Рорк снова вошел в ее кабинет. — Это похоже на эксперименты, верно? Или тебе так не кажется?

— Лабораторные крысы, — подтвердил он. — Безымянные. И мне кажется, что это его личный краткий справочник, а не официальные медкарты.

— Точно. Заметки для просмотра, если нужно уточнить или вспомнить какую-то деталь. Все очень туманно и, тем не менее, закодировано двойным шифром. А значит, что где-то существуют более подробные файлы. Но эти записи вписываются в мои оценки его характера. В каждом случае он стремится к совершенству. Но кое-что не вяжется. Телосложение, строение лица — ну, это понятно, это его профессия. Но с какой стати его интересуют их познавательные способности? Не все ли ему равно, умеют ли они играть на тубе?

— У тебя кто-то играет на тубе?

— Да это я так, просто для примера, — отмахнулась от него Ева. — Я хочу сказать, ему-то какая разница? Что ему за дело, умеет ли пациентка делать сложные вычисления, владеет ли она украинским языком и так далее? Насколько мне известно, он никогда не занимался исследованиями мозга. И, обрати внимание, среди них нет ни одной левши. Ни одной — это противоречит закону средних чисел. Все они женщины, что само по себе любопытно, все в возрасте от семнадцати до двадцати одного года. На этом заметки заканчиваются. А в конце либо «Размещение», либо «Процедуры прерваны».

— «Размещение» — любопытное слово, ты не находишь? — Рорк присел на край ее стола. — Можно подумать, речь идет о трудоустройстве. Если не придерживаться более циничного взгляда на жизнь.

— Которого ты как раз и придерживаешься. За что и ценю. Многие люди заплатили бы большие деньги за идеальную женщину. Может, торговля живым товаром была маленьким хобби доктора Айкона?

— Не исключено. А где он брал исходный материал?

— Я проведу поиск. Сравню даты на этих медкартах со статистикой пропавших без вести или похищенных.

— Для начала неплохо. Но знаешь, что меня смущает? Держать столько людей под контролем, да еще держать все в полном секрете — это требует грандиозных усилий. Ты не думаешь, что они шли на это добровольно?

— Я добровольно соглашаюсь быть проданной тому, кто даст самую большую цену?

Рорк покачал головой:

— Не отвергай с порога. Молодая девушка, по каким-то причинам недовольная своей внешностью или своей судьбой или просто желающая чего-то большего. Может, он им платил? Ты зарабатываешь, пока мы делаем тебя красивой. А потом мы найдем тебе идеального партнера. У него так много денег, что он может оплатить эту услугу, он выберет тебя среди многих других. Головокружительная карьера для впечатлительных дурочек.

— Стало быть, он фабрикует, по сути дела, профессиональных проституток с их согласия?

— Ну почему обязательно проституток? А может, жен? Или и тех и других. Более того: и тех и других в одном лице. Гибриды.

У Евы округлились глаза.

— Ты хочешь сказать, как в анекдоте? В кухне кухарка, в гостиной леди, в спальне шлюха? Эротический сон любого мужчины.

Рорк засмеялся.

— Ты просто устала. Я думал о другом, о старом классическом сюжете. Франкенштейн.

— Это такой урод с вытянутой головой?

— Нет. Франкенштейн — это безумный врач, сотворивший урода.

Ева спустила ноги со стола.

— Гибриды… Полуробот, получеловек? Между прочим, все это совершенно незаконно. Ты думаешь, он пытался выводить людей путем скрещивания? Но это же совершеннейшая фантастика, Рорк!

— Согласен, но такие эксперименты уже проводились. Главным образом в военной сфере. Или возьми другую область: пересадку органов. Мы видим это каждый день. Он сделал себе имя на восстановительной хирургии. В этой области часто применяются искусственные материалы, имплантация…

— Ты хочешь сказать, что он конструировал женщин? — Ева вспомнила Долорес, Сохранявшую полное спокойствие до и после убийства. — И одна из них восстает против своего творца. Одна из них недовольна своим так называемым размещением, она возвращается и убирает его. Он согласился ее принять, потому что она — его творение. Неплохо, — решила Ева. — Фантастика, но, в общем и целом, неплохо.

Ева решила отложить дела до утра. Она проснулась так рано, что увидела, как Рорк вылезает из постели и натягивает тренировочный костюм.

— Проснулась? Давай потренируемся и поплаваем.