Крот против оборотня - Сергей Зверев

Ощущение мгновенного холода, пронзившего все внутри, знакомо каждому водителю, потому что каждый хоть раз в жизни попадал в ситуацию, щекочущую нервы. Педаль неожиданно ушла в пол, а на капот стремительно надвинулся задний бампер большого черного внедорожника. Владислав Артурович в панике рванул руль вправо, уже мысленно ощущая неизбежный удар, шипение пробитого радиатора, звон стекол. Кто-то отчаянно и зло засигналил, рядом завизжала резина резко тормозящей машины, а перед глазами вспучился кузов «Газели».

От удара машину занесло. Профессор больно ударился грудью о рулевую колонку, успев вспомнить, что нельзя было ослаблять натяжение ремня безопасности. Дыхание мгновенно перехватило, острая боль пронзила до самого сердца, а потом голова ударилась о боковое стекло.

Он потерял сознание и не видел, что под машиной что-то пыхнуло, раздался сильный хлопок, и днище автомобиля сразу лизнуло пламя, отражаясь зловещим красным цветом в стеклах окружающих машин. Поток транспорта мгновенно разделился на две части. Те, кто успел, проскочили дальше по проспекту и уехали, от греха подальше. Те, кто ехал сзади, сигналили и пятились назад, и только несколько водителей кинулись на помощь.

– Дверь, дверь ломать надо! Он же в кабине… Сгорит… мать….

Кто-то подбежал с бесполезным двухлитровым огнетушителем и принялся бестолково пускать порции углекислоты, кто-то притащил кусок брезента и пытался сбить языки пламени. Но огонь вырывался из-под днища автомобиля, из зоны недосягаемости. Наконец прибежал парень в спецовке с монтировкой в руках и попытался попробовать подцепить дверь, но жар отогнал и его.

Огонь полыхал уже в кабине, с треском лопнули стекла, одежда на человеке, который склонился головой на руль, загорелась, вспыхнули волосы, вспучилась кожа на лице. Парень с монтировкой, прикрывавший лицо от жара, вдруг согнулся пополам, и его вырвало прямо на асфальт. В воздухе отчетливо запахло горелой плотью. Еще одна женщина побледнела и повалилась на руки мужчине. Где-то далеко на западе с переливами зазвучала полицейская сирена, да по дороге бегали люди, что-то истошно и нервно крича в трубки мобильных телефонов.

Нашлись, правда, и такие, кто старательно снимал горящую машину на встроенные камеры своих телефонов. Еще до вечера в Сети появятся кадры этой трагедии, да начнет увеличиваться количество просмотров, побивая все рейтинги.

Антон смотрел в иллюминатор самолета на туманный горизонт, на редкие облака, проплывавшие вспученными шапками пены, но не видел ничего этого. Сегодня он покидал родной город. «Навсегда». Это слово будто насильно вкрадывалось в голову, но было оно нелепым, противным. Слово из далекого детства, когда он потерял мать. Она ушла «навсегда» так неожиданно, так нелепо, погибнув от руки пьяного милиционера-насильника.

С тех пор это слово приобрело для Антона особый смысл, мрачный смысл, роковой. Для большинства людей «никогда» означает всего лишь «не сейчас», «может быть, позже», «нет, ну, и фиг с ним». Для Антона оно означало страшный болезненный рубец в душе, разделивший жизнь до и жизнь после. Светлая, теплая, как материнские руки, жизнь школьника из Екатеринбурга – школа, спортивная секция, дом, уроки, приятели во дворе. И мама, такая улыбчивая, добрая, понимающая. А потом – непонятный удар, холод известия, неискренние улыбки чужих дядей и тетей, которые хотят ему добра. Жуткое кладбище, ужасная черная земля, сваленная в кучу, лицо матери, которое закрывается НАВСЕГДА крышкой гроба, гроб, опускаемый в зловещую черную яму, тоже НАВСЕГДА. И стук комков земли по крышке… стук, стук-стук, стук, стук-стук-стук…

И интернат с чужими лицами воспитателей навсегда, и лица чиновников из мэрии, которые слащаво улыбались и говорили, что мальчикам жить без родителей нельзя и что квартиру они ему вернут обязательно, когда он станет совершеннолетним. И он втянулся в эту жизнь «навсегда», стиснув зубы, холодно глядя перед собой и видя там только одну цель: стать таким, чтобы была возможность найти убийцу и покарать его. Сделать все и стать.

И он стал таким. Он замкнулся, выдержал прессинг жестоких сверстников в интернате, изматывал себя в спортивных секциях, добился, чтобы в военкомате его записали в нужную команду. И он не просто попал в воздушно-десантные войска, а именно в разведывательно-штурмовую бригаду. Это была закалка мышц и воли, а для ума и для прокладки жизненного пути он выбрал юридический институт МВД, который закончил с отличием и в результате получил право выбора места работы по своему усмотрению. И он выбрал, потому как уже знал, что в тот район, подальше от областного центра, и отправили работать убийцу.

Антон не понимал, как у преступника могли оказаться сильные покровители, которые скрыли его вину и завели следствие в тупик. Значит, он не один такой среди людей в погонах? Это открытие было первым на пути к прозрению. И все-таки он нашел его, вычислил по датам перевода, сумел посмотреть ему в глаза, копнуть в его душе.

Многое изменилось с тех пор. Особенно в душе Антона Копаева, капитана полиции и кавалера двух орденов. Теперь он едет в Москву, чтобы работать уже в штате Главного управления собственной безопасности МВД. Он будет приезжать в родной город, будет навещать могилу матери, но прошлое уходит, и он уезжает из своего города «навсегда». Правда, это «навсегда» для него уже не такое безысходное, как в детстве. Впервые в жизни.

Антон Копаев повзрослел и перестал быть мстителем-одиночкой. Он уже борец не за себя и научился видеть шире, понимать шире. Многому его научил его бывший шеф в Екатеринбурге полковник Быков…

Пожилой крупный мужчина с седыми редкими волосами, стоявшими ежиком на голове и с такой же точно щетиной, делавшими его похожим на большого седого ежика, зашевелился в кресле и снова затих. Антон мысленно облегченно вздохнул. Пока сосед не задремал, он извел своего молодого попутчика рассказами и собственными умозаключениями.

Антон открыл наконец крышку ноутбука на коленях и включил его.

– Что пишут? – тут же раздался голос рядом.

Черт! Все-таки проснулся! Вот не спится человеку. В его-то годы. Да я бы на его месте и сейчас бы…

– Все как обычно, – ровным голосом ответил Антон, глядя на ленту новостей. – Зарезали, застрелили, столкнулись несколько машин, украли ребенка, депутата Государственной Думы уличили в занятии коммерческой деятельностью, военного чиновника поймали на хищении нескольких миллиардов.

– Это да, – потягиваясь и принимая вертикальное положение, согласился сосед. – В нашей стране не новости плохие, а те, кто их мусолит, да на обозрение выставляет. Вот у меня один знакомый есть, художник. Решил выставками заниматься. Нашел спонсоров, стал своим друзьям-художникам помогать выставляться на различных площадках города. И столкнулся он с одной очень интересной проблемой. Позвонил в газету, предложил им репортажик сделать о выставке молодого, но очень талантливого художника. А ему там говорят, что тема скучная для населения. Если бы произошло убийство, то они бы мгновенно репортера отправили. Подивился мой знакомый, ругнулся по причине незнания жизни и на телевидение. Ты не представляешь, что ему там ответили!