Азиатский рецепт - Кристофер Мур

Вечера напролет подруги обсуждали ореховый привкус ячменя и его отличие от орехового привкуса конопли. Ким Ханг считала, что перечная нота ячменя сильнее лимонного запаха восковницы, а Уайпорн считала ее мнение нарочито пафосным и соглашаться отказывалась. Вдохнув сладкий землистый аромат таволги, Ким Ханг записала ее в блокноте после полыни, которая вкусом напомнила ей салат. Уайпорн считала, что боярышник пахнет женской сексуальностью. «Либо у нее обоняние село, – думала Ким Ханг, – либо она вконец свихнулась и таблетки глотает не просто так». Подруги размышляли вслух, спорили, дулись и пили.

Ким Ханг убила комара, который сел на голую руку Уайпорн.

– А-Порн, смотри, кровь!

Она подняла ладонь и показала кровь между пальцами. Уайпорн внимательно посмотрела на свою кровь, узором растекшуюся по морщинистой ладони подруги, и хлебнула еще пива.

– Рыцарь злится, – объявила Уайпорн, кивнув на одного из игрушечных солдатиков, что стояли в саду. В мозгу Уайпорн словно замкнуло контакт, и она унеслась в мир фей, эльфов, гномов и единорогов.

Уайпорн спустилась по ступенькам сала со стаканом пива в руках, села на корточки рядом с солдатиком и поставила стакан на землю. Она оглянулась на Ким Ханг, которая осталась в сала и воспользовалась шансом наполнить свой стакан.

– Положу его на левый бок, – объявила Уайпорн. – На правом ему не нравится.

Ким Ханг уважала возраст подруги: Уайпорн на два года старше. При этом Ким Ханг – стопроцентная китаянка, а Уайпорн лишь наполовину, по матери. С одной стороны, бо́льшую часть жизни Уайпорн проработала в пивоваренной промышленности. С другой, Ким Ханг, как глава семьи, владела пивом и расписывалась за его доставку. Рассчитать итоговый результат выходило не проще, чем определить ингредиенты китайского пива.

Пиво доставляли на адрес Ким Ханг, значит, настоящие власть и уважение были на ее стороне, но скоро эта монополия закончится, и Уайпорн обретет свободу. Она обещала Дювелу не сплетничать и не болтать лишнего. «Так тому и быть», – подумала она. Их с Ким Ханг объединяла твердая вера в призраки, духи и в силу пива – в этом мире и в ином. Загробный мир окружал подруг; они даже удивлялись, что другие не видят того, что видят они. Совместная вера утешала, но сильнее всего их связывала еженедельная доставка ритуального пива в китайский храм, который семья Ким Ханг устроила в сала, затерянной в глубине сада. Доставляли пиво по средам. В эту среду минуло ровно две недели с тех пор, как в порту Сиамского залива появились американские военные корабли, и ровно столько же со дня проведения всемирно известного конкурса красоты «Мисс Белый Сад», на котором корону победительницы получала самая талантливая и прекрасная катои.

Последняя сиделка, которую Дювел нанял для матери, выдержала ровно десять дней. Это значило, что в нынешнюю среду надлежало устроить особое празднование. Теперь подруги могли пить в сала открыто, а не из чайных чашек. Последняя сиделка – а если называть вещи своими именами, служанка – влетела через заднюю дверь, вырвала чашку из рук Уайпорн и вылила пиво в траву. Подруги в ответ наложили на нее порчу – поджарили перец чили, приправив ритуальным пивом, как часто делают, чтобы космические силы отомстили клятому врагу. Сиделка-служанка почуяла неладное и днем позже уволилась.

С незапамятных времен утром каждой среды Уайпорн выходила из дома и смотрела по сторонам в ожидании фургона службы доставки. В руках она держала большую стальную чашу с рисом: вдруг монахи появятся. В эту среду монахи появились, Уайпорн положила им по полной ложке риса, безостановочно бормоча: «Восковница… таволга… полынь». Монахи решили, что Уайпорн – хорошая буддистка и любительница ботаники. Периодически Уайпорн спрашивала монахов: «Какой, по-вашему, вкус у полыни?» Такие вопросы монахам задают нечасто.

В ответ монахи выдавали мантру, и Уайпорн пополняла список мантр, изгоняющих духов, которые таятся в саду виллы.

Уайпорн обнаружила, что с китайским пивом мантры работают лучше. Едва завидев фургон, Уайпорн стучалась к Ким Ханг. Курьеры справляли небольшой обряд в семейном храме, выгружали бочонок с пивом и ставили на алтарь. Не успевал фургон уехать, как Уайпорн протягивала стакан.

– Ах, Ким Ханг, дегустацию мы так и не закончили, – посетовала Уайпорн.

Подруги сидели в сала на скамейках и уже осушили по два стакана. Маленькие фигурки львов, драконов, воинов, гигантов, крылатых гаруд и фей стояли в саду группами по трое-четверо. У Уайпорн был любимый ангел-хранитель, который защищал ее, Дювела и дом от неугомонных, злых, обезумевших от пива духов. Она твердила, что те духи взывают к ней, предупреждают о вероломстве, требуют ритуального пива, чтобы напиться, насытиться – и снова выйти в путь по загробному миру.

Ким Ханг поднесла бочонок к уху и тряхнула.

– Сколько осталось? – спросила Уайпорн.

Ким Ханг на дюйм развела указательный и большой пальцы.

– Чуть-чуть.

Уайпорн протянула стакан.

– Мы почти у цели. Сейчас останавливаться нельзя.

– Хочу его приберечь. – Так надменная Ким Ханг показала, кто пиву хозяин.

Уайпорн закусила нижнюю губу:

– Ким Ханг, разве мы не даруем последний стакан призракам?

Подруга снова встряхнула бочонок – пиво плескалось на донышке. Уайпорн знала, когда выкладывать призрачный козырь, он редко подводил.

Ким Ханг сунула нос в бочонок и принюхалась.

– Полынь в этой партии сильна, с перечными нотками.

– Ты то же самое про хмель говорила. Как мы определимся с рецептом, если у полыни и хмеля одинаковый аромат?

«Полынь!» – пробормотала Доктор Любовь. Ее голос звучал куда слабее, эдаким фоном.

Ким Ханг ненавидела, когда А-Порн ловила ее на явном противоречии. Она хозяйка бочонка, она у руля.

– У хмеля перечная нота намного сложнее, – отозвалась Ким Ханг.

– Еще глоток, Ким Ханг. Надо же проверить, что у меня вкусовые сосочки не сели.

Ким Ханг покачала головой, записывая что-то в блокнот.

– Остатки нужно приберечь. Следующая партия придет только в среду. Что делать, если призраки потребуют пива, а у нас его не будет? Что тогда? – вопрошала Ким Ханг. Для нее единицей времяисчисления был период от одной доставки до другой.

Этот аргумент Ким Ханг использовала не впервые, а Уайпорн, хоть убей, не могла придумать достойное возражение. Разве здравомыслящий человек скажет призракам, что их пиво выпили?

– Закажи еще одну доставку. Объясни тем милым мальчикам, что возникла срочная потребность. Мой сын заплатит.

На самом деле Уайпорн хотелось похвастать: «Мой сын будет шофером пивовара – знатока ритуального пива. Ему позволили водить их развозной фургон».

Ким Ханг пожала плечами. Разумеется, Дювел, сын Уайпорн, мог заплатить, только проблема заключалась в другом. Этот фаранг не одобрял дневные попойки Уайпорн – подругам приходилось таиться и делать подношения садовым духам после его ухода на службу. Усугублялась проблема тем, что в ту самую среду Дювел взял с матери слово, что попойки с Ким Ханг прекратятся. Очевидно, лекарства Уайпорн состояли из сложных белков, они стимулировали рост мышечной массы, но не могли настроить ее разум на частоту, на которой голосов призраков не слышно. Еще Дювел просил Ким Ханг, чтобы та помогла удержать его маму «в завязке». Ким Ханг не помогла, только разве справедливо обращаться к ней с подобной просьбой? Они ведь не просто старое пиво пьют! Ким Ханг посоветовала Дювелу не беспокоиться слишком сильно. Дювелу нравилась мечта Мае Лек сварить пиво, но он считал, что должен тщательно контролировать соотношение «сварила-выпила».