В объятиях русалки - Ольга Баскова

– На базар? – без стеснения спросил он. При виде такой вкуснятины рот наполнился слюной.

– А ты, милок, купить хочешь? – поинтересовалась бабушка.

– Иначе бы и не спросил.

Цена, запрошенная старушкой, показалась сильно заниженной. На приреченском рынке он отдал бы в десять раз больше. В проворных руках продавщицы оказался кулек, и ягода перекочевала в сумку Сомова.

– Кушай на здоровье.

Леонид еле сдержался, чтобы не прикончить покупку еще на лестнице. Однако строгая мама учила его мыть фрукты и овощи перед тем, как отправить их в рот. Тем более он уже подходил к воротам пансионата. Охранники, дежурившие на КПП, едва посмотрели его документы, и оперативник очутился в парке неописуемой красоты. Воздух был напоен какими-то умопомрачительными запахами. Кипарисы стрелами взметнули ввысь остроконечные вершины, словно пытаясь продырявить голубое, без единого облачка небо. Неведомые растения, оплетавшие деревья, предлагали ему полюбоваться своими цветами, напоминавшими разноцветные колокольчики. В маленьких озерцах резвились красные рыбки. Леонид вздохнул и продолжил путь, решив: если он будет останавливаться перед каждым соблазном, то никогда не дойдет до пансионата, трехэтажного отельчика, аккуратные балкончики которого уже виднелись за огромными пиниями с голубой хвоей. Администратор, высокая стройная женщина с взбитыми белыми волосами, встретила его приветливо:

– Издалека? Я никогда не слышала про ваш город.

– Центр России, – пояснил он.

Она открыла его паспорт:

– Значит, Леонид. А я – Надежда Ивановна.

– Очень приятно.

– В июне у нас еще мало народа, – продолжила разговор женщина. – Поживете один в двухместном номере. Устраивает?

Он кивнул:

– Конечно.

Надежда Ивановна сняла ключи и повела его на второй этаж. Ее легкие летние туфли на низком каблуке бесшумно ступали по ворсистому зеленому ковру. Заметив это, Леонид отогнал от себя сразу пришедшую в голову мысль, что администратор любит подслушивать и знает все тайны пансионата.

– А вот и ваш номер, – женщина повернула ключ и провела Сомова в просторную двухместную комнату.

– Кровать занимайте какую пожелаете. Ваш сосед прибудет неизвестно когда, – она одернула шторы ярко-красного цвета. Такими же покрывалами были застелены и постели.

– Я, пожалуй, расположусь вот здесь, – оперативник выбрал место у окна. – Как по ночам, комары сильно кусают?

Она улыбнулась:

– Здесь растет можжевельник, поэтому комаров хоть всю ночь ищите – не найдете.

– Это приятно слышать.

– Ну, оставляю вас одного, – ее туфли снова неслышно заскользили по ковру. – Обед в два часа. Есть бильярдная, сауна и, конечно, шикарный пляж. Пансионат у нас маленький, потому кинотеатра не имеет. Однако в соседнем санатории он есть, и довольно внушительный. Наши отдыхающие посещают его, впрочем, как и тамошнюю дискотеку. Для справки: фильм начинается в восемнадцать ноль-ноль, а дискотека – в двадцать один. Ну, располагайтесь, не буду вам мешать.

Леонид открыл двери большого платяного шкафа и развесил по плечикам три выходные рубашки. Сначала он не хотел их брать и даже поругался с матерью, но теперь, подумав о дискотеке, улыбнулся:

– Пригодятся!

Зато майки, которых он набрал несчетное количество, нашли приют в ящиках шкафа вместе с шортами и джинсами. Итак, с вещами покончено. Сомов взглянул на часы. До обеда оставался еще час. За это время он успел бы прикончить клубнику, мокнувшую в пакете. Леонид помыл под краном каждую ягодку и с наслаждением стал запихивать себе в рот клубнику. Сладкие, сочные ягоды вызвали вздохи восхищения. Красотища! Оставив от клубники одни хвостики, оперативник немного подремал на кровати, а потом прошел в столовую, располагавшуюся на веранде. Обед на свежем воздухе показался необыкновенно вкусным. Расправившись с первым, вторым и третьим, Леонид задумался. До свидания с местной жительницей оставалась уйма времени, и его следовало убить. А где убивать время, как не на пляже? Сказано – сделано. Вскоре молодой человек, переодевшись в шорты и футболку, бодро шагал к берегу моря.

На пляже Леонида охватило неописуемое блаженство. Он расстелил полотенце, сбросил шорты и майку и лихо вбежал в воду, как когда-то учил его отец. По его мнению, она оказалась в самый раз, хотя купающихся можно было пересчитать по пальцам. Сомов с удовольствием проплыл сто метров кролем и, довольный, вылез на берег, решив подставить тело лучам ласкового солнца. Тучки, набежавшие утром, разошлись, и загоравшие с удовольствием ловили прикосновение лучей. Леонид последовал их примеру и развалился на полотенце. Усталость взяла свое, и оперативник сам не заметил, как задремал. Он очнулся, почувствовав, как кто-то трогает его за плечо:

– Вам пора накрыться, а не то сгорите, и кожа повиснет клочьями.

Мужчина лениво приоткрыл один глаз. Над ним склонилась незнакомая женщина.

– Вы меня слышите, молодой человек? Вам следует поберечься.

Оперативник сел и протер глаза:

– Спасибо.

– О, не стоит благодарности, – незнакомка улыбнулась и хотела уйти, однако он остановил ее:

– Подождите! Вы тоже тут отдыхаете?

Женщина присела на камень:

– Я тут живу летом. У меня маленький домик, нечто вроде дачи, который муж оставил мне в наследство. Хотя пляж вашего пансионата платный, я здесь свой человек. Но не думайте, что это безвозмездно. Кстати, я Виола. А вы?

– Леонид.

Он с интересом наблюдал за незнакомкой. Это была высокая стройная блондинка лет тридцати пяти, с длинными ногами, огромными черными глазами, обрамленными длинными ресницами, густыми волнистыми волосами и тонкими чертами лица. Прекрасная фигура – результат регулярных занятий финтесом, чистая, без морщин, кожа, ногти с дорогой росписью – все выдавало высший класс.

– А вы отдыхаете в «Гавани»? – У нее был красивый низкий голос.

– Да.

– Из Средней полосы?

– Из Приреченска. Как вы догадались?

– По речи. Явно не украинский говор.

Он усмехнулся:

– Наверное. А вы филолог?

– Нет, историк. А вы чем занимаетесь?

Сомов не видел смысла лгать:

– Я капитан полиции.

Она вздрогнула, как от удара:

– Шутите?

– Если зайдете в гости, могу показать удостоверение.

Такой метаморфозы он от нее не ожидал. Женщина побелела, тонкие губы задрожали, ресницы затрепетали, как крылья бабочки. Леонид успел поддержать ее, иначе новая знакомая упала бы с камня.

– Вам плохо?

Опираясь на его руку, она попыталась подняться: