Восьмой круг. Златовласка. Лед - Эд Макбейн

— Что ж, послушаем вас еще раз, — сказал Карелла.

— Сколько можно рассказывать одно и то же? — устало произнес Мур. — Пожалуй, мне все-таки стоило попросить адвоката.

— Вы по-прежнему вправе это сделать, — сказал Карелла для записи, чтобы было ясно, что Мур выкладывает всю эту информацию по собственной доброй воле.

Они сидели в комнате для допросов. На столе, между Муром и четырьмя детективами, стрекотал магнитофон. Карелла сидел напротив Мура и видел за его спиной зеркальное окно. Мур сидел спиной к зеркалу. В комнате наблюдения за окном никого не было.

— Зачем мне адвокат? Я признал кокаин. Вы нашли у меня кокаин, вы меня взяли с ним.

— Два кило, — сказал Мейер.

— Меньше, — сказал Мур.

— Но вы купили в Майами восемь килограммов. Письмо, которое вы написали…

— Не надо было мне писать то письмо, — сказал Мур.

— Но вы написали.

— Сглупил, — сказал Мур.

— И совершили убийство, — сказал Клинг.

— Я убил человека, который ворвался в мою квартиру с револьвером, — уже в который раз повторил Мур. — Мы боролись, я выхватил у него оружие и выстрелил. Самооборона.

— Этот же револьвер использовался в трех других убийствах, — сказал Браун.

— Я ничего ни о каких других убийствах не знаю. В любом случае это не было убийство, это была самооборона.

— Кажется, вы изучаете медицину? — сказал Клинг.

— И что?

— Откуда такие познания в законах?

— Просто я знаю разницу между хладнокровным убийством и самообороной.

— Салли Андерсон вы убили тоже при самообороне? — спросил Карелла.

— Я не убивал Салли.

— Или Пако Лопеса?

— Я не знаю никого по имени Пако Лопес.

— А по имени Марвин Эдельман?

— Никогда не слышал.

— А откуда у вас бриллианты, которые мы нашли в вашей кухне?

— Я купил их на деньги, которые получил от продажи шести килограммов кокаина.

— У кого купили?

— Какая разница? Закон запрещает людям покупать бриллианты?

— Только если люди потом убивают того, у кого они их купили.

— Я купил их у торговца, имени которого не знаю.

— Анонимный торговец алмазами, да? — сказал Мейер.

— Проездом из Амстердама, — кивнул Мур.

— Как вы на него вышли?

— Он сам связался со мной. Прослышал, что у меня имеются наличные деньги.

— Сколько наличных? — спросил Карелла.

— Я купил восемь кило за четыреста тысяч.

— Очень дешево, — заметил Браун.

— Я говорил вам, человек сделал мне одолжение.

— Тот человек из Майами.

— Да.

— Как его зовут?

— Я не обязан этого говорить. Он сделал мне одолжение, зачем мне навлекать на него беду?

— Потому что вы спасли жизнь его сына, верно? — сказал Мейер.

— Верно. Мальчик задыхался. Я сделал прием Геймлиха. Его отец сказал, что хочет меня отблагодарить.

— Так вот как вы попали в наркобизнес, да? — сказал Браун.

— Да, так.

— Откуда у вас четыреста тысяч?

— От моей матери. Из денег, которые ей оставил отец.

— И она хранила четыреста тысяч под матрасом, да?

— Нет. Часть из них была в денежных фондах, остальное — в ценных бумагах. Она получала около тринадцати процентов. Я обещал ей сделать пятнадцать процентов.

— Вы вернули ей деньги?

— За месяц, все до цента.

— Плюс проценты?

— Да, из расчета пятнадцати процентов годовых.

— Вы вернули… сколько это получается, Арти?

— Пятнадцать процентов с четырехсот тысяч?

— В месяц.

— Пять тысяч долларов, — сказал Мур.

— Значит, вы вернули ей четыреста пять тысяч? — спросил Карелла.

— Да.

— Когда?

— В конце сентября. Я отдал ей деньги вскоре после премьеры «Шпика».

— Столько времени потребовалось, чтобы распродать эти восемь кило?

— Только шесть кило.

— Сколько вы получили за продажу шести?

— Я развел их, получилось двенадцать килограммов. Я получил по шестьдесят тысяч за кило.

— Сколько это получается, Арти? — спросил Карелла.

— Семьсот двадцать тысяч долларов, — сказал Мур.

— И вы вернули матери четыреста пять.

— Да.

— И у вас осталось…

— Триста пятнадцать.

— Триста из которых вы уплатили Эдельману за бриллианты.

— Я не знаю никого по имени Эдельман, — сказал Мур.

— Но за бриллианты вы отдали именно столько, не так ли?

— Примерно.

— Голландцу, что был тут проездом, да?

— Да.

— И сколько можно купить на такие деньги?

— Примерно двадцать пять каратов. Я получил скидку, потому что покупал за наличные.

— Сколько камней вы купили?

— Тридцать шесть. Большинство из них по четверти и половине карата. Несколько камней по одному карату. Различных размеров и огранки — американской, европейской… Вы их видели.

— Как раз достаточно, чтобы уместилось в лоток для льда, верно?

— Я придумал это уже потом.

— Это первое место, куда заглянет грабитель, — сказал Мейер.

— Я ничего о грабителях не знаю.

— Почему вы выбрали бриллианты?

— Хорошая инвестиция. За последние тридцать лет, прежде чем показатели снизились, бриллианты выросли в цене более чем на тысячу процентов. Я полагал, они должны снова начать расти.

— Вы просто предприимчивый молодой бизнесмен, верно? — сказал Браун.

Мур промолчал.

— Где вы продали эти шесть кило?

— Я не обязан вам этого говорить.

— Почему вы оставили у себя два килограмма?

— Салли решила, что мы могли бы получить за них больше, продавая по граммам.

— Как Пако Лопес.

— Я не знаю никакого Пако Лопеса. Салли говорила, что это может занять какое-то время, но в долгосрочной перспективе мы получим с этих двух кило дополнительно тысяч пятьдесят. Продавая грамм-дилерам по унциям…