Фикс - Дэвид Бальдаччи

Пусто.

Все молча смотрели на пустую ячейку.

Декер разочарованно крякнул. Богарт покосился на него. Джеймисон повторила это движение.

– Дабни забрал то, что здесь было, – сказал Амос.

– Мы только предполагаем, что он что-то хранил здесь, – напомнил Богарт.

– Он послал своей дочери ключ, чтобы та открыла ячейку. Зачем было это делать, если ячейка пустовала?

– Верно, – нехотя согласился Росс.

– Возможно, есть видеозапись того, как Дабни приходил в банк…

Вскоре они сидели напротив управляющей, стучащей по клавиатуре компьютера. Женщина кивнула.

– Пять дней назад мистер Дабни приходил в банк и открывал свою ячейку.

– Он что-нибудь забрал из нее? – спросил Богарт.

– Этого мы не можем сказать, – ответила управляющая. – То, что хранят в своих ячейках наши клиенты, – это их личное дело.

– В таком случае нам нужно просмотреть запись камер видеонаблюдения.

Через десять минут они сидели в небольшой комнате и смотрели на экран компьютера.

– Вот он, – сказала Джеймисон, указывая на Дабни, входящего в банк в тот день, когда он забрал содержимое своей ячейки.

– И он не один, – заметил Декер.

Вместе с Дабни была женщина. Не его жена. Она была ниже ростом, полная, с темными волосами. Лицо ее рассмотреть не удалось, потому что она была в очках и постоянно держала голову опущенной.

– Волосы похожи на парик, – сказал Богарт.

Через минуту женщина вошла в комнату рядом с хранилищем вместе с Дабни, несущим свою ячейку. Несколько минут спустя они вышли.

У женщины в руках была сумочка, в которой определенно что-то находилось. Судя по выпуклости на стенке сумочки, которую удалось разглядеть, когда управляющая увеличила изображение, это было что-то прямоугольное, дюймов шесть в длину и вдвое меньше в ширину.

– Есть какие-либо еще ракурсы, с которых мы можем посмотреть это видео? – спросил Декер.

– Боюсь, это все, – ответила управляющая.

– Нам будет нужна копия, – сказал Богарт.

* * *

Они вышли из банка с копией видеозаписи и десятками вопросов, ни на один из которых не было ответа, и вернулись домой к Дабни.

Всего за несколько минут до них приехала третья дочь, Аманда Райли. Ростом ниже своих сестер, она была более округлой и не имела атлетического телосложения. И была инвалидом – левая ее рука заканчивалась у локтя. Аманда сказала, что замужем и имеет двоих маленьких детей.

Сотрудники ФБР удивились, увидев в залитой светом кухне Элли Дабни, сидящую в окружении своих дочерей. Она была одета, волосы уложены, макияж сделан, однако по затравленному взгляду чувствовалось, что попытка выглядеть нормально, что называется, не проникла ей под кожу. Сотрудники ФБР показали Элли и ее дочерям видео. Никто из них не узнал женщину.

– Как она вообще оказалась там? – спросила Джулис. – Я хочу сказать, это же папина ячейка.

– Она пришла, дабы убедиться в том, что ваш отец очистил ячейку, – ответил Росс.

Джулис и Саманта изумленно уставились на него.

– Что это может значить? – спросила Джулис.

– Это может значить только то, что ваш отец имел отношения с людьми, которые очень серьезно подчищают за собой все мелочи.

– Прямо какие-то шпионские страсти, – сказала Саманта. – Совсем как по телевизору.

– Ваш отец имел доступ к секретным материалам, – сказал Богарт, – так что вполне вероятно, что он мог быть связан с кем-либо из этого мира.