Крысоловка - Ингер Фриманссон

И на ее почтовом ящике, и на ящике Шредера написано: «Спасибо, рекламы не нужно». Не помогает.

Эту же макулатуру обнаружила и в своем. А еще две открытки. С нетерпением просмотрела от кого. Нет. Не от Томаса. Ее охватило разочарование. Конечно, почта работает с перебоями. Где-то он сейчас? Наверное, получит поздравление от него через неделю.

Одна открытка была от первой жены Титуса – Биргитты. Корзинка с розами и белая сирень.

С днем рождения, дорогая! Может, встретимся на днях? Гита.

Вторая открытка – от Анние Берг, с лондонским штемпелем. Биг-Бен, ракурс снизу, в обрамлении желтых тюльпанов.

Дорогая Роза!

Поздравляю Вас с днем рождения. Я в Лондоне, на книжной ярмарке, совпавшей с отпуском. Надеюсь, у Вас все хорошо. Нам непременно нужно встретиться. Приглашаю пообедать в мае, весенний обед в Юргорде. Позвоню, когда приеду. Обнимаю и поздравляю.

Анние.

Именно благодаря Анние она и познакомилась с Титусом. В начале девяностых обе посещали один и тот же курс издательского дела. У них много общего: Анние, как и она, мать-одиночка, два сына, старший – ровесник Томаса. Тогда Анние работала в издательстве Кертиса Людинга.

Сама Роза в ту пору перебивалась почасовыми заказами, пока не выбила должность в небольшом издательстве. Издательство называлось «Цветочный Дом Книги», специализировалось на садоводческой литературе. Владелица Ильза Блумберг – дородная дама с гигантской, невообразимой прической.

Розе вспомнилось собеседование: Ильза Блумберг в стильном фиолетовом платье, с глубоким декольте, из которого, точно опара, выпирает грудь. Волосы украшены ромашками. Подойдя ближе, Роза разглядела, что в цветках копошатся букашки. Приобняв Розу, Ильза повела ее в теплицу, через которую пролегал путь в издательство.

– А тебя, дорогуша, зовут Розой? Более подходящего имени я бы и придумать не смогла.

Увы, способности Ильзы Блумберг к садоводству превосходили ее навыки ведения бухгалтерской отчетности, и через несколько лет она загубила издательство. Роза осталась без работы. И тут появилась Анние. Уверенная, твердо стоящая на ногах, слегка попахивающая потом. Анние ей помогла. Подбросила сперва подработку в издательстве Людинга, а позднее привела в «Бладгюлд». А там, закинув ноги на стол, их встретил сам основатель и главный редактор, Титус Бруи.

Все началось с ее сына Томаса. Они замечательно поладили. Розе такое отношение было непривычно. Обычно людям не нравился Томас, считали его невоспитанным. Когда они познакомились, Томасу было десять. Встретились в парке, на празднике воздушных змеев. Анние вывела на прогулку своих мальчишек, туда же пришел и Титус с дочерьми. Держал девчонок за косы. Позднее он расскажет, что заплетал дочерям волосы, пока они не выросли и не научились сами справляться с косичками.

– Господи, сколько на это времени уходило! Вся эта возня с запутавшимися волосами и лентами, а ты опаздываешь в детский сад… Я хотел подстричь их коротко, но они такой крик подняли! Пришлось уступить.

– Что на тебя непохоже, – поддразнила Анние.

Титус рассмеялся. Расстелил одеяло – серое, в красную полоску. Скоро он расстелет это же одеяло в укромной рощице сразу за Нюнесхамном. «Иди сюда, Роза», – прошепчет он и опустится рядом с ней, расстегнет ей блузку и начнет целовать плоские, маленькие грудки.

Но тогда, в парке, она еще ни о чем таком не думала. Титус с интересом поглядывал на нее. Спросил:

– А где же твой?

– Нет у меня никого.

– Вот как. И у меня никого. Клуб одиноких сердец[10]. Yes! И мы в правлении. Пожалуй, имеет смысл утвердить устав организации?

Томас сидел в стороне, отвернувшись и поджав под себя ногу. Что-то буркнул вместо приветствия. Как обычно, Розе стало стыдно. Хоть бы попытался изобразить радость. Впрочем, все равно толку не будет.

– Томас, – сказала она, – милый Томас, почему бы тебе не…

Титус пристально смотрел на нее. Она вдруг осознала, до чего пронзительные у него глаза, ярко-голубые. Он чуть качнул головой. И расправил гигантского воздушного змея, которого принес сложенным, – блестящая фольга, хвост в золотых цветах. Сам сделал.

Взял Томаса за руку:

– Пошли?

Томас поплелся за ним, но потом вдруг оживился.

Она смотрела, как мужчина и мальчик лавируют меж расстеленных на траве покрывал, как выходят в поле. Увидела, как взмывает в небо змей, как цепляется за бечевку Томас. Как он бежит, все быстрее и быстрее, увлекаемый змеем. Вернулся весь мокрый. И улыбка во все лицо, какой она никогда у него не видела. А Роза все это время просидела с девочками. Девочки смущались и хихикали.

– Совместная опека, с бывшей, – одними губами сказала Анние. – Потом расскажу.

Потом она узнала все. И о сбежавшей жене, и о девочках, оставшихся на его попечении, и как он решил все делать сам, не полагаться на эту гадину.

«Совсем как я», – подумала Роза.

Клуб одиноких сердец…

Он был забавным. Жизнерадостным. Заставил и ее, и мальчика оттаять.

Однажды утром неожиданно позвонил:

– Это Титус. У нас тут с девочками намечается поездка в Грену, во второй половине дня. Присоединитесь?

Вот так, внезапно.

Позже он расскажет, что к экспромту этому готовился не один день. Долго не осмеливался набрать ее номер. Страх вновь быть отвергнутым, страх новой боли. Она узнала, что поступок первой жены оставил в его душе шрамы, до сих пор не зажившие. Он стал обидчив и вспыльчив. Но легок в общении, хороший собеседник Он слушал. Давал добрые советы.

Роза осознала, что истосковалась по общению. Все свое свободное время она проводила с Томасом.

Потом все понеслось стремительно. Через месяц они уже были вместе. Большой семьей, с тремя детьми. По крайней мере, каждую вторую неделю они становились большой семьей. Томас и Роза упаковали свои вещи в коробки из-под бананов и переехали на виллу в Бромма. «Ну вот я и дома», – думала она. Титус с дочками прожил здесь немало лет, это был их дом, но Розу не покидало чувство, будто и она прожила на этой вилле всю свою жизнь. Спокойствие и защищенность…

Даже Томасу здесь нравилось. Ему пришлось сменить школу, и Роза беспокоилась из-за этого: ее нервный мальчик тяжело переживал любые перемены. Иной раз она задавалась вопросом, нет ли у сына аутизма. Что она знает о наследственности англичанина?

Однажды Роза записалась на прием к детскому психологу, но очередь тянулась медленно, и, когда их наконец пригласили, она решила, что сын стал более открытым. И отменила посещение.

С Титусом жилось легко. Он был чувственный, любящий, баловал ее частыми подарками, которые Роза не открывала до тех пор, пока дом не погружался в тишину. Дорогое белье, чулки. Роза осознала, что теперь ей нравится смотреть на себя, что все ее комплексы из-за мальчишеского тела исчезли. Ей нравилось стоять в ванной перед большим зеркалом. Сливочное кружево, шелк Она и не подозревала, что может так выглядеть. А в постели ее ждал Титус, ее любимый, самый лучший в мире человек. Это благодаря ему она могла без стыдливости распахнуть дверь, шагнуть в комнату.