За личное мужество - Андрей Воронин

— Да так, ничего, рассказывайте, — кивнул Кориков.

— Так вот, мы сегодня поехали к ним домой. Но дочери тоже дома не оказалось. И телефон не отвечает. А потом мне позвонили по ее мобильнику. Звонил мужчина, голос незнакомый, хриплый такой. Он спрашивает: «Господин Рубинштейн?» Я ему: «Да. А вы кто?» Он мне грубо так: «Конь в пальто». Да еще и смеется. Я попросил дать трубку Лизе. Она сказала, что не знает, где она, но ей там очень плохо.

— И какие они поставили вам условия? — перебил его старший лейтенант, разливая коньяк по рюмкам уже нетвердой рукой.

— Пятьдесят тысяч долларов и подписать какие-то бумаги, — сказал Лев Маркович.

— Как я понимаю, пятьдесят тысяч долларов для вас не деньги… — сказал Кориков, не спуская с Льва Марковича глаз.

— Простите, молодой человек, но деньги не деньгами не бывают. И запомните, чем богаче человек, тем…

— Тем он скупее… — закончил Кориков.

— Не скупее, а бережливее! Я смог накопить кое-какой капитал только благодаря своей бережливости! Расточительными бывают только нищие! — возмутился Лев Маркович, но, взглянув на изрядно захмелевшего старшего лейтенанта, осекся и продолжил уже в другом тоне: — Одним из их условий было, чтобы я не сообщал в полицию. И еще, чтобы подписал какие-то бумаги и стал членом этого «Легиона».

— Вы что-нибудь слышали об этой организации? — спросил Кориков.

Лев Маркович поправил стягивающий ворот рубашки галстук и ответил:

— Мельком слышал. Мой зять с кем-то об этом говорил. Во всяком случае, слово «Легион» мне знакомо.

— Ну, еще бы! — не преминул пошутить Кориков. — Вы же экономику изучали, право, римское право наверняка тоже, как и римскую историю, в Италию ездили, кино смотрели. Кто же не знает римские легионы и римских легионеров!

— Теперь в наших кругах как-то больше о легионерах футбольных клубов говорят, — вздохнул Лев Маркович. — Хотя лично я этим не увлекаюсь.

— В общем, меня очень интересует все, что касается этой организации, в которую, я так понял, вам предлагают вступить, — заявил Кориков.

— Я понятия не имею, на каких условиях, — заметил Лев Маркович Рубинштейн. — И потом, главное сейчас — Лиза, нам нужно придумать, как ее освободить. Ведь я обратился к вам за помощью, потому что знаю, у вас есть новейшая подслушивающая аппаратура, по звонку мобильника вы можете определить, где в данный момент находится человек.

— Кое-что действительно у нас есть, — не скрывая гордости, подтвердил старший лейтенант. — Но, боюсь, использовать аппаратуру для личных нужд…

— Я заплачу, я вам заплачу, сколько скажете, — перебил его Лев Маркович.

— Заплатите и будете четко выполнять все мои распоряжения, — строго сказал Кориков и, разлив из джезвы в чашки почти холодный кофе, спросил: — Когда и где вы встречаетесь?

— Дело в том, — покачал головой Лев Маркович, — что этот человек ничего конкретного не сказал мне о встрече.

— Значит, он сказал, когда перезвонит? — спросил старший лейтенант Кориков.

Лев Маркович мотнул головой из стороны в сторону.

— В таком случае поезжайте домой и ждите звонка, — распорядился Кориков.

— Если жена узнает, она сойдет с ума… — бледнея, покачал головой Лев Маркович.

— Не будем загадывать наперед. Давайте свой мобильный, — поспешил успокоить его Кориков. — Я захватил одну штучку, маячок. Он даст нам возможность не выпускать вас из поля зрения. И прослушка должна сработать…

— Мы? — удивился Лев Маркович. — То есть вы подключите своих людей?

— Ну, это я так образно выразился, — чуть смутился Кориков и, вставив в мобильный предложенную детальку, добавил: — Я сейчас пойду. А вы расплатитесь и выйдете через некоторое время.

— Хорошо, — кивнул Лев Маркович и, доставая из внутреннего кармана бумажник, в котором, кроме нескольких пластиковых карточек, всегда была приличная сумма наличных денег, добавил: — Я хочу дать вам задаток.

— Спасибо, — кивнул, забирая деньги, старший лейтенант. — Это как нельзя кстати.

Выходя из ресторана, Кориков, очевидно, послал к Рубинштейну, оставшемуся сидеть над чашкой холодного кофе, официанта.

Лев Маркович уплатил по счету и тоже направился к выходу. Нужно было ехать домой. Единственное, что успокаивало, — это то, что старший лейтенант Кориков согласился ему помочь. Да еще поставил в его мобильный маячок и прослушку. Осталось дождаться звонка.

Как понял Лев Маркович, все разговоры с его мобильного будут каким-то образом фиксироваться и старший лейтенант Кориков сможет их прослушивать. Выйдя из ресторана, он осмотрелся по сторонам и направился к машине. Без охраны Лев Маркович чувствовал себя неуютно, но понимал, что даже водитель не должен знать, с кем именно он встречался.

— Куда теперь, Лев Маркович? — спросил водитель.

— Домой. К жене, — уточнил Лев Маркович.

Не успели они выехать из Москвы, как мобильный ожил. На дисплее снова высветился номер телефона Лизы. Лев Маркович сделал несколько глубоких вдохов и выдохов и поднял трубку:

— Слушаю.

— Ну что, приготовил бабки? — спросил все тот же хриплый голос.

— Где Лиза? Что с ней? — пошел в наступление Лев Маркович.

— Погоди. Не гони, — недовольно отозвался похититель. — Мы уже все, что нам было нужно, узнали. Теперь твоя Лиза нам на фиг не нужна!

— Так отпустите ее! — предложил Лев Маркович.

— С паршивой овцы хоть шерсти клок, — процитировал поговорку звонивший и хохотнул. — Так вот, Лев Маркович, завтра в пять вечера на пустыре за вашими коттеджами наш человек будет ждать вас в сером «вольво». Вы сядете в машину и сделаете то, что он скажет. Только деньги не забудьте и ручку. Вам нужно будет кое-что подписать.

— А Лиза? Когда я смогу увидеть свою дочь? — в отчаянии спросил Лев Маркович.

— Ну, во-первых, она не единокровная ваша, а всего лишь приемная дочь. А во-вторых, если вы сделаете, как мы просим, то сразу ее и увидите. Но помните, никакой полиции, никаких хвостов. Иначе Лизе конец… — пригрозил звонивший.

— Я понял, — сказал Рубинштейн.

— И без охраны. Пешком. Один, — усложнил задачу звонивший.

— Хорошо, — нехотя согласился Лев Маркович.

Звонивший тут же отключился.

— Николай, разворачивайся, — попросил Лев Маркович, — нам нужно еще заехать в банк.

Он решил отдать эти злосчастные пятьдесят тысяч долларов, подписать все, что ему предложат, лишь бы поскорее окончился этот ужас.

В какое-то мгновение в голове у Льва Марковича проскочила даже шальная мысль, что, раз Лиза их больше не интересует, о завтрашней встрече не стоит сообщать старшему лейтенанту Корикову.