Кротовский, вы последний - Дмитрий Парсиев

До торгового дома купца Хоромникова проехал несколько остановок на трамвае. А ничего так развернулся купчина. В качестве конторы имеет отдельный особняк в престижном районе Петербурга. В приемной представляюсь секретарю:

— Граф Кротовский. Могу видеть Петра Ильича?

— Одну минуту, — секретаря не смутила моя гимназистская форма, тут же подорвался с места, — Доложу.

Купчина не стал мурыжить в приемной. Принял практически сразу. Секретарь провел меня в кабинет.

— Здравствуйте, здравствуйте, Сергей Николаич, прошу вас, присаживайтесь… — Хоромников жестом указал на кресло, — Перевод на всю сумму оформил еще вчера. Все ли в порядке? Деньги дошли?

— Здравствуйте, Петр Ильич. Все в порядке. Вчера же и дошли, — опускаюсь в кресло, — А я пришел сообщить, что особняк уже свободен, переходит в ваше полное распоряжение.

Передаю купцу ключ… я не на сто процентов уверен, что ключ именно от особняка, но с другой стороны… какой бы еще ключ мог обнаружиться в куртке Сережи Кротовского? В конце концов важен сам символизм передачи ключа. Замки Хоромников так и так поменяет.

— Благодарю, — купчина ключу даже обрадовался, нацепил на цепочку и бережно убрал в карман. Пожалуй, для него и впрямь передача ключа имеет символическое значение. Знак обретенного статуса. Он же как никак выкупил графскую усадьбу.

Обмен любезностями состоялся. Купчина замолчал и выжидательно уставился на меня.

— Петр Ильич, я в Петербурге человек новый. Знакомствами обрасти еще не успел…

Хоромников слегка приподнял левую бровь, давая понять, что слушает внимательно.

— …мне и за советом обратиться пока не к кому.

— Всегда к вашим услугам, — с готовностью отзывается купчина, — Вы правильно сделали, что за советом пришли именно ко мне. Сейчас такие времена, что не всякому советчику стоит доверять.

— Вот и я так думаю. Тем более, что совет требуется в денежном вопросе.

Теперь купчина даже бровью не повел. Он готов к любому развитию событий. Я думаю, даже к тому, что я начну просить у него в долг.

— У меня есть фабрика, но производственные мощности задействованы мало. Большая часть помещений простаивает без дела.

— Это фабрика на набережной? По производству накопителей? — уточняет Хоромников.

— Она самая. Практически центр города. Так вот. Я хотел бы сдать площади в долгосрочную субаренду…

Хоромников на мгновение утратил неизменный покер-фэйс, даже мотнул головой и крякнул. Поднялся из кресла и прошел туда-сюда по кабинету.

— Удивили вы меня, граф, — решил признаться купчина, — А я грешным делом подумал, что вы будете в долг просить.

— Ну, — решаю немного пошутить, — Я намедни выгодно продал особняк одному весьма нежадному покупателю. Так что недостатка в оборотных средствах пока не испытываю.

— Это была честная цена, — тут же поясняет купчина, — Поверьте, Сергей Николаич, лишнего я вам не переплатил… а что касается фабрики, скажу так, с субарендой у вас скорее всего ничего не выйдет.

— Полагаете, желающие не найдутся?

— Не в этом дело, — купец сел обратно в кресло и полностью вернул деловой настрой, — Ваша фабрика находится в черте красного круга. Исторический центр города. Любые сделки с недвижимостью возможны только через императорскую канцелярию.

— Понимаю, бюрократия.

— Еще какая, — подтверждает купец, — Только на то, чтобы приняли прошение, уйдут месяцы. А уж само рассмотрение вопроса… — купец махнул рукой безнадежно.

— Ну а если…

— Взятки не помогут, — отрезал купец, даже не дослушав, — Могут помочь связи на самом высшем уровне. Но, вы уж простите за прямоту, граф, если б у вас были такие связи, вы бы ко мне не пошли.

— Не нужно извиняться за прямоту. Вы совершенно правы, Петр Ильич. Связей у меня нет.

Я надеялся, купчина теперь предложит свой вариант, но Хоромников снова замолчал. Умеет купчина держать паузу. Ничего не скажешь, умеет. Ведь и выпроводить меня не пытается, и встречных предложений не делает. Вроде как, перепулил мяч на мою сторону поля. И теперь ждет, как я отыграю.

А это значит, что? А это значит, что какой-то вариантик у него все-таки имеется. Просто не озвучивает раньше времени. Ждет подходящего момента, когда я, не видя выхода из ситуации, стану податливым и на многое готовым. Поэтому не показывает своего интереса.

Ну, так и мы не лыком шиты:

— А если такой вариант… — начинаю говорить и… замолкаю, теперь моя очередь делать драматическую паузу.